Цитаты из книги Posłaniec

И она - воплощённая радость жизни

Конечно, ты настоящий, – как и любая мысль или история. Все становится настоящим, когда ты оказываешься внутри сюжета

Одри любит меня, ей просто нужно отпустить себя, позволить себе чувствовать. А потом ощутить, каково это – любить. Пройти весь путь до конца. Хоть раз в жизни

Просто понятно: теперь мы уже не прежние друзья. Потому что будем помнить о прошлом.

Я вглядываюсь во тьму его глаз. Пытаюсь отыскать настоящего Ричи – он ведь там, внутри, бродит по лабиринту безымянных пустых улиц. Один. Улицы меняются и кружатся вокруг него, заманивая все глубже и глубже, но Ричи продолжает идти – тем же шагом. Ничего не замечая.

Правда, и так понятно, что все произошедшее сохранится в памяти навсегда. Будет настойчиво возвращаться снова и снова. Меня также посещает неприятная мысль, что воспоминания эти будут благодарными. Неприятная – потому что очень не хочется думать об этом как о чем-то хорошем. Во всяком случае, пока все не закончится. А еще я опасаюсь, что никакого конца не будет. Все это продолжится в воспоминаниях, которые будет просовывать в голову память

Ну,  – кивает святой отец. – Ничего не случается просто так. У всего есть цель.
Я, в принципе, с этим согласен. У всякого события есть причина, вызвавшая его к жизни

Луа и Мари стоят, взявшись за руки.
Они абсолютно, безусловно счастливы – пусть на мгновенье, но счастливы. Их дети танцуют, а старый дом залит сияющим светом

Все отгадки должны быть в книгах. Откладываем не вошедшие в список, сосредоточиваемся на трех финалистах. Отодвинутые в сторону тома мне жалко. Правда. Они похожи на толпу проигравших в последнем забеге – лежат на полу и смотрят на меня. Были бы они людьми – сидели бы, печально повесив головы.

Только нынешний нездоровый социум способен отказать индивидууму в утолении жажды знаний.

Будущее восхитительно неизвестно, и я счастлив.

Солнце уже вылезло из-за горизонта – оранжевый шар, нарисованный на театральном заднике в виде неба.

Насколько хорошо мы позволяем друг другу узнать себя?

Думать – дело опасное, – предупреждает он. – Никогда не знаешь, куда заведет. Лучше не думать вообще.

«Эд, не вини окружающий мир в своих бедах. Прими его таким, какой он есть»

Кому сейчас легко? Мы должны стойко переносить трудности ради блага всего человечества.

Мама – из тех женщин, которых не так-то просто обидеть, потому что они сами кого хочешь обидят. И словом, и топором.

Неужели мои похороны будут такими же? Равнодушные люди постоят над могилой и молча разойдутся?
Нет, я такого не хочу. Не хочу, чтобы над моим гробом молчали.
Просто для этого нужно жить настоящей жизнью. Жить. А не прозябать.

Возможно, однажды утром я проснусь и встану уже иным, а посмотрев вниз, увижу себя прежнего мертвым меж простыней.

На самом деле я хочу только одного. Чтобы мне хотелось хотеть.