Глава 5
Айсайар и Эрдьяр прибыли ночью, притащив с собой мальчишку лет десяти из далекого первого мира. Утром сила маленького пробуждающегося уже проявилась – он оказался охотником, с подвластными стихиями разрушения. Отличное сочетание для наемного убийцы или воина.
Теперь, когда мальчишкой занялся Лиам, друзья отдыхали в общей комнате, вполне довольные собой. Общей эта комната только называлась, потому что все в замке негласно признали право Айсара и Дьяра на нее. Это было не очень большое помещение, которое находилось в цокольном этаже. Стены его были обиты темным деревом, а огромный камин мог бы вместить целого быка, если бы его решили жарить именно в камине. Мягкие диваны и кресла делали ее уютной и располагающей к расслаблению, а витающий запах хвойного дерева, костра и камня придавали этому месту особый шарм.
Айсайар сидел близко к огню и полировал свою трость, бережно лелея свою боевую подругу, выискивая длинными, цепкими пальцами трещинки и шероховатости, чтобы тут же от них избавиться. Его серебряные волосы причудливо переливались в свете, падающем от камина, а серые глаза казались совсем темными в столь скудном освещении.
– Дьяр, – наконец решился он. – Ты ничего не слышал о девушке, которую мы нашли несколько дней назад? Какая Сила пробудилась у неё?
Эрдъяр хитро взглянул на друга, вздохнул:
– Ее зовут Дарья, и говорят, что ты ошибся на ее счет.
– Глупости, – отмахнулся Айсар. – Я точно чувствовал, что в ней есть Сила.
– Значит, она еще не пробудилась, – флегматично заметил Рыжебородый.
– До сих пор?
– Да, Эсма и Эндор уже загоняли её, но нет, – Дьяр прямо посмотрел на товарища. – Все говорят, она пустая.
– Не может быть, – мотнул головой седоволосый. – Завтра нужно поговорить с ней, наверное, она уже близка к мысли о самоубийстве после тренировок близнецов.
– С каких это пор тебя беспокоит самочувствие новичков? – Усмехнулся Эрдьяр.
– С тех пор, как их сила перестала пробуждаться максимум на третий день, – задумчиво ответил Айсайар.
Вдруг его голову будто пронзило тысячей игл и сразу же отпустило, сердце затарахтело, будто он только что остановился после долгого бега, а ладони сжались в судорожной попытке схватить что-то невидимое.
– Айсар? – Голос Эрдьяра доносился как сквозь толщу воды. – Айсар, что с тобой?
Лед повалился на пол, пытаясь взять себя в руки, перед глазами мелькнула мутная картинка, и вновь исчезла, но ему хватило, чтобы понять, что нужно делать. Он резко поднялся, одновременно открывая переход.
– Помоги, – прохрипел Айсар другу. – Она умирает.
Когда они вывалились из перехода, их взгляду предстала удивительная и одновременно жуткая картина. От той утончённой деловой девушки, которую они нашли неделю назад, не осталось и следа – свитер облеплен грязью и травой, брюки порваны и сквозь дырки светятся кровоточащие коленки. Волосы растрепаны, глаза пусты и решительны, а рука сжимает горло одной из студенток. Лицо желтоволосой уже приобретало зеленоватый оттенок, синеватые губы беспомощно открывались, пытаясь захватить воздух, но железная хватка Дарьи не давала этого сделать.
Рядом метались Эсма и Эндор в тщетных попытках прекратить смертоубийство, но они не могли этого сделать и никто бы не смог, но это видел только Айсайар. Его зрение позволяло увидеть, как нити Внутренней Силы, покидая студентку Школы Жизни и Смерти, из центра груди перетекают в руку Дарьи, поднимаются вверх к ее груди и, сплетаясь с нитями Внешней Силы, опутывают ее, не давая вырваться или ослабить хватку. Она не смогла контролировать свою силу и теперь, убивая оппонентку, умирала и сама.
– Отошли! Быстро! – Айсар, не обращая внимание на боль в левой ноге – он забыл трость, бросился к девушкам, на ходу прорывая грань и дотрагиваясь до нитей Внешней Силы, стараясь их распутать.
Одна поддалась достаточно быстро и рука неподвижной до этого Дарьи медленно разжалась, отпуская горло полумёртвой соперницы. Нити ее Силы начали втягиваться на место, а это значило, что девчонка хоть и станет слабее и долго будет восстанавливаться, но не умрёт.
– Забери эту, – бросил Лед Эрдьяру.
Теперь оставалось освободить Дарью, но это было не так-то просто. Айсар уже понял, что за Сила у нее, точнее не так, в ней самой не было ни грамма Силы, но у нее был невероятно редкий дар разрывать грани любого источника Силы – будь то человек или целый мир, и брать Силу оттуда. Не осознавая своих действий, она разорвала грань студентки, оболочку, укрывающую ее Силу, и потянула ее на себя, но, видимо, случайно она разорвала и грань мира так, что нити Внешней Силы хлынули прямо на нее. Было бы у нее чуть больше опыта, она бы может и могла бы справиться с силовыми потоками, но так, она даже не поняла, как и что произошло.
Айсайар увидел, что Дарья уже почти не дышит, а ему еще нужно распутать еще несколько нитей. Ему катастрофически не хватало времени жизни слабого человеческого тела, а Дарье катастрофически не хватало дыхания.
– Дьяр, отойдите на двадцать шагов, – скомандовал Лед и услышал за спиной шуршание, говорящее о моментальном подчинении.
Айсар глубоко вздохнул и шагнул к девушке, прижимая ее к себе как можно крепче. Нити Внешней Силы, будто бы змеи, накинулись и на него, оплетая, желая заполучить не одну жертву, а целых две, но он был сильнее и опытнее, поэтому в следующую секунду он развел руки, обрывая разом все нити и закрывая разрыв грани. Еще через секунду он почувствовал, как тело девушки начинает заваливаться, и, несмотря на навалившуюся слабость, подхватил ее, вместе с ней оседая на землю.
Послышались приближающиеся шаги и Айсайар увидел взволнованный взгляд друга, задумчивый Эсмы и восхищенный Эндора.
– Она рвущая грани, да? – Эндор явно был в восторге от подобного поворота событий.
– Да.
– Ого!
– Что ого? – Возмутилась Эсма. – Она жить то будет?
– Да, – ответил Айсар, проверяя нить, которую протянул к ней, делясь своей Силой. – А та, вторая?
– Да, – ответил молчавший до этого Эрдьяр. – Я так понимаю, она теперь будет с нами?
– Да, ты правильно понимаешь.
– Ого! – Восхитился Эндор. – Ты сам будешь ее учить?
– А ты знаешь еще кого-нибудь с таким даром? – Шикнула на него сестра.
– Ее проще убить, – директриса Валаринда как всегда появилась совершенно бесшумно. – Она опасна.
– И я тоже, – Лед сверкнул глазами, пока остальные старательно их отводили.
– Ты можешь управлять своей Силой, а она нет, – голос директрисы стал угрожающим. – Она сейчас могла всю школу разрушить, если не мир!
– Я ее забираю, – Айсайар взглянул на Дьяра и тот бросил ему трость. Как всегда, Рыжебородый ее не забыл, в отличие от хозяина.
– Что за прихоть?! – Взвизгнула Валаринда. – Ее нужно убить, пока она не совершила непоправимого!
– Тогда может и меня? – Недобро усмехнулся Айсар.
Седоволосый знал точно, его не убьют. И не потому, что директриса прижимается к нему по ночам, а потому, что сил не хватит лишить жизней их с Эрдьяром. Ни у Валаринды, ни у всех их вместе взятых.
– Тема закрыта, девчонка теперь под моей защитой. Я надеюсь, ты понимаешь, что я имею ввиду?
Валаринда повержено молчала, Эндор и Эсма старались слиться с лесом, а Эрдьяр подошел, подхватил Дарью на руки и дотронулся до плеча Льда. Колоритная троица тут же исчезла в переходе, оставляя разъяренную директрису и парочку восторженных подростков осмыслять произошедшее.
Девушка спала крепко и, похоже, беззаботно. Эсма залечила ее раны, обмыла и переодела, после чего Эрдьяр уложил ее на теплую шкуру белого медведя, где она теперь сладко сопела, уткнувшись в белый мех и свернувшись клубочком. Сейчас она казалась совсем маленькой и хрупкой, младше, чем обычно, несмотря на то, что потеряла много жизненных сил.
– Что ты думаешь обо всем этом? – Спросил Эрдьяр, аккуратно касаясь кончиками ножниц своей роскошной рыжей бороды.
– А что я могу об этом думать? – Удивился Айсар.
Он листал старые карты миров, в которых еще не было седьмого Ледяного мира. Судя по картам, он появился несколько позже. Или, может быть, тогда еще никто не мог открывать переход в этот мир. Вообще, похоже, что миров раньше было шесть, а потом появился ещё один в результате какого-то катаклизма. Айсайар никогда не задумывался, что там за катаклизм произошел. После общения с Эйехом, или как он там себя называет, седоволосый решил пересмотреть старые карты, вдруг в Лесу раньше жили люди и кто-то остался до сих пор.
– Я не знаю, что ты можешь думать, – Рыжебородый, как всегда, отличался удивительным спокойствием. – Поэтому и спрашиваю.
– Я думаю, что нам не стоит пока об этом думать.
– Тебе не кажется, что события приобретают странный оттенок?
– Дьяр, мне ничего не кажется, кроме того, что мы нашли человека с таким же даром, как и у меня. Ну и что? Случайность.
– Не запутайся в случайностях, – хмыкнул Эрдьяр.
Айсайара раздражало это внимание Рыжебородого. Он привык жить не особенно задумываясь о причинно-следственных связях, и его это вполне устраивало. Произошедшие за последнюю неделю события заставляли строить предположения, хоть он этого и не любил, и выискивать пути решения открывшихся головоломок, которых он так успешно избегал. Несмотря на показное спокойствие, Айсайар думал, пытаясь понять, что вокруг него происходит. Он всем своим существом чувствовал, как сплетаются вокруг него нити внешней Силы, и как впиваются в кожу нанизанные на них события. Всё, что Айсар сейчас понимал, так это то, что девчонка с каштановыми волосами играет явно не последнюю роль во всем, что сейчас происходит и по ощущениям собирается произойти.
Седоволосый последний раз искоса взглянул на спящую девушку и решился. Взяв трость, он проследовал к Дарье, присел перед ней на колени и взял за руку.
– Ты уверен? – Спросил Дъяр.
– Я хочу посмотреть, кто она, – пробормотал Айсар. – И как она пробудила во мне силу.
Он уже начал проникать в ее не сопротивляющееся во сне сознание. Сначала только немного дотронулся до погашенного сновидениями сознания, сейчас ему показалось, что оно похоже на клубящийся туман – теплый и мягкий. Но ему не сюда. Потянулся и нырнул еще глубже. В подсознание. Сюда попасть было гораздо тяжелее – оно по ощущениям напоминало полосу ураганного ветра, через который очень непросто пройти. Подсознание продолжало сопротивляться, но Айсар чуть сильнее надавил и выпал на сочную темно-зеленую траву.
Седоволосый поднялся и с любопытством оглянулся. Серые краски окрашивали все вокруг. Рядом с местом, куда он вывалился, бежала тротуарная тропинка, вдоль которой через равные расстояния стояли кованные лавки тонкой работы. Весь пейзаж как будто бы был затянут паутиной – она оплетала лавки, свисала с деревьев, стелилась по траве. На одной из произведений кузнечного искусства сидела Дарья. Айсайар понял куда попал – это был сон девушки. «Ну ладно, – подумал парень. – Посмотрим, что получится».
Он направился в сторону одиноко сидящей девушки. Она сидела к Айсайару спиной и не могла видеть его приближения.
– Ты кого-то ждёшь? – Спросил он подходя ближе.
Дарья вздрогнула и обернулась.
– Я надеялась, что придет Кирилл, – она опустила глаза.
– А пришел я.
– Да, – Дарья отвернулась, посмотрела на свои сцепленные пальцы. – Мне кажется, что я тут и останусь.
– Где? – Айсар внимательно посмотрел на девушку, но она вновь отвела лицо.
– В твоем мире, – она поёжилась. – Мне тут холодно…
Айсайар промолчал. Он погружался в подсознание девушки, чтобы что-то узнать, но смог понять только то, что она чувствует себя очень одинокой.
– Знаешь, когда родители оставили меня у бабушки, я помню, как плакала, а она мне запрещала это делать, – Дарья усмехнулась. – Я так злилась на нее за это, но теперь, мне опять хочется плакать, и я сама запрещаю себе. Так странно… Я сплю, да?
– Да, – седоволосый заглянул ей в глаза.
– Можно тогда попросить тебя кое-что сделать, раз это все равно сон?
– Да, конечно.
– Обними меня. Пожалуйста.
Ее голос был настолько просящим, что Айсар даже не подумал удержаться, а просто притянул к себе девушку, и, умостив ее голову под своим не очень бритым подбородком, стал медленно жалеть ее волосы. Парень почувствовал покой и умиротворение, желание защитить охватывало его все сильнее, заставляя все крепче сжимать объятия, в которых застыла Дарья. В этих объятиях он сам чувствовал себя сильнее и, как будто бы, более важным.
Поддавшись неожиданному порыву, Айсар потянулся силой к переплетениям ее ауры и без труда нашёл обрывок нити. Нить порвалась от разлуки с любимым человеком. Так всегда бывает. Если мы расстаемся с кем-то очень близким, внутри нас что-то рвется. И это совсем не метафора, как могло бы показаться.
Седоволосый дернул нить из своей ауры, сознательно разрывая ее. После, не выпуская из объятий ничего не подозревающую девушку, аккуратно соединил концы нитей и почувствовал, как становится с ней практически одним целым. Удивительное чувство! Конечно, Айсайар знал, что со временем связь ослабнет, если ее не поддерживать, но это будет потом, а сейчас его вполне устраивало это ощущение единения. Оно ему даже нравилось.
Сидя на нереальной лавке, в столь же нереальном парке, по сути, во сне пробудившейся, он потерял счёт времени, поэтому зов, который донесся откуда-то издалека, удивил и расстроил одновременно.
– Мне пора, – с сожалением сказал Айсайар.
– Жаль.
– Я вернусь еще, – пообещал парень, краем глаза замечая, что паутина слетела с лавки, на которой они сидели и, как перекати-поле, полетела по дорожке.
Выныривать из подсознания новой ученицы было еще тяжелее, чем погружаться. Ветер не хотел его отпускать, трепал волосы, держал за руки, хватался за одежду, но Айсайар упорно летел на зов, оставляя позади лавку с одинокой девушкой на ней, а значит, и свой покой.
Первое, что он почувствовал, это занемевшие до боли ноги, и он почти завалился на пол перед спящей девушкой.
– Не делай больше так, – серьезно попросил Эрдьяр, помогая встать.
– Как так? – Айсар потер ноги, в которые с большим трудом возвращалось кровообращение.
– Ты пробыл у нее в голове почти сутки!
– Что?! Ох ты ж…
– Увидел, что искал? – Уже спокойнее поинтересовался Рыжебородый.
– Нет, – Айсайар покачал головой. – Но, кажется, я увидел что-то гораздо более важное.
