Отзывы о книге La peste

В романе автор провёл аналогию чумы с войной. Сравнение и в самом деле удачное - чума была бичом человечества в средние века, войны стали бичом XX века. Центральное внимание уделено поведению людей, оказавшихся в условиях закрытого на карантин города. Привычный порядок жизни нарушен, многие герои романа разделены с близкими людьми. Как будут вести себя эти люди? Намеренно или нет, но автор не рассказывает о типичных горожанах - они у Камю представлены в виде серой безликой массы, эмоции и чувства которой он и описывает обезличенно, опосредованно (через сообщения в газетах). Всё внимание посвящено тем действующим лицам, которые всё же смогли найти для себя смысл и занятие в условиях изоляции города. Чума в полной мере выявила, а Камю запечатлел, в каких формах проявлялись все достоинства и недостатки людей. Центральное место занимают Риэ, Тарру. Для них смыслом жизни в эти дни стало действие, выполнение того, что они сделали своим долгом. Для Риэ и для следователя Отона действие - это ещё и возможность отвлечься от безрадостных мыслей от разлуки с близкими. Долг для этих людей - опора в трудные дни. Коттару чума помогла найти своё призвание. Автор знакомит нас с этим персонажем, когда он пытается покончить жизнь самоубийством. Неспособный к жизни в мирное время, Коттар пришёлся вполне ко двору в месяцы эпидемии. Понимая это, он и сам желает, чтобы чума продлилась как можно дольше. Когда эпидемия заканчивается, он не выдерживает этого и сходит с ума. Грану чума дала возможность отдать все силы своему любимомоу занятию - написать книгу, после прочтения которой редактор бы снял шляпу в знак уважения. Стремление к совершенству - вещь хорошая, но всё хорошо в меру. Гран увлекается формой в ущерб содержанию и его книга не идет дальше первой фразы. Свою роль оказывает и безволие Грана: если поставил себе цель написать великую книгу, то зачем совмещать это занятие с учётом больных при добровольческих отрядах? Рамбер в своём устремлении к счастью и игнорировании реальности как бы напоминает нам о дне насущном. Что первично: индивидуальное счастье или общественный порядок? При чтении романа нельзя забывать, что он написан во время и под впечатлением Второй Мировой Войны. Много лет прошло с тех пор. Люди мало-помалу теряют способность воспринимать мысли, заложенные в романе.

...Мне доподлинно известно, что каждый носит её, чуму, в себе, ибо не существует такого человека в мире, да-да, не существует, которого бы она не коснулась. И надо поэтому безостановочно следить за собой, чтобы, случайно забывшись, не дохнуть в лицо другому и не передать ему заразы. Потому что микроб - это нечто естественное. Всё прочее: здоровье, неподкупность, если хотите даже чистота, - все это уже продукт воли, и воли, которая не должна давать себе передышки. Человек честный, никому не передающий заразы, - это как раз тот, который ни на миг не смеет расслабиться. А сколько требуется воли и напряжения, Риэ, чтобы не забыться!..

..Риэ знал, о чем думает сейчас этот плачущий старик, и он тоже подумал, что наш мир без любви - это мертвый мир и неизбежно наступает час, когда, устав от тюрем, работы и мужества, жаждешь вызвать в памяти родное лицо, хочешь, чтобы сердце умилялось от нежности...

...Теперь они знали, что существует на свете нечто, к чему нужно стремиться всегда и что иногда дается в руки, и это нечто - человеческая нежность...

Роман французского писателя Альберта Камю «Чума», написан в 1944 году. Название и год написания говорят сами за себя, а именно то, что вряд ли это лёгкое и приятное чтиво. Конечно же нет, это боль, страдания и потери, но, вопреки моим ожиданиям, читалось легко, быстро, возможно, из-за отсутствия в романе излишних описаний физиологических подробностей, что вполне разумно. Передать настроение, создать нужную атмосферу можно без натурализма, коим грешат некоторые авторы.

Повествование ведется от имени доктора Риэ.Написано лаконично, отсутствие определённой художественности и красоты слога оправдано сюжетом, какая красота, когда в городе чума, люди умирают, а те, кто еще жив живут под страхом возможной смерти.

Главная мысль романа для меня была в самом начале, когда проводилось сравнение двух страшнейших исторических явлений: войн и чумы. О том, что в мире всегда была чума и всегда была война, при этом и одно явление и другое всегда заставляли людей врасплох. Когда наступала война люди говорили: «Ну, это не может продлиться долго, слишком это глупо», и действительно, война – это и впрямь слишком глупо, что, впрочем, не мешало ей длиться долго.

Интересно показано отношения и трансформации людей, попадающих в нетипичные и ужасающие события. Когда размышления доктора о смертях сводятся к вопросу личному, вопросу индивидуальному – «весомость мертвый человек приобретает в твоих глазах, только, если ты видел его мёртвым, сто миллионов трупов, которые где-то там, в исторических сводках – лишь дымка, застилающая воображение».

Отсылка к сегодняшним реалиям ужасает: введение у нас в городе режима ЧС – определенный административный механизм в военное время, в романе же введение определенных профилактических мер, предписанных законом, возможно так же через официальное признание того, что в городе господствует чума! Назвать чуму – чумой и тогда можно проводить ряд иных профилактических мер, такая вот бюрократическая реальность, которой заражены все страны мира. И что самое удивительное - не ясно, приведут ли эти меры к должному результату - доктор пишет «Следует ли прибегнуть к этим мерам, чтобы предотвратить гибель половины города.» Нет уверенности в их эффективности.

Показанная прогрессия восприятия человеком происходящих событий – интересное пособие того, как не быстро адаптируется психика под внешние обстоятельства, вопреки расхожему мнение о её молниеносности. Хотя, возможно, в военное время процесс ускоряется. Люди, будучи осведомленными о том, что еженедельно число умирающих сограждан увеличивается - усиленно продолжают делась вид, что ничего не происходит, что все события – «неприятный переходящий эпизод» из жизни их города и только с момента введения в городе необходимых защитных мер, осознание катастрофы, становится реальным. По всей видимости, у нас так срабатывает защитный механизм психики – отрицать и отвергать до последнего момента очевидность происходящего.

Истинная вера в Бога или отсутствие таковой проявляется в кризисные моменты более всего:

«- А в Бога вы верите, доктор?

- Нет, но какое это имеет значение?...

- Это-то и отделяет вас от отца Панлю?

- Не думаю. Панлю – кабинетный ученый. Он видел недостаточно смертей и поэтому вещает от имени истины. Но любой сельский попик, который отпускает грехи своим прихожанам и слышит последний вздох умирающего, думает так же, как и я. Он прежде всего попытается помочь беде, а уж потом будет доказывать ее благодетельные свойства.»

И в этой честности, как мне кажется, есть сила. Честность – значит делать своё дело. Доктор Риэ именно тот герой, которому я бы доверяла более всего: он не много говорит, не излишне рассуждает или жалуется на обстоятельства, в которых оказался, он просто делает своё сложное, тяжкое дело. На таких людях весь мир держится – меньше слов, больше дел.

Роман глубок, актуален как никогда и полезен будет для переосмысления жизненных приоритетов.