Цитаты из книги Ткань Ишанкара

Быть достойным Ишанкара — тяжелый труд

Если он пришел к тебе побеседовать, значит, ты влип, а если ты именно после этого собрался взяться за ум и стать Ректором Ишанкара, то влипли мы все

Как же давно сэр Котца не лупил его веером по голове… Надо было срочно вспомнить это ощущение

Думаешь ты по-русски, — на чистом русском устало сообщил маг. — Но мы с моей дверью никому об этом не скажем, обещаю

Я много чего боюсь, потому что крах рождается из мелочей, которых мы случайно или намеренно не замечаем. И мне стыдно, что такие, как ты, забыли о своем долге перед Ишанкаром. Мне стыдно, Горан, что умнейшие люди впадают в детство и пытаются уйти от судьбы. И вешают дурацкие двери

хочу посочувствовать первокурсникам. Думая, что попали в сказку, не забывайте, что в сказке чем дальше, тем страшнее.

— Как у тебя получается называть меня дураком, а я от этого еще и удовольствие испытываю?

— Не знаю, Горан Иваныч, коан это или нет, но очень уж на сказку похоже, про то, как родители на ярмарку поехали, а Иванушку-дурачка оставили дверь стеречь. А он от большого ума дверь с петель снял и гулять с ней пошел, а дом в это время и обчистили.

Ну да, — разочарованно сказала Хи, — откуда ты знаешь, кем ты будешь в будущем, если ты понятия не имеешь, кто ты в настоящем.

Некромантия — это в первую очередь наука, и только потом — искусство. Поэтому контроль и дисциплина в некромантии — это фундамент, а их отсутствие — это катастрофа.

Не можешь сделать, как было до твоего вмешательства — не берись

Мы испокон веков являлись одной семьей, возможно, не самой счастливой, но самой крепкой. Я всегда гордился Ишанкаром, потому что он такой, каким его сделали мы, а мы таковы, какими он воспитал нас.

— У каждого своя судьба, Горан. Люди рождаются и умирают, таков цикл жизни. Эти две точки известны. Неизвестно то, что лежит между ними. Ты можешь заполнить этот отрезок, чем хочешь. Только ты. Ни я, ни Бог, ни судьба за тебя этого не сделаем. Только ты. Мы все можем только помочь.

Сколько тебе лет? -грозно спроси он. -Тринадцать. -Я не употребляю подарки младше девятнадцати лет, -вежливо, но твердо сообщил мужчина, продолжая свысока изучать гостью.

Мы с тобой теперь не просто знакомые: Ксандер мне тоже как брат. — Но я вам чужая. — Ты считаешь? После всего, что у нас с тобой было? — А что у нас с вами было? — Мало ли что… В казематах Эвиана видеонаблюдения нет, может, что и было. — Вы не спите с клиентками, да и девушка у вас вроде бы есть, мне Мустафа сказал. — Терпеть не могу этот маленький магический мирок, — Фэйт якобы печально вздохнул.

— Что скажешь? — наконец спросил он, когда ее взгляд, охватив всю обстановку, вернулся к нему. — Поражает, — просто сказала Тайра. — А если честно? — Честно, поражает. — А если совсем честно? — не отставал Фэйт. — Если совсем честно… Знаете, мама говорила, что чем более человек несчастен, тем более дорогими вещами он себя окружает. Не обижайтесь, доктор Фэйт.

— Знаешь, когда Софи ушла, — сказал ′т Хоофт, и Тайра не услышала в его голосе прежней горечи, — мне показалось, что мир стал черно-белым. Но мир цветной, Кхасси. Мир цветной.

— Я никогда не понимал, что за отношения между некромантами. Вы странные.

— Я заинтересован выиграть дело, аль′Кхасса меня интересует лишь во вторую очередь. И знаешь, что? — Что? — Я выиграю. Чтоб я сдох! — А ты и сдохнешь, если не выиграешь, — Кейн убедительно покивал головой. — Я уже тебе сказал, что с тобой сделает Ишанкар.

— Я говорю, что с Ишанкаром надо общаться так, как они привыкли общаться сами с собой. Я делал что должно, и получилось так, как получилось.