Цитаты из книги Шопинг в воздушном замке

– Цвет, цвет, цвет её ботинок назовите, – твердила девушка.

– Красные, – уверенно сказал Колян.

– Черные, – одновременно с коллегой сообщил Роман.

– По-моему, зеленые, – высказалась я и кинулась на улицу.

В недоумении я заняла очередь за полным мужчиной лет пятидесяти, который, судя по горе упаковок на прилавке, уже давно терзал фармацевта.

– Еще «Бонкор», – требовал посетитель.

– Он бывает разной дозировки, – предупредила девушка в белом халате.

– Без разницы, дайте любую.

Вовка понял, что имеет дело с серийным убийцей, но вычислить его никак не мог, преступник не ограничивался одним районом, колесил по всей Москве, трупы находили в Медведкове, в Красногорске, Теплом Стане, Кузьминках. В каждом подъезде у лифта охранника не поставишь! И тогда майор, посоветовавшись с психологами, применил оригинальный метод.

И именно Селезнев после кончины Алены сказал другу:

– Проклятие работает, Павел, не женись больше...

Я вздрогнула.

– Постойте, Рита, ведь получается, что Брыкин напророчил тогда смерть своих будущих жен!

– Ксюха затемпературила, – с явным беспокойством ответил Павел, – ей уже три дня неможется, кашель, насморк, а я дома таблетки забыл.

– Обратись к бабке, – повторила совет Фомина.

– Спасибо, – кивнул Брыкин и ушел.

– В Гоптеве живет Алена Зверева, – рассказала она, – у нее в лучших подругах Светка, единственная дочь декана московского вуза. Надо тебе со Зверевой познакомиться, понравиться ей, она за любимого словечко замолвит. Ты попадешь в институт, потом поругаешься с Аленой, и мы заживем счастливо.

Рита, понукаемая любовником, отнесла документы в техникум, где обучали на бухгалтера, и была принята на первый курс. Аттестат, где стояли одни пятерки, впечатлил приемную комиссию. А вот Паша не мог похвастаться успехами. И тут Рите пришла в голову шикарная идея.

– Что это? – поинтересовалась девочка.

Она никогда до тех пор не принимала лекарства. Таблетки стоят денег, поэтому бабка Риты пользовалась тем, что растет на огороде, – заваривала себе от давления черносмородиновый лист, а в случае, если внучка начинала жаловаться на простуду, коротко отвечала: «Жрать меньше надо. Ляжешь спать без ужина, к утру будешь здорова» Экстремальная система лечения дала свои плоды, Рита болела крайне редко.

Рита сказала, что очень нервничала во время экзаменов, постоянно пила крепкий чай, чтобы не заснуть и выучить все билеты, а в день выпускного бала у нее нестерпимо заболела голова.

– Ошибаетесь, – повторила Рита и опять схватила бутылку с водой, – Павел дал клятву никогда более не связывать себя узами брака.

– Вы говорите о Путинковой? – севшим голосом прервала меня Рита.

– О ней.

– Ошибаетесь. Вера – родственница Исидора.

– Да ну? С какого бока?

– Вроде она дочь его сестры, – неуверенно пояснила Фомина.

– Нет, Павел собирался жениться на Вере.

– Говорите конкретно, что вам надо, хватит ходить вокруг да около, выкладывайте, зачем пришли. Предупреждаю сразу: мне не слишком приятно говорить о времени, которое я провела на кухне интерната, надраивая кастрюли, но ничего постыдного в том занятии не вижу.

– Гоптевский детский спецдом. Хорошо знаете это скорбное место?

Рита побледнела.

– И что?

– Вы ведь там работали? Посудомойкой на кухне?

Фомина поджала губы.

– Глупо это отрицать, – продолжала я. – Один запрос в архив – и правда вылезет наружу! И зачем стесняться трудовой биографии?

Рита искоса посмотрела на меня.

У офисного планктона свои заморочки и особый кодекс поведения.

Ни одна из пробежавших мимо меня сотрудниц не рискнула явиться на службу без колготок, а парни не пытались выделиться при помощи пафосно дорогих портфелей.

– Около Нинки Косой Рита Фомина жила, – сказала Владя, – а еще через дом Настя Величкина, у нее муж был. Обычный парень. Теперь-то оба уже в возрасте, но Настька Костю своего ревнует, как в юные годы.

— Сама ведь знаешь, все село шумело – Нинку хоронить надо, а тут еще одна покойница.

– Погодите! – взмолилась я. – Ничего не понимаю, объясните по порядку!

Владя встала и отошла к буфету.

– Сплетни это. Чего народ не наврет...

– Пожалуйста, – начала я ее упрашивать, – мне важна любая деталь!

Курсе на втором нам с Милкой велели подготовить совместное выступление для новогоднего концерта, на который традиционно приглашались родственники и знакомые студентов.

– Он травил их пенициллином!

– Нет. Ни у одной из погибших не было аллергии на лекарство доктора Флеминга, – отбила подачу Нина, – в медицинских картах девушек никаких отметок об этом нет.

– Но они умерли!