Планета м-ра Сэммлера

Началась полуночная месса и я снова нервозно уснул. Собралася продажная пресса, стала жрать со столов саксаул. Мне ль их чавканье нынче не снилось, потому что средь дыма и зла Ты ко мне сквозь толпу их пробилась и кусок ДээСПэ принесла. И на нем я пишу эти строки, с головою нырнув в тишину. Все мы в этом миру одиноки, можем тихо лететь на Луну.

После того, как главная героиня "Повести о старике Такэтори" улетела к себе на Луну еще в 11 веке, туда пытались наведаться многие, но убедительнее всего вышло у Жюля Верна, барона Мюнхаузена и американского компьютера. С тех пор ничего не изменилось, хотя о самой Луне мы с тех пор узнали довольно много, но желание покинуть этих людишек, чего-то здесь копошащихся со своими мелочными проблемами, появляется у многих, но лишь некоторые, подобно Солу Беллоу, подошли к этому вопросу столь основательно. Обществу не грозит дойти до состояния автора, как Солу Беллоу не грозит стать особенно читаемым по причине особенности, но не элитарности. "Я скорее человек глубин, чем человек высот". Прежде чем куда-то лететь, определенно, нужно разобраться с самим собой.

Если верить Борису Васильеву, то стол картежников находится в раю, но Сол утверждает, что бильярд непременно в аду. Следовательно, запасайтесь клубными картами и Рая, и Ада. Когда-то на собственное крещение я заявился в цветастой рубашке с рисунками игровых карт и батюшка был недоволен этим символом сатаны. Пришлось рубашку сменить на серую майку. Однотонную, но с адидасовскими полосками. Чуть позже обнаружилось, что это моя крестильная сорочка, заготовленная предполагаемой крестной.

Наш ответ безумия личного безумию общественному. Поддельный бисер перед настоящими свиньями. Пока те шляются то тут, то там со своими пакетами и скидочными картами. Человек должен быть интересен в первую очередь самому себе. Где цитаты, а где я сам - путаюсь, но с Солом так всегда. Если читать Беллоу параллельно с Томасом Манном, то последний не только полностью вытесняется - он становится не нужен. "Начерти линию отсчета и противоречия тебя уничтожат. Объяви признаки нормы и ты будешь сметен половодьем отклонений от них...любая позиция может быть осмеяна своей противоположностью."

Чудовищный символ общества - негр-карманник, которого вы видите каждый день в одном и том же месте, в одно и то же время, за работой. Он вас тоже запомнил и настолько этим впечатлен, что демонстрирует вам свой пенис. То есть, ему не только плевать - он развлекается.

Каждый раз хочется оставить книгу Сола Беллоу без отзыва. С каждым словом усугубляется ощущение, что ты как будто обкрадываешь самого себя. Хотите еще расскажу, как крестный сел в тюрьму, а крестная спилась? Всего 24 читателя. Какая прелесть.

Сол узнаваем своей манерой, но в "Планете" много вопросов перезревших, находящихся за гранью, таких, о которых никому не скажешь и нигде не напишешь. Почему же ты улетел на свою Луну всего 11 лет назад, почему я не застал тебя на этой земле?

Я готовилась к какой-то гораздо более сложной литературе. Что это будет тяжело усваиваемый роман (раз уж речь о беспредметности), много образного языка и пинчоновский туман сознания. Но нет – это вполне связная и достаточно простая для отслеживания нити история. Да, автор нас часто уводит от "здесь и сейчас" в другие времена, места и к другим людям. Но каждый раз возвращает на исходную точку. А сами эти мысле-путешествия главного героя очень логичны. Мы всегда понимаем, почему мы сейчас в Израиле, потом в Нью-Йорке, а потом в Польше.

В настоящем времени романа не происходит почти ничего – одна драка, одна недо-кража и одна смерть – но скучно мне не было ни минуты. Хотя, конечно, "оторваться невозможно" не про этот роман. Но сам процесс чтения этой книги доставляет неимоверное удовольствие. Интересно следить за тем, как обрисовываются персонажи. Как герои в анимации: сначала контур, потом карандашный эскиз, потом цвет, потом движение. С одной стороны они все – это какой-то парад городских сумасшедших. А с другой – у каждого из персонажей своя история, своя боль и свои причины вести себя именно так, как они себя ведут. И от этого они становятся такими простыми, понятными и человечными. Конечно, в первую очередь я имею в виду самого мистера Сэммлера, который сначала кажется таким милым безумным старичком, а потом оказывается героем с такой жизнью, что не на один роман хватит. И так же проявляются остальные: нимфоманка, вор, бродяжка. Сначала думаешь: "Зачем нам этот/эта сумасшедшая тут". А потом переживаешь, как за близких.

Ну и нельзя не отметить язык. Бывают такие книги, в которых текст такой плотности, что чтение ассоциируется с плаванием в очень вязкой субстанции. Но не неприятное ощущение. Просто каждое слово хочется пропускать через себя медленно и плавно. Ничего не перескакивать и не проглатывать диагональным скорочтением. Та самая литература, где каждое слово на своем месте, ничего не выкинешь, ничего не заменишь. Спокойное удовольствие для ценителей.

C.R. Обложка издания "Мастеров" совершенно никаких эмоций у меня не вызвала. Пустая. Обложка с глобусом и Нью-Йорком тоже не совсем то, там гораздо больше география. Странная голова на старой обложке. Но вот автобус зимний – это то, что нужно. Очень подходит по настроению.

Сол Беллоу у меня стоит в ряду с Филипом Ротом и Полом Остером, этими американскими авторами еврейского происхождения, которые пишут о жизни в США, о жизни в современном мире, который стремительно меняется, пишут иронично, психологически тонко, философски глубоко. Очередной мной прочитанный роман нобелевского и пулитцеровского лауреата Сола Беллоу читался почти как философский тактат, почти как «Диалоги» Платона, но с взглядом на Манхэттан 1970-х годов за окном. И мне очень импонирует этот вечно брюзжащий и недовольный звучащий всё время чтения голос, пытающийся описать действительность и задать окружающим (и в первую очередь себе) те вопросы, на которые нет верного ответа.

«Наш мир страшен, его невозможно терпеть. Так давайте же веселить друг друга, пока мы не умерли!»

«Планета мистера Заммлера», в других переводах «Сэммлера» (Mr. Sammler’s Planet, 1970), седьмой роман Беллоу, после которого он напишет «Дар Гумбольдта» и получит две главные литературные премии. Роман о 70-летнем "одноглазом старом дяде, ворчащем на польско-оксфордском английском", об эмигранте, который уже тридцать лет живёт в Нью-Йорке, но продолжает носить в себе травму войны, потерю жены, говорит больше с самим собой, но отличается философским складом ума (мать на 16-летие подарила ему "Мир как воля и представление" Артура Шопенгауэра, видимо, в честь немецкого философа она и назвала сына Артуром).

«Заммлер считал, что желание представлять интерес — одна из причин стремления к безумию. Сумасшествие — это интересно. Это попытка человека освободиться от мощного гнёта организованного контроля. Поиск магических крайностей. Базовая форма религиозной жизни»

Артур Заммлер ездит одним и тем же маршрутом в автобусе до дома, до квартиры, в которой живёт овдовевшая племянница. Он наблюдает за умелым карманным воришкой из раза в раз, пока не обращается в полицию, но полиции его рассказы не интересны. А вот воришка, стильно одетый в пальто из пумы двухметровый афроамериканец в затемнённых очках в золотой оправе от Dior, замечает и выслеживает однажды любопытного старика. Он ни слова ему не говорит. Лишь надвигается своим телом на обескураженного Заммлера в холле его дома и в итоге демонстрирует свой чёрно-лиловый огромный член, вынутый из штанин.

Польский еврей, уроженец Кракова, Артур пережил с женой и дочерью немецкую оккупацию. С женой и многими евремями рыл он абсолютно голый себе траншею, чтобы в неё навечно лечь. Но чудом выжил, выбрался из-под тел и земли. Жена погибла, а дочь он обрёл позже, её спасли в католическом монастыре монашки. Англоман и интеллектуал, Заммлер жил и работал корреспондентом в Лондоне, был знаком и какое-то время вёл беседы с Гербертом Уэллсом. После войны его с дочерью Шулой нашёл в лагере для перемещённых лиц Зальцбурга и забрал в США племянник (по жене) Арнольд (Элья) Грунер, гинеколог, сколотивший состояние и имевший левый доход из-за связей с мафией.

«Искусство только разрослось и превратилось в нечто хаотичное. Стало больше возможностей, больше актёров, обезьян и клоунов, больше изобретений, вымысла, иллюзий, фантазии, отчаяния. Жизнь грабит Искусство, завидуя его богатству, и разрушает его, пытаясь им стать»

Перед нами несколько дней из жизни подмечающего неожиданные перемены вокру себя сухопарого живчика, которому исповедуются родственники и просто знакомые, которого удивляет всё более свободно ведущие себя и откровенно одевающиеся молодые женщины, дочь которого, эта "собирательница мусора и охотница за сокровищами" эксцентричная дама, уехала от побивавшего её и тоже чуть не в себе мужа из Хайфы и мечтает о книге про Герберта Уеллса, которую обязательно должен написать её скромный отец.

Нью-Йорк словно современный Вавилон оживает перед нами сквозь призму интерепретации и философского взгляда Заммлера. Герой рассуждает о современных варварах, о свободе, о саморазрушении... и задумывается о том, что человечество может переместиться на Луну, а дальше и на другие планеты. Виной тому ещё и украденная дочерью рукопись учёного из Индии, которую Заммлер пытается вернуть и параллельно задумывается, а не станет ли такое переселение новым началом и шансом для человека, который уничтожает себя и лишает смысла своё существование на Земле.

«В одних вещах я глупее, чем в других. А гармоничный человек должен быть глуп во всём одинаково»

Получился очень ироничный в стиле еврейской парадоксальной мысли роман, в котором проживший свой век человек пытается ухватить мысль, развить её и прийти к каким-то логичным выводам по поводу происходящего с его близкими, с ним самим и с миром вокруг. Роман невероятно рефлексивный, написанный в виде потока сознания, но не лишённый сюжета и действий, не без обращения к мировой классике и к русской литературе в частности.

Аристотель и Иов из "Книги Иова", Майстер Экхарт и Якоб Бургхардт, Шопенгауэр и Ницше, Достоевский и Толстой... В этой книге заядлый читатель найдёт много поводов остановиться и сравнить свои мысли и впечатления с тем, что говорит и чувствует герой, прошедший умирание в общей могиле, потери, любовь и внимание новообретëнных родственников, жизнь в другой культуре и стране, в центре новой империи, а ещё и решившийся на поездку на Шестидневную войну в Израиль...

«Немногие понимают, что именно способность каждый день усердно исполнять свои обязанности делает праведников праведниками, а героев героями. Немногие»

Это несколько критикующий современный мир либеральных ценностей роман, но и автор был левых взглядов, это надо учитывать... Очень увлекли меня и манера, и стиль, и книга Сола Беллоу в целом.