Цитаты из книги Диктатор

....Слишком доверчивых военных водят за нос....

Всякая война, даже начавшаяся из-за пустяков, порождает страшное дитя - взаимную ненависть. Но ненависть - это не только политика государств, это рак души. Ненависть не рождает дружбы, даже приметивного сотрудничества, даже равнодушного сосуществования.

Заранее восславленная победа оборачивалась реальным поражением.

Я даже удивился: до чего же много мы совершили такого, за что надо хвалить, а не наказывать.

Если устроитель Вселенной реально существует, то надо посадить на скамью подсудимых и его - за то, что во всех явлениях мира он заложил двойственность.

Я ненавидел эту красивую женщину - не потому, что она пыталась меня убить, а по причине куда глубже: в ней сконцентрировалось все то, против чего я боролся, против чего восставал.

Я не верил в существование высших сил, слово "рок" не ничего не объясняло. Но в естественную логику событий я верил. А естественная логика событий вела меня по пути, который я считал неестественным.

Великая ложь, которую я задумал, держится, как на незыблемом фундаменте, на тысячах мелких правд. Тут был парадокс, я не мог его понять.

...Так вот, политики, развязывающие войну, когда объективной неизбежности в ней нет, когда вполне можно уладить разногласия без нее, преступники и злодеи. Ибо совершили страшный поступок только потому, что обладали властью его совершить. Власть — тот же импульсатор, жгущий карман и руки. Взяв власть, хочется немедленно показать всем, что ты властитель. И самый действенный способ представить себя властителем — послать подчиненных воевать.

Правду о людях история говорит после их смерти. А при их жизни правду только чувствуют

В мире нет ни одного разногласия между государствами, которое могло бы оправдать гибель хотя бы одного ребёнка.

Созидание — вот главное, вот сокровенное свойство человека.

Война — преступление против человечества.

Мне, впрочем, всегда казалось, что именно эта неприметность, эта привычка рядом с любым из нас стираться во второстепенность и является главной характерностью его характера. Он просто должен был быть таким, чтобы быть на своем месте.

Он очень редко признавался в непонимании, предпочитая в подобных случаях промолчать - профессиональная черта дипломата.

Если левая рука согласна идти под суд за совершенные ею проступки, то правая не может остаться в стороне.

Он сделал свою болезнь фактором мировой политики. Он бил карты разума куда надежней - тем, что лежал на кровати, что был слаб и что любое нежеланное известие могло его окончательно сокрушить. Нет, я не хочу сказать, что он притворялся, это была игра всерьез - на жизнь.

- Опять неклассические методы! А если когда-нибудь и вам в роли судьи, решения которого обжалованию не подлежат, придется самому себе выносить суровый приговор? Гамов сверкнул на меня большими черными глазами. - Не исключаю этой возможности, Семипалов.

Война - несчастье, а не преступление. В преступлении присутствует злая воля, в приказах командующего армией необходимость - защита своей страны. Командующий - слуга неизбежности, но не злодей.

Не могу идти медленно, когда думаю. И не люблю ночных улиц. Столько дряни выплескивается наружу.