Generation "П" (аудиокнига MP3)

По мнению критиков, название романа было рассчитано на определённую целевую группу и позволяет читателю придумать значение букве «П» самостоятельно. Рецензенты под символом «П» понимали всё что угодно, по всему тексту романа рассыпаны различные намёки на различные значения этой буквы. Различные критики и читатели придумывали свои трактования значения названия, сам Пелевин говорит о том, что в языке «идёт переназначение понятий с целью придать им иной психологический и социальный статус».
На первой же странице романа указано, что буква «П» означает Пепси. Значение буквы «П» в названии романа можно трактовать также как «Пиздец». В контексте трактования названия романа как «Поколение Пиздец» автор описывает жизнь «пропащего поколения», которое «…улыбнулось лету, морю и солнцу — и выбрало „Пепси“». Литературный критик и публицист Геннадий Муриков заметил, что слово «поколение» — «generation» — написано латинским шрифтом, а «П» — русской буквой, а не латинской «P». По его мнению, это было сделано специально для того, чтобы подчеркнуть, что это именно наш, отечественный Пиздец. Придуманное Пелевиным название поколения, по мнению Дмитрия Голынко-Вольфсона, является перифразом названий романа Дугласа Коупленда «Generation „X“» и фильма Грегга Араки «Поколение DOOM». Также некоторые критики трактуют название романа как «поколение Пелевина».

«Generation „П“» («Поколение „П“») — постмодернистский роман Виктора Пелевина о поколении россиян, которое взрослело и формировалось во времена политических и экономических реформ 1990-х годов. Действие романа разворачивается в Москве 90-х годов. Главный герой романа — Вавилен Татарский, интеллигентный юноша, выпускник Литературного института, своё необычное имя он получил от отца — поклонника Василия Аксенова и В.И. Ленина. Татарский — собирательный образ «поколения П» — поколения семидесятых.
Благодаря случайности он попадает в мир рекламы и открывает у себя талант — сочинять рекламные слоганы. Таким образом, он становится сначала копирайтером, затем «криэйтором». Задачей Вавилена становится адаптация рекламы зарубежных товаров к отечественной ментальности. Затем Татарский становится творцом телевизионной реальности, замещающей реальность окружающую. Татарский создаёт телеобразы государственных деятелей и саму политическую жизнь страны с помощью компьютерных технологий. Однако он постоянно мучается «вечными вопросами», кто же всё-таки этим управляет, и в конце становится живым богом, земным мужем богини Иштар.
Роман был впервые опубликован в 1999 году. Ещё до публикации отрывки книги были выложены в Интернете, что позволило критикам сделать первые выводы о романе, а читателям заинтересоваться данной книгой. Появление «Generation „П“» было долгожданным, так как он был издан спустя два года после написания предыдущего романа Пелевина «Чапаев и Пустота».

История романа начинается с повествования о поколении, которое когда-то в России и выбрало «Пепси», в которое и попал Вавилен Татарский. Вавилен после прочтения стихов Пастернака бросил технический институт и поступил в Литературный на отделение переводов с языков народов СССР. Через некоторое время СССР развалился, и Татарский оказался не востребован эпохой. Он устроился продавцом в коммерческий ларёк, «крышей» которого был Гусейн. Однажды к ларьку Татарского подошёл Сергей Морковин, однокурсник Вавилена по Литинституту, который занимался рекламой.
На следующий день Морковин отвёл Татарского в рекламное агентство «Драфт Подиум», его директором был Дмитрий Пугин. Первой работой Вавилена было создание рекламы для Лефортовского кондитерского комбината — так Татарский стал копирайтером. Через некоторое время Татарский начал разрабатывать рекламные концепции, смысл его работы состоял в приспособлении западных рекламных концепций под ментальность российского потребителя. Пугин поручил Татарскому разработать рекламную концепцию для сигарет «Парламент». Затем Татарский вспомнил о своей курсовой по истории, которая называлась «Краткий очерк истории парламентаризма в России», тогда он случайно нашёл папку с надписью «Тихамат». В ней говорилось о халдейской богине Иштар, ритуальными предметами которой являлись зеркало, маска и мухомор. Мужем богини мог стать любой житель Вавилона. Для этого он должен был выпить зелье из мухоморов и взойти на зиккурат, по пути разгадывая три загадки.
На следующий день Татарский случайно встретил своего одноклассника Андрея Гиреева, который пригласил Татарского в гости. По приезде Гиреев угостил Татарского сушёными мухоморами. Вскоре «его мысли обрели такую свободу и силу, что он больше не мог их контролировать». Гиреев испугался состояния Татарского и убежал. Татарский погнался за ним и оказался около замороженной стройки. Недостроенное здание было похоже на ступенчатый цилиндр с башенкой наверху, вокруг которого вилась спиральная дорога на опорах. Татарский начал подниматься на этот своеобразный зиккурат. По дороге он нашёл три предмета: пачку из-под сигарет «Парламент», кубинскую монету в три песо с изображением Че Гевары и пластиковую точилку для карандашей в виде телевизора. После этого приключения рекламные концепции стали получаться у Татарского намного легче.
Кокаин уже не доставлял Татарскому удовольствия. Однажды в баре один человек продал герою почтовую марку, пропитанную ЛСД. На следующее утро Татарскому позвонил некий Владимир Ханин и сообщил, что Дмитрия Пугина убили. Приехав в офис Ханина, Татарский увидел над его столом плакат с тремя пальмами на тропическом острове. Эти пальмы были копией голограммы с пачки «Парламента», которую Татарский нашёл на зиккурате. С этого дня Татарский начал работать в агентстве Ханина «Тайный советчик». Татарского насторожил тот факт, что Ханин знал его настоящее имя.
Гуляя, Татарский увидел магазин под вывеской «Иштар», там он купил майку с изображением Че Гевары и планшетку для спиритических сеансов. Дома Татарский заправил планшетку бумагой, возложил на неё руки и вызвал дух Че Гевары, он хотел узнать что-нибудь новое про рекламу. Планшетка писала всю ночь и выдала текст под заголовком «Идентиализм как высшая стадия дуализма». В тексте была высказана теория о превращении человека из Homo Sapiens в Homo Zapiens. Тогда же дух Че Гевары сформулировал теорию Вау-импульсов.
Кроме Татарского, в фирме Ханина работали ещё два криэйтора — Серёжа и Малюта. Через несколько дней Татарский попробовал ЛСД. Ждать, пока марка подействует, было скучно, и герой решил прочитать папку «Тихамат». На одной из страниц Татарский увидел фотографию древнего барельефа, центральной фигурой которого был Энкиду, который в обеих руках держал нити, на которые были нанизаны люди. Нить входила человеку в рот и выходила из заднего прохода. Каждая нить оканчивалась колесом, в центре которого был треугольник с нарисованным глазом. По легенде, люди должны были взбираться по нити, «сперва заглатывая её, а затем попеременно схватываясь за неё ртом и анусом». Внезапно Татарский оказался на улице незнакомого города, над которым поднималась башня, похожая на ступенчатую пирамиду, сияющую ослепительно-белым огнём. Вокруг стояли люди и неотрывно смотрели на этот огонь. Татарский тоже поднял глаза, и огонь начал притягивать его.

Татарский с трудом закрыл глаза, а открыв их, увидел, что это не башня, а огромная человеческая фигура. Когда Татарский пришёл в себя, «в его ушах пульсировало непонятное слово — то ли „сиррукх“, то ли „сирруф“». Сразу после этого Татарский услышал голос, который назвался сирруфом. Сирруф объяснил Татарскому, что, принимая ЛСД или мухоморы, человек выходит за пределы своего мира. Марка, которую съел Татарский, была пропуском на пять человек в такое место, где не положено шататься без дела. Сирруф оказался стражем Вавилонской башни, а то, что видел Татарский, сирруф назвал «тофетом» — местом жертвенного сожжения, где горит пламя потребления, в котором сгорает identity. Татарский видел огонь только потому, что съел пропуск, когда большинство людей вместо огня видит перед собой экран телевизора.
Татарский проснулся со страшным похмельем и отправился за пивом. У ларька Татарский встретил Гусейна, который потребовал у Татарского «отступного», но в это время на пейджер позвонил Ханин и вскоре приехал на выручку со своей «крышей» — Вовчиком Малым. Вовчик Малой заказал Татарскому концепцию русской национальной идеи. В создании концепции Татарского ждал полный провал, не помог даже дух Че Гевары. На следующее утро Татарский узнал, что Вовчика Малого убили во время разборок с чеченцами. Без «крыши» у Ханина начались неприятности, и ему пришлось свернуть дело.
В офисе Ханина Татарский снова встретился с Морковиным, который предложил Татарскому новую работу. Боссом Ханина был Леонид Азадовский, хотя на самом деле его звали Легион. Татарский увидел его лежащим на персидском ковре посреди кабинета и усыпанным кокаином. Его лицо было знакомо Татарскому, он видел его в сотне рекламных клипов на вторых ролях.
Отдел рекламы в этом заведении не разрабатывал концепции, а координировал работу крупных рекламных агентств. Морковин ввёл Татарского в курс дела. Выяснилось, что политиков, которых показывают по телевизору, на самом деле не существует. Их создают с помощью сверхмощного компьютера. Чем выше пост виртуального политика, тем лучше 3D графика. Ельцин получался у них как живой, то же касалось и олигархов. Морковин рассказал, что существует служба «Народная воля», сотрудники которой рассказывают, что они только что видели «вождей».
Получалось, что всё в России решали политики и олигархи, созданные 3D специалистами. Татарский спросил, на что же всё это опирается, кто определяет курс мировой политики и экономики, но Морковин запретил ему даже думать об этом. Татарского назначили старшим криэйтором в отделе компромата. Вскоре ему дали соавтора, которым оказался Малюта. Через некоторое время Азадовский пригласил Татарского на пикник. Азадовскому доставляло удовольствие заходить в пивные и слушать, что говорит простой народ. Они посетили пивную недалеко от станции Расторгуево. Там на них наехали какие-то бандиты, и Татарскому пришлось сбежать, тогда он решил навестить Гиреева. Взяв у Гиреева сушёных мухоморов, Татарский решил прогуляться по лесу. Когда мухоморы подействовали, Татарский снова взобрался на башню замороженной стройки, где его посетили некоторые галлюцинации.
На следующий день Татарский отправился в Останкино, чтобы принять участие в странном ритуале. Азадовский поведал Татарскому историю о древней богине, которая хотела стать бессмертной. «И тогда она разделилась на свою смерть и на то, что не хотело умирать». Между ними началась война, последняя битва которой произошла прямо над этим местом. Когда собака начала побеждать, другие боги заставили их заключить мир. Богиню лишили тела, «она стала тем, к чему стремятся все люди», «а её смерть стала хромым псом с пятью лапами, который должен вечно спать в одной далёкой стране на севере». Общество, в которое вступал Татарский, стерегло сон собаки-смерти (по имени Пиздец) и служило богине Иштар. Главой общества оказался Фасук Карлович Сейфуль-Фарсейкин, известный телеведущий, с которым Татарский частенько встречался, но близко знаком не был.
Лоб Татарского помазали собачьей кровью и заставили его заглянуть в глаз, через который богиня узнаёт своего земного мужа. Сейчас на должности мужа Иштар состоял Азадовский. Вдруг за его спиной началась какая-то возня — это душили Азадовского, таким образом, земным мужем богини стал Татарский. После этого с героя сняли цифровую копию. Участие во всех клипах и передачах стало основной сакральной функцией Татарского. По существу, мужем Иштар станет 3D-модель Татарского. Во время сканирования Татарскому в голову пришла жуткая мысль: а вдруг всё поколение «Пепси» и есть та самая собака с пятью лапами. В наследство от Азадовского Татарскому достался маленький телефон с единственной кнопкой в виде золотого глаза. С тех пор лицо Татарского мелькало во всех рекламных клипах и телевизионных репортажах.

На своих конференциях и в интервью Пелевин говорил, что очень не любит критику, в романе «Generation „П“» он пишет руками главного героя: «Пора завязывать с литературоведением и думать о реальном клиенте». Между строк легко читается идея, что в литературе важны только читатель и автор.
Реакция критиков на «Generation „П“» была неоднозначной. С одной стороны, рецензенты хвалили роман за блестящий язык, глубокий философский подтекст, динамичный сюжет, оригинальность идеи. С другой стороны, уже другие люди критиковали произведение за скудный язык, обилие второстепенных персонажей и сюжетных линий, делающих чтение сложным для восприятия. Журнал «Эксперт» отмечает, что публикация «Generation „П“» стала самым культовым событием 1999 года и сейчас многие издания и критики называют роман культовым. В 2000 году роман получил премию «Бронзовая улитка» и «Немецкую литературную премию имени Рихарда Шенфельда».
Некоторые критики отмечают, что роман одновременно является и «хлёсткой сатирой на российскую пиар-индустрию, и энциклопедией разноцветного пиара, и зеркалом общественных процессов 80-х, 90-х, 2000-х годов, и прогнозом на сегодняшний день».
Александр Архангельский считает, что «Поколение „П“» не является серьёзной литературой, а есть часть массовой культуры, своеобразная интеллектуальная попса. Леонид Каганов считает, что книга «Поколение „П“» — одна из лучших книг, что печатались со времён появления книги «Чапаев и Пустота». В книге много юмора, пищи для ума, философских идей. Михаил Свердлов в своей рецензии на роман обращает внимание на стиль изложения романа. Критик считает, что роман написан на нелитературном языке. Литературный критик Евгений Шкловский в своей статье высказал мнение, что Пелевин, написав «Поколение „П“», занял свою «нишу», нашёл своё место в современном литературном мире.
Критик Лев Рубинштейн пишет:
«Generation „П“» — это несколько бестолковое повествование, которое, несмотря на то, что оно временами то «глючит», то «зависает», читать всё же занимательно. Жанр? Антиутопия не антиутопия. Сатира не сатира. Да в общем-то и неважно. Язык? Язык с точки зрения адептов «качественной» прозы — никакой. Это язык нынешнего «нового журнализма» — не без изящества, не без наблюдательности, не без бойкости и даже виртуозности, не без проницательных и парадоксальных обобщений.
Увековеченный в «Generation „П“» критик Павел Басинский признаёт, что роман очень достоверен и что он сможет даже через 100 лет передать читателям «чем дышали, что слышали, какие образы постоянно мелькали перед глазами» людей в 90-х годах XX века.

Работа над фильмом началась в конце 2006 года, в российский прокат фильм вышел 14 апреля 2011 года. Мировая премьера фильма прошла в рамках 46 международного кинофестиваля в Карловых Варах. Фильм снимался как независимое кино, без привлечения крупных кинокомпаний. Режиссёр Виктор Гинзбург самостоятельно привлекал средства для работы над фильмом, но привлечённые деньги быстро заканчивались, и несколько раз картина была на грани остановки.
В фильме снялись Владимир Епифанцев, Михаил Ефремов, Андрей Фомин, Владимир Меньшов, Иван Охлобыстин, Александр Гордон и другие актёры.
Фильм имеет сложную структуру и значительное количество сложно переплетённых сюжетных линий. При работе над сценарием книга подверглась серьёзной переработке: в отличие от литературного произведения, история которого заканчивается в конце 90-х, действие фильма доведено до наших дней и даже продлено в будущее. Некоторые критики утверждали, что в фильме нет и тени Пелевина, другие — наоборот. Фильм «Generation „П“»» заработал более $4,5 млн в российском прокате и был приглашён в официальные программы десятков ведущих фестивалей мира, на которых получал различные награды.
Generation П