Цитаты из книги Сто лет пути

Кто в сорок лет не пессимист <...> а в пятьдесят не мизантроