Отзывы о книге Kinderseele

В автобиографическом рассказе «Душа ребёнка» автор вспоминает свои детские впечатления, переживания, чувства. Детство принято считать самой счастливой и светлой порой в жизни человека. Но всегда ли это так? И откуда тогда появляется столько несчастных взрослых? Ведь все мы – родом из детства…

Практически любой неблаговидный поступок ребёнка – это показатель плохого контакта с ним родителей, его неосознанный и завуалированный крик о помощи, который вечно занятые мама и папа не хотят слышать. На мой взгляд, присвоение (даже язык не поворачивается назвать это кражей) взятых в кабинете отца винных ягод является знаком нехватки любви, утешения и внимания мальчику со стороны отца, а также внутренним протестом против родительского авторитаризма. Но, даже не пытаясь разгадать невинную и трогательную мотивацию поступка ребёнка, склонного к обострённому переживанию вины и одиночества, родители поспешили его наказать одиночным заключением в комнате на чердаке. «Страх, страх и неуверенность – вот что испытывал я во все эти часы отравленного детского счастья: страх перед наказанием, страх перед собственной совестью, страх перед движениями моей души, на мой тогдашний взгляд, запретными и преступными».

Авторитет родителей и способы реагирования на него детей порой становятся главной причиной психологических проблем и неврозов. Герой рассказа испытывал чувство вины и тревоги, возникающее из-за недовольства им отца и страха его разочаровать. Он даже вполне допускал, что за кражу инжира его передадут полиции и отправят в исправительную колонию. Отцовское утешение означало для сына мир с судящей совестью. По мнению мальчика, в кабинете-царстве отца обитали власть и ум, суд и храм, там пахло строгостью, законом, ответственностью. Временами же он испытывал ненависть к отцу и желание мести, называл про себя мучителем, предпочитал быть убитым им, считая свою жизнь отравленной взрослыми под мерзкой маской доброжелательности. Мысли о самоубийстве тоже посещали ребёнка. Видя неискренность, лживость и притворство взрослых, он иногда мечтал, чтобы все дети, которых на свете больше, чем родителей, соединились и помогали друг другу.

Лишение внутренней свободы и психологическое порабощение человека, возникающие при господстве авторитарной этики, происходит в результате постоянного внушения ему чувства вины, греха. Поэтому самый эффективный способ ослабить волю зависимого ребёнка – вызвать у него это чувство. У детей давящих родителей выход из образа хорошего и послушного ребёнка вызывает крайне высокую тревожность и виновность. Но бездумное исполнение чужой воли вредит личности, так как постепенное привыкание к такой роли лишает человека свободы и превращает его в бессловесного исполнителя, то есть раба.

«Проклятой и противной была эта жизнь, она была лжива и тошнотворна. Взрослые делали вид, будто мир совершенен и они сами – полубоги, а мы, мальчики, просто отребье».

К сожалению, даже в неавторитарной культуре достаточно властных и жёстких родителей. Но самые грустные жертвы психологического (а порой и физического) насилия – это те, кто уже в очень взрослом возрасте продолжают это насилие оправдывать. Если человек даже не смог пока признать, что ему была нанесена травма, то и работать над ее преодолением он тоже не сможет. Однако многие люди вообще не способны вводить своих родителей в зону критики. Когда же выросший ребенок начинает понимать, что суть в том, что не он нарушитель, а родитель преступил черту, у него освобождается огромное количество психической энергии.

«Как ужасно могут не понимать, мучить, терзать друг друга два родных, полных взаимной доброжелательности человека и как тогда любые речи, любое умничанье, любые разумные доводы лишь подливают яду, приводят лишь к новым мукам, новым уколам, новым промахам».

Вернувшись к Гессе через много лет, увы, удостоверилась, что он совершенно чуждый мне писатель. И если в отношении романов, понимала, что они просто не для меня, то этот крошечный рассказ, вызвал огромную неприязнь.

Довольно невинный проступок ребенка, воспринимаемый, как страшное преступление, страх признаться и облегчить душу, дальнейшие муки совести, отчаяние, разочарование в себе, мысли о публичном наказании и даже мысли о самоубийстве, все эти чувства описаны довольно убедительно, все таки они имели место в жизни писателя. Но манера изложения показалась неуместной, а отношение отца чудовищным, даже не само наказание, а его методы воспитания, способ добиться признания вины, упивание своей силой и как следствие, потеря доверия сына.

Похожие чувства, еще в детстве, вызвал рассказ Толстого "Косточка". К "И все засмеялись, а Ваня заплакал.", добавилось "Выяснилось, что инжир украл Герман".

Чем старше становишься, тем больше забываешь эти ощущения..Все то, о чем говорится в этой повести: детские волнения, страхи, уверенность в невероятнейшей важности решений и событий. Взрослому человеку такие "чистые" ощущения уже недоступны, такая вера в правду и правильность, такое искреннее чувство вины и раскаяния... Поразило то, как Гессе смог так точно и правильно рассказать о душе мальчика (главного героя). Так, словно на время создания произведения вернулся в детство. Это приятная история о мире ребенка и его правилах. Даже вспомнились свои детские переживания, и как-то тоскливо стало на сердце... Тоскливо, но светло.

Порой мы совершаем какие-то действия, уходим, приходим, поступаем то так, то этак, и все легко, ничем не отягощено и как бы необязательно, все могло бы, кажется, выйти и по-другому. А порой, в другие часы, по-другому ничего выйти не может, ничего необязательного и легкого нет, и каждый наш вздох определен свыше и отягощен судьбой.
Те дела нашей жизни, которые мы называем добрыми и рассказывать о которых нам бывает легко, почти сплошь принадлежат к этому первому, «лёгкому» роду, и мы легко о них забываем. Другие дела, говорить о которых нам тяжко, мы никогда не можем забыть, они в какой-то степени больше наши, чем те, и длинные тени их ложатся на все дни нашей жизни.

Психологически точная и предельно искренняя новелла об одном неприятном случае из детства одиннадцатилетнего мальчика. Имя его не называется, но случай, положенный в основу произведения, на самом деле происходил в детстве автора.

Сорокаоднолетний рассказчик вспоминает и анализирует два дня из своего детства. Это было время двух миров, противоположных по своей сути. Первый - родной дом, где всё хорошо, светло и идеально. Второй - мир улицы с её правдой жизни, грубостью и простотой.

В одиннадцать лет в сознании мальчика происходит перелом. Родители уже не кажутся полубогами, а внешний мир влечёт куда больше домашнего. Так мальчик заводит дружбу с Винтером, грубым, но полным настоящей жизни, подростком. Мальчик всё ещё хочет быть хорошим, но "хорошесть" кажется ему искусственной, а улица так манит.

Гессе удалось мастерски показать раздрай в душе мальчика. Впрочем, двойственность души человеческой всегда была одной из главных тем его произведений. Но это ещё и история о вине и прощении, об отношениях отца и сына. Мальчик украдёт из стола отца сладости, но признаться в этом побоится. В общем-то новелла по большей части это описание душевных переживаний ребёнка. При этом она такая вневременная и универсальная, что я увидела в ней собственные мысли и эмоции из далёкого детства.

Гессе в очередной раз меня не подвёл. Читать его истинное удовольствие.

Гессе, без сомнения, большой молодец. Он написал вполне себе с психологической точки зрения убедительную книжку. Каждый вспоминает себя ребенком и иногда чувствует себя разнесчастным маленьким существом, а иногда - практически повелителем мира. Чудно передано и это ощущение надвигающегося наказания, которое пытаешься отсрочить всеми силами, но не выдерживаешь - и признаешься. Но разве дети так говорят? Маленькая повесть, написанная этим знаменитым тяжеловесным языком Гессе, выматывает как крупное произведение. И если на 1 курсе я бы пищала от восторга, то теперь точно знаю, что и о сложном можно говорить просто, а зачем здесь все усложнил Гессе - я не поняла. Ужасно, конечно, что я осуждаю манеру изложения Гессе, но тут она кажется мне абсолютно неуместной. За рекомендацию спасибо stepashka

В списке "к прочтению" уже давно значится "Игра в бисер", но на волну бессмертных классиков я всегда предпочитаю настраиваться мелкими шажками, делая осторожный подкоп к авторскому стилю через раннее творчество, лирику, малые произведения. В случае с Гессе выбор пал на "Душу ребёнка", во многом благодаря названию, раскрытие которого, пожалуй, дело даже не одного полноценного романа.

Выяснилось, что инжир украл Герман.

Охотно верю этой записи, взятой, если верить аннотации, из дневника матери автора. Мысли и чувства одиннадцатилетнего ребёнка, совершившего... проступок, воспринимаемый вследствие собственного максимализма и невинности как преступление переданы слишком точно для не имеющей под собой соответствующего жизненного опыта фантазии писателя. На самом деле, кому из нас не хотелось провалиться со стыда под землю (или же разрушить всё вокруг), лишь бы не представать, будучи пойманным на провинности (преступлении), перед семейным судом (который на самом деле есть лишь родительский совет)? И что мучительнее: грубое рукоприкладство либо "правильное и справедливое" наставление отца? Ответ на эти вопросы, вероятно, индивидуален, но многие, и я в их числе, найдут в переживаниях юного героя нечто, взывающе к тем казалось бы забытым годам, взывающее к душе ребёнка.

Ну наконец-то хоть что-то, что я могла читать у Гессе без раздражения!

Гессе описывает банальный случай кражи "просто так" и  мысли и чувства ребенка по этому поводу. Из повести следует, что у мальчика нет настоящих, душевных отношений с родителями. Вообще, не верю я, что ребенок может все так чувствовать и понимать, как описано в данном произведении. Но это Гессе: ему бы поцветистее и позаковыристее!

И все же Гессе, судя по всему, не мой писатель совсем. Наверное, больше не буду пытаться его открыть для себя.

Вроде бы сюжет простой: мальчишка-фантазер украл у родителей вкусняшку и мучается угрызениями совести. Но Гессе это Гессе, он философию разведет из любого простого сюжета :) Впрочем, мне очень нравится, как он пишет, и по большей части близки его мысли. Поэтому читаю с удовольствием.

В этом рассказике основные размышления - об искушениях, сомнениях и о чувстве вины, которое часто преследует нас и подолгу изводит, даже когда ситуация уже давно в прошлом.

Другие дела, говорить о которых нам тяжко, мы никогда не можем забыть, они в какой то степени больше наши, чем те, и длинные тени их ложатся на все дни нашей жизни.

Психологи говорят, что нужно как можно меньше вспоминать о неудачах и ситуациях, когда ты был неправ, виновен. Но не пережевывать эти липкие неприятные моменты невозможно, и каждый раз так стыдно, немного страшно и одновременно как-то обидно. Испытывать всю эту гамму чувств раз за разом из-за одного и того же проступка - разрушительно для психики. Поэтому я все же стараюсь выкидывать из головы подобные воспоминания, как только они начинают настойчиво появляться перед глазами. И поэтому же не люблю читать про тех, кто мучается виной - стыдно уже не за себя, а за героя книжки. И чем лучше написано, тем достовернее будут чувства. Наверное, это лишнее, чужие муки совести.

PS Кстати, вот правда же:

что-то от отца: что-то от достоинства и власти, что-то от наказания и нечистой совести.

Да, родители немного вызывают такие эмоции) Не самая приятная штука)

PPS А воровать - плохо. Не понимаю этого соблазна совсем, почему мальчишке так уж захотелось?.. Ему ведь не самого лакомства этого захотелось, что было бы как раз понятно, а именно украсть.

Почему для большинства людей Бог — это родительская, чаще всего отцовская фигура, с присущей ей строгостью и наличием права наказывать и благословлять? Что это — перенос ответственности за оценку своих поступков на фигуру Творца, или нечто само собой проистекающее из Христианства?

Вопросы эти интересны и важны, но принципиально другое — если человек стремится перестать быть объектом инфантильного подчинения и мечтает установить в своей душе мир, где нет места разрушительным понятиям вины и греха — эту родительскую фигуру, которая самим своим существованием толкает человека на преступление, в себе необходимо уничтожить. И хотя в этом случае, как в «Демиане», это может стать поводом встать на тёмную тропу служения другому, зловещему Богу, только так человек и может, пройдя собственный, полный ошибок путь, начать для себя различать, что такое добро и зло; привнести извне это почти невозможно. И, наверное, единственный род ответственности, который должен быть — это ответственность перед самим собой и другими людьми; всё остальное — только страхи и фантомы.

Написано в рамках игры "несказанные речи"

С хрустом разминаю руки

«Порой мы совершаем какие-то действия, уходим, приходим, поступаем то так, то этак, и все легко, ничем не отягощено и как бы необязательно, все могло бы выйти и по-другому. А порой, в другие часы, по-другому ничего выйти и не может, ничего необязательного и легкого нет, и каждый наш шаг определен свыше и отягощен судьбой.»

Так начинается рассказ Гессе под названием «Душа ребенка». Герою 11 лет. Рассказ - взгляд в прошлое. Воспоминание.

Не совру, если скажу, что в жизни любого человека бывает период, когда его душу разрывают абсолютно непонятные ему чувства. Страх, безысходность. Тупое непонимание «почему все не может быть просто и понятно». Бессмысленность. Бессмысленность любых попыток понять себя, мир, просто стать лучше. В рассказе эти чувства испытывает 11-летний ребенок. Подростковый период? Когда человека начинают разрывать такие чувства – стремление «идти идеальной, чистой, благородной стезей к вершине, жить в добродетели, безропотно сносить зло, помогать другим…» и осознание бессмысленности этих стремлений, того, что все это все равно ничего не даст. Герой с юношеским максимализмом ставит в число врагов «взрослых», наравне со взрослыми ставит Бога, впадая порой в настоящее бунтарство, а на фоне всего этого стоит его отец – явно ключевая фигура в переживаниях героя.

То, что происходило с героем, хорошо описывается словом «затмение». Затмение разума, стремление совершить что-то, скажем так, осуждаемое, чтобы… доказать что-то? Кому? Себе или отцу? Можно только предположить, что в определенные моменты жизни мы не определяем свои поступки. Лишь люди с очень большой силой воли могут взять свою душу в руки. А, как правило, то, что бурлит в душе, требует выхода, и не всегда этот выход не повлечет за собой угрызений совести. Мы совершаем преступления, пытаясь доказать что-то непонятно кому, успокоить свою душу, прийти хоть к какому-то компромиссу с отчаянием и безысходностью. Нет однозначного ответа на вопрос, что могло бы успокоить мятущуюся душу, каждый ищет этот ответ сам, и не всегда находит правильное решение. Пробы и ошибки – то, что наполняет наши жизни наравне с противоречиями. Дай Бог научиться извлекать из сделанных ошибок хоть какой-то опыт...

"Душа ребенка" - один из ранних рассказов Германа Гессе.

8 из 25