Его лошадь скоро вырвалась вперед, и от этого Генри захотелось закричать, засмеяться, что-то потрясающее было в ее стремительном движении, в том, как ветер бил по лицу, как солнце краснело у горизонта. Он окинул всех краем глаза: Джетт болтался на лошадиной спине из стороны в сторону, одной ногой он держаться не мог, но догадался обхватить холку двумя руками, вжавшись лицом в гриву. Править он даже не пытался, его лошадь просто неслась за лошадью Агаты. Сван скулил, подпрыгивая на каждом шагу, но иногда скулеж вдруг превращался в смех. Хью съежился и даже на ходу продолжал бормотать что-то себе под нос. Агата неслась впереди, не оглядываясь, и, поравнявшись с ней, Генри увидел: она хохотала в голос, и лицо у нее было совершенно счастливое