Цитаты из книги День триффідів

Мне никогда раньше не приходило в голову, что преимущество человека определяется вовсе не наличием мозга, как это утверждают книги. Это преимущество следует из способности мозга усваивать информацию, которую несёт узкий диапазон видимого света. Вся цивилизация человека, все, чего он достиг или мог достигнуть, висит как на ниточке на его восприятии к поломке вибрации от красного до фиолетового. Без этого он погиб.

Схоже, є чимало людей, які не розуміють, що з людиною треба розмовляти її власною мовою, якщо хочеш, щоб вона сприйняла тебе серйозно. Якщо просто говорити грубо і цитувати Шеллі, вони вважатимуть вас милим, на кшталт мавпочки в цирку, але не звертатимуть жодної уваги на ваші слова. Потрібно розмовляти жаргоном, до якого вони звикли, щоб до вас дослухалися.

Відтоді, як мені виповнилося шістнадцять, мій інтерес до зброї знизився, але в середовищі, яке скочувалося до варварства, мені здавалося, що потрібно бути готовим поводитися як варвар, або невдовзі вже ніяк поводитися не зможеш.

Смерть - це просто моторошний кінець життя, руйнування того, що вже віджило.

‌Я глянув на неї. Вона стояла випроставшись, її губи трохи тремтіли. А мали ж бути кавалери, які зі шкіри вилазили, домагаючись бодай найменшої її усмішки. Вона мала б бути щасливою та безтурботною на якийсь час, а потім щасливою від турботи. Життя мало зачаровувати її, а кохання п'янити своєю ніжністю...

‌А хіба молодість і краса не викликають трохи суму за будь-яких обставин?

Дати іншим марні надії - це не набагато краще за жорстокість.

Дивно, наскільки мало в нас дорослого, коли справа доходить до якихось випробувань.

Я читал историю, - продолжал он, - и знаю из нее, что для использования знаний необходимо свободное время.

Должно быть, я страшно тупая на вид - так на меня глядели все, когда я говорила, что пишу книгу.

Положим, что они действительно обладают интеллектом. Тогда у нас перед ними только одно важное преимущество – зрение. Мы видим, они – нет. Отнимите у нас зрение, и наше превосходство исчезнет. Мало того, наше положение станет хуже, чем у них, потому что они приспособлены к слепому существованию, а мы – нет.

А теперь мне нужен мешок сахару. – Сахару? – растерянно спросила Джозелла. – Нет? Ну, тогда большой бидон меда. Мне кажется мед тоже подойдет.

– Самое скверное в триффидах, – сказал я, когда мы налили по второй порции, – это те их свойства, о которых мы ничего не знаем.

Мною оввладели призраки, а когда призраки овладевают человеком, сладить с ними трудно. Их уже не прогонишь веселым свистом или мурлыканьем песенки себе под нос.

Неспособность пользоваться мозгами не есть достойная похвалы добродетель.

[...]практика непрерывно обнаруживала загадочные отклонения от простых книжных схем.

– Дайте им время. Они осознают, как и мы. Вы всегда слишком торопитесь. Время, знаете ли, больше не деньги. – Деньги не имеют значения, а время имеет.

Мало того, я начинал испытывать нечто новое – страх одиночества. Я не был одинок с тех пор, пока шел из больницы по Пиккадилли. Во всем, что я видел тогда, была неразгаданная новизна. А теперь я впервые почувствовал ужас, который обрушивает одиночество на стадное по натуре животное. Я ощущал себя голым, беззащитным против всех страхов, кравшихся за мною по пятам…