Цитаты из книги Романы

Человеку дается великое право - выбирать свой путь, но дано и великое обязательство - не выбирать его для других.

Я не понимал тогда, что я не скучал оттого, что был ребёнком.

... красно говорить простительно юноше, а в его года стыдно тешиться шумом собственных речей, стыдно рисоваться!

Кто пожил, да не сделался снисходительным к другим, тот сам не заслуживает снисхождения. А кто может сказать, что он в снисхождении не нуждается? Ты сделал, что мог, боролся, пока мог… Чего же больше? Наши дороги разошлись…

Нет ничего тягостнее сознания только что сделанной глупости.

Случается, что человек, просыпаясь, с невольным испугом спрашивает себя: неужели мне уже тридцать... сорок... пятьдесят лет? Как это жизнь так скоро прошла? Как это смерть так близко надвинулась? Смерть, как рыбак, который поймал рыбу в свою сеть и оставляет ее на время в воде: рыба еще плавает, но сеть на ней, и рыбак выхватит ее - когда захочет.

- От копеечной свечи, вы знаете, Москва сгорела, -  ответил Базаров.

"... сознавал ли он [Николай Петрович. NS], что едва ли не большее бы уважение оказал ему Аркадий, если б он вовсе не касался этого дела [Фенечка. NS], упрекал ли он самого себя в слабости – сказать трудно; все эти чувства были в нем, но в виде ощущений – и то неясных; а с лица не сходила краска, и сердце билось."

"Удивительное дело,как человек ещё верит в слова..."

Всякий человек сам себя воспитать должен – ну хоть как я, например… А что касается до времени – отчего я от него зависеть буду? Пускай же лучше оно зависит от меня. Нет, брат, это все распущенность, пустота! И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения. Ты проштудируй-ка анатомию глаза: откуда тут взяться, как ты говоришь, загадочному взгляду? Это все романтизм, чепуха, гниль, художество. Пойдем лучше смотреть жука.

Да и кроме того, – перебил Базаров, – что за охота говорить и думать о будущем, которое большею частью не от нас зависит? Выйдет случай что-нибудь сделать – прекрасно, а не выйдет, – по крайней мере, тем будешь доволен, что заранее напрасно не болтал.

По-моему, или все, или ничего. Жизнь за жизнь. Взял мою, отдай свою, и тогда уж без сожаления и без возврата. А то лучше и не надо.

И ведь тоже думал: обломаю дел много, не умру, куда! задача есть, ведь я гигант! А теперь вся задача гиганта – как бы умереть прилично, хотя никому до этого дела нет… Все равно: вилять хвостом не стану.

У каждого человека есть свой идеал

Женщина женщине розь

В рисунке, да и вообще в жизни, лёгкость и смелость- первое дело.

О друг мой Аркадий Николаевич! Об одном прошу тебя: не говори красиво.

К тому же он чувствовал на сердце ту беспричинную грусть, которая знакома только одним молодым людям.

Слабость возмущала ее, глупость сердила, ложь она не прощала «во веки веков»; требования ее ни перед чем не отступали, самые молитвы не раз мешались с укором. Стоило человеку потерять ее уважение, — а суд произносила она скоро, часто слишком скоро, — и уж он переставал существовать для нее. Все впечатления резко ложились в ее душу; не легко давалась ей жизнь.