
Summer Book.
Туве Янссон здесь, кажется, нашла идеальный экстракт романа о межпоколенческих отношениях. Одновременно и родня двух героинь, и противопоставляя их, писательнице удалось задать читателям множество личных вопросов. Главным и самым очевидным из них, конечно, становится горький опыт потери, смерти, попытка бабушки подобрать верные слова для разговора о конце земного существования с маленьким человеком, чья жизнь только начинается.
Этот нарратив мог бы показаться трагичным и неловким, если бы Янссон не придумала гениальный ход и не отразила во внучке черты и характер бабушки, символично намекая, как стойкость и жизнелюбие передались Софии по наследству. При этом даже импульсивность и детская эгоцентричность девочки находят союзника в лице внутренне свободного, ироничного и упрямого матриарха этого семейства. Обе героини тотчас кажутся живыми, реальными людьми, готовыми к диалогу.
Избегая чрезмерной эмоциональной окраски, срединных кульминаций и привычной доброй сказочности, писательница сумела полностью выгнать из текста даже намёки на фальшь, а потому «Летняя книга» при всей оригинальности северного сеттинга и массе объёмных зарисовок местной природы кажется ещё и универсальным воспоминанием о лете, которое случалось у каждого читателя на любом отдалении от Финского залива. Были ожесточённые споры, невыносимые глупые шалости, прямые угрозы, громкие заявления о нелюбви, а после, спустя годы, и горькие раскаяния, потому что то лето более никогда не повторится. Так, «Летняя книга» ещё долгие годы будет орошена добрыми слезами от боли утрат: детства, юных надежд, родных.









