— Нет? Тогда чего ты действительно хочешь?
Мести я желаю больше всего, единственной вещи, которой хочу достаточно сильно, чтобы убить за нее. В конце концов, это древнейшая мотивация всего мира. Люди могут думать, что это любовь, или жадность, или богатство, но только месть делает нас живыми. Она придает нам сил. Она заставляет гореть.
Я не отвечаю. Вместо этого задаю вопрос:
— А как насчет тебя?
Киаран улыбается. В этот раз я не могу понять, искренне это или нет.
— Ищешь во мне нечто достойное оправдания, Кэм?
— Ищу причину, по которой ты охотишься.
«Что запускает эти мимолетные эмоции, которые я так редко замечаю?»
— Разве удовольствия недостаточно для причины?