Цитаты из книги Дивергент

Иногда плач или смех - единственное, что нам остаётся...

Мы дети утраты, мы всё оставили позади. У меня нет дома, нет пути и нет уверенности. Я перестала быть Трис-самоотверженной или Трис-храброй.
Наверное, теперь мне предстоит стать кем-то большим.

Иногда подлинное мужество не в борьбе, а в том, чтобы встретить неминуемую смерть лицом к лицу.

Я никогда не понимала, зачем люди держатся за руки во время ходьбы, но затем он проводит кончиком пальца по моей ладони, я вздрагиваю и всё понимаю.

— Они не хотят, чтобы их слушали, они хотят, чтобы с ними соглашались.

— Можешь побыть девочкой пару секунд?
— Я и есть девочка, – хмурюсь я.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Глупенькой, жеманной девочкой.
Я накручиваю локон на палец.
— Конечно.
Она улыбается так широко, что видны все зубы.
— Уилл поцеловал меня.
— Что? Когда? Как? Что случилось?
— Ты можешь быть девочкой!

— Что с твоим лицом? – спрашиваю я.
Мои губы распухли и плохо слушаются. Она смеется.
— На себя посмотри! Раздобыть тебе глазную повязку?
— Что с моим лицом, я и так знаю, – отвечаю я. – Я при этом присутствовала. В некотором роде.

We both have war inside us. Sometimes it keeps us alive. Sometimes it threatens to destroy us.

Я и не понимала, как сильно замёрзла, пока не согрелась.

Я не обращаю внимания на страх. Притворяюсь, будто его не существует, когда принимаю решения.

Необходимо сосредоточиться на том, чтобы научиться как следует, а не на том, как я сплоховала вчера. И я должна стремиться - если не уметь - защищать себя самостоятельно, а не полагаться на других.

Если для него это так легко, возможно, это должно быть легко и для меня.

Сомневаюсь, что смогу и дальше жить этой упорядоченной жизнью. Я недостаточно хороша.

Легко быть смелым, когда это не твои страхи

Здесь, наверху, наконец получается вообразить, каким было болото, когда было озером, — в нём отражалось небо, превращая воду в расплавленную сталь.

…Кристина стоит рядом с нашей двухъярусной кроватью в одной футболке, её длинные ноги обнажены. Она складывает руки на груди и смотрит на Эрика. Внезапно я жалею, что не могу так же дерзко смотреть на других, будучи полуголой, но я никогда этому не научусь.

– Стиффы едят пищу попроще, – говорит Четыре, кивая Кристине. – Почему? – спрашивает она. Я пожимаю плечами. – Несдержанность считается потворством собственным слабостям и излишеством. Она самодовольно улыбается. – Неудивительно, что ты ушла. – Да, – говорю я, закатывая глаза. – Это было именно из-за еды.

Спокойный разум - ясный разум