Урсула поставила перед нами две дымящиеся чашки и села обратно в свое кресло, откинув длинные темные волосы за спину.
Только сейчас я смог, наконец, спокойно её рассмотреть.
Данное Оводом прозвище к ней категорически не подходило. Во всяком случае, комплекцией на медведицу Урсула ничуть не походила. За вычетом яркого, почти драматического макияжа и красного пятна на лбу, оставленного стволом Овода, я мог бы счесть её даже симпатичной. Хотя, с моей великовозрастной точки зрения, симпатичной выглядела любая особа в возрасте до сорока лет.