Цитаты из книги Экипаж

Офицер Российской Армии

Пока он думал, все сохраняли почтительное молчание — демократия на борту «Вурдалака» не приветствовалась, капитан совещался только сам с собой.

— А обязательно было всех убивать? — неодобрительно осмотрел побоище Михаил. — Можно было и в плен кого-нибудь взять… — Они первые начали. А когда стреляешь в кого-нибудь, не удивляйся, если он начнет отстреливаться, — с мудрым видом индийского гуру проговорил капитан.

... печально вздохнул Койфман. — Будем надеяться, что Бог не оставит свой избранный народ… — Ребе, но мы же не евреи! — подал голос Ежов. — Зато я еврей, Мишенька. Бог спасет меня, даже если ради этого придется спасать и вас, гоев. Бог всегда помогает тем, кто хорошо вооружен ...

— Лучший подарок для девушки — причиндалы, отрезанные у злейшего врага. — А если у тебя нет злейшего врага? — Отрежь причиндалы у кого-нибудь другого, и он станет твоим злейшим врагом.

... эти пятеро в довершение ко всему еще и отказались платить! Ну не считать же платой огромный кулак, сунутый под нос?

... для разума необходимы три обязательных компонента — развитый мозг или его аналог, сложные чувства, позволяющие получать информацию об окружающем мире, и инструмент для действий.

... война не приходит к тем, кто к ней готов.

На что это похоже? Представьте себе стеклянный стакан. Представили? Так вот, на стеклянный стакан живой скерхемозо совсем не похож.

Если подходить к времени с точки зрения физики, его вообще не существует — существует только мгновение, которое принято называть «сейчас». Настоящее. Прошлого уже нет, будущего еще нет. И никакие силы не могут сделать прошлое настоящим, а настоящее будущим.

— Сударыня, вынужден попросить вас встать на дороге и остановить нам какую-нибудь машину, — попросил Моручи. — А если не буду? — взбрыкнула заложница. Капитан молча сунул ей под нос свой огромный кулак. Моручи был галантен с дамами, но только когда это не мешало основному делу.

Джина только злобно шипела голосом кошки, которую заставляют купаться.

— Ладно, блин, ща я тебя все-таки обматерю!.. ну, типа, мат поставлю…

Антисемитов в команде не нашлось (Косколито был интернационалистом — он одинаково ненавидел всех) ...

Сделай это — и тебя оставят в покое. Даже бить не будут. — Говорите сами за себя, ребе Аарон, — прорычала Джина, сверля Михаила злобными глазами. — Я его все равно покалечу. Нет — сначала изнасилую, а потом покалечу! — Елы-палы!.. — отвалилась челюсть Ежова. Этим ему тоже раньше не угрожали.

Говори, я сказала! — Можно я сначала встану? — попросил Ежов. — Лежать! — впечатался ему в спину острый каблучок. — Встанешь, когда я прикажу! А ну, вставай! В который раз удивляясь женской логике, Михаил медленно поднялся на ноги.

Бывают в жизни такие моменты, когда готов продать душу за один-единственный час времени. Например, когда понимаешь, что часы давным-давно остановились и ты безнадежно опаздываешь на поезд (на свидание, деловую встречу, собственную свадьбу, да мало ли еще куда). Таким моментам неизбежно сопутствует дикая спешка и дикий ужас по поводу того, что вовремя все равно не успеешь.

— И знал капитан, врагу ребра круша, что жить хорошо, и жизнь хороша! — упоенно продекламировал Денисов из-под стола.

— бессмысленно угрожать тому, кто и так день и ночь думает о суициде.

Кухня семьдесят второго века не так уж сильно отличалась от того, что можно было отведать в двадцать первом. Конечно, появилось великое множество новых блюд, но основные разновидности остались прежние — закуски, супы, мясо, рыба, овощи, фрукты, сладости… Эта часть цивилизации вообще всегда менялась медленнее всех.