Она стучала к ним в дверь и представляла Рауля как очаровательного принца, который просил её руки, и оба они садились на какой-нибудь источенный червями аксессуар, слушая легенды Оперы, как прежде, в детские годы, слушали старинные бретонские сказки. Эти старики ничего, кроме Оперы не знали и не помнили. Они проживали там с незапамятных времён. Исчезнувшее руководство забыло о них; дворцовые революции их не касались; снаружи вершилась история Франции, они этого не замечали, зато и о них никто не вспоминал.