В который раз удостоверилась, что свою книгу почувствую сразу: если за первые 20 страниц зажигание не включилось, значит его и не будет, а если это стоит потраченного времени, то будет понятно практически мгновенно, даже когда тема вообще не типичная. Никогда не интересовалась Древним Римом, не знаю о нём почти ничего. "Моя" сфера - средние века, раньше 8-го века я как в тёмном лесу. Однако Харриса решила попробовать хотя бы надкусить, и он сумел меня заинтересовать, завернуть в многослойные политические интриги, закрутить в потоке исторических событий и легендарных личностей. И это было настолько потрясающе, что теперь хочется ещё.

Рецензия на третью книгу, потому что, мне кажется, это единое, цельное произведение. Несмотря на то, что писались части с большими перерывами, это было абсолютно не заметно. Редкий пример, когда планка не снижается от книги к книге, напряжение и интерес сохраняются на примерно одинаковом, высоком уровне.

История Цицерона, за которого всё сказало уже одно только его имя. Однако это величие и талант начинались с самых низов и должны были пройти через множество препятствий, чтобы воссиять в полной мере. А существовали они в переломные времена, когда Римская Республика трещала и рушилась, чтобы уступить место Империи. Помпей Великий, Цезарь, Красс, Октавиан Август - это всё отсюда, многотомные исследования - это та реальность, в которой Цицерону пришлось бороться за власть и за жизнь среди такой массы легендарных уже при жизни личностей. У него не было армии и не было иного оружия, кроме как слова и законов политики - и вот об этом все три книги Харриса. Он не увлекается описаниями быта, деталей личной жизни персонажей, социального расслоения. Поэтому приходилось лишний раз посидеть с википедией, базовых знаний об устройстве римского государства и общества не хватало. Но это, скорее, его достоинство: умение заинтересовать чем-то таким, специфическим, подтолкнуть к более глубокому изучению. Когда сначала идёшь читать про Катона, запутавшись во всех этих Метелах, Лукулах, Квинтах и Пиях. А потом у тебя десятки открытых вкладок: про свадебные обряды, деньги, устройство триб, архитектуру, наследие... И Рим приоткрывается тебе чем-то новым и интересным, белое пятно общемировой истории приобретает краски, цепляя краем даже Древнюю Грецию.

А жизнь Цицерона-адвоката, политика, человека, имени тем временем течёт дальше, ставя его перед выбором: быть адвокатом и защищать тех, кто нуждается в этом, или быть сенатором и не браться за дело, которое уничтожит твою карьеру? Власть или долг перед профессией? А может быть, желание доказать, что ты первый среди лучших, самый "сильный" адвокат в Риме? Его принципы и прямота спины проверяются на прочность, он в мгновения обретает всё и теряет ещё больше, а грохот событий уже на пороге.

И вот вроде бы ясно, чем всё кончится, кто и какой след оставит, а текст всё равно такой, что переживаешь за героя, замираешь вместе с ним, когда идёт голосование, стоишь рядом во время выступлений перед плебсом, ныряешь в пучину отчаяния и возносишься на самую вершину Палатинского холма. Мимо проносятся вещи, явления. Политика становится всё более злой, жестокой и грязной, а некоторые представления о личностях, творящих историю, внезапно переворачиваются с ног на голову, и тот же Цезарь из какого-то идеального мифа-легенды и салата превращается в диктатора (слово, которое уже давно приобрело оттенок ругательства). Трагизм достигает пика, звеня накалом катастрофы и краха республиканского периода Древнего Рима, а потом остаются только последствия. Да голова Цицерона, висящая на ростре. Memento Mori. Все мы смертны.

Что могу сказать... Это было мощно, захватывающе, безумно трагично и очень хорошо написано. Великая история падения Республики увиденная глазами, сотворённая руками, головой и в первую очередь языком гениального но всё же просто человека, имеющего свои слабости, совершающего ошибки, боящегося смерти и прежде всего - забвения. Последнее ему точно не грозит: прошло больше двух тысячелетий, но его помнят, знают, читают, припоминают в устоявшихся выражениях. И вдохновляются в том числе на исторические произведения, густо замешанные как на его личности, так и на политике Рима в целом.

Читая, очень ясно осознала, насколько многое из того, чем живёт современный мир, зародилось именно там: дебаты, выборы, доказательность судебных дел, медицина, водопровод и многое другое. Всё было забыто, разрушено, а потом заново изобреталось много веков спустя - удивительные перипетии судьбы и цикличность... В общем, отличное у меня вышло знакомство с историей Древнего мира, который всегда был интересен, но к которому никак не удавалось подобраться. А ещё это было очень познавательно с точки зрения интереса к адвокатскому делу и ораторской риторике. Однозначно лучший цикл года и мощная кувалда, пробившая стену "ничего не читается, ничто не интересно".

– Я стал бы защищать и самое черное исчадие царства Аида, если бы тому потребовался адвокат. Такова наша правовая система.

Все больше погружаюсь в тему Древнего Рима, времени Цезаря. Я совершенно не люблю философию и множество диалогов, но с этой книгой я не могла расстаться. Начинается все с изгнания Цицерона и в дальнейшем мы узнаем его взаимоотношение с Цезарем. Все повествование ведет помощник главного героя, который помогает, записывает речи. Пожалуй больше всего в таких книгах мне нравится когда героя ссылают в другую страну или преследуют. И именно если это касается Рима это судебные процессы и заседания. Концовка меня впечатлила. С момента смерти Цезаря было очень интересно. Потому что уроки истории я просиживала для галочки и сейчас было действительно интересно узнать о Марке Туллии Цицероне, о Цезаре, и многих других знаменитых в то время людях.

Третья книга Роберта Харриса «Диктатор» завершает его трилогию о римском юристе и ораторе, политике и философе Марке Туллии Цицероне, последние пятнадцать лет жизни которого совпали и были свидетельством гибели Римской Республики.

Оказывается, интерес к Цицерону, как государственному деятелю, не всегда имел положительную коннотацию, крупнейший историк XIX века Теодор Моммзен в своих работах прославлял Юлия Цезаря, а к Цицерону относился неодобрительно, находя в его биографии множество поводов для осуждения. Современные историки видят в огромном эпистолярном наследии, оставленным нам Цицероном и его биографами, напротив, множество поводов для восхищения. Одно то, что примеры его ораторского искусства до сих пор изучаются на гуманитарных факультетах многих университетов, говорит о его огромном влиянии на современные этику и мораль.

Роберт Харрис, безусловно, относится к рядам восторженных почитателей римского оратора. Марк Туллий Цицерон был человеком, добившимся всего сам, поднявшимся к вершинам римской власти из провинциального Арпина. В трилогии Харриса на исторической сцене Цицерон выступает вровень с такими политическими гигантами, как Юлий Цезарь, Помпей Магн и Октавиан, а подчас даже выходит на первый план. А ведь все они добивались власти военной силой, у Цицерона же были лишь его знания, эрудиция и ораторское искусство. Хотя без политических интриг, этого необходимого двигателя любого политического процесса, тоже никто из них не обходился.

Тирон, верный секретарь Цицерона, продолжает вести летопись взлетов и падений своего кумира. Интриги народного трибуна Клодия Пульхра привели к изгнанию Цицерона, к которому, по словам Тирона, он был совершенно не готов. После полутора лет прозябания в болотах Фессалии, Цезарь позволит им вернуться в Рим, пообещав Цицерону безопасность. Но о безопасности во времена гражданских войн, сотрясавших республику, можно было только мечтать.

Как скажет о начале этого периода жизни оратора верный Тирон: «Как легко тем, кто не принимает никакого участия в общественных делах, глумиться над компромиссами, которые требуются от тех, кто ими занимается!», этот этап жизни Цицерона будет состоять из компромиссов. Вынужденный давать обещания не заниматься больше политикой, пребывающий то в изгнании, то сосланный управлять отдаленной провинцией, он будет больше внимания уделять своей далекой от гармонии личной жизни и написанию трактатов, в которых излагает основные тезисы своей философии. Но в заключительной части романа, когда после убийства Цезаря возникнет надежда возродить Республику, он вновь появится на политической сцене и ненадолго вернет себе былую славу, пытаясь защитить Рим от притязаний Марка Антония. Но, дуют уже совсем другие политические ветры, порядочность и верность слову потеряли смысл, а значит вместе с концом Республики придет конец и герою этого романа.

Очевидно, что автор писал этот трилогию, как иллюстрацию к природе власти. Политике и околополитическим интригам отдана большая часть повествования с упором на не слишком большие различия в этой сфере тогда и теперь. И хотя многие моральные ценности той эпохи нам уже чужды, жаль, что за редким исключением, современные политические деятели напрочь утратили такие качества, мужество и стоицизм, которые демонстрируют герои Древнего мира. Обычно в памяти народов остаются имена военных вождей, но таким людям, как Цицерон, в ней тоже нашлось место.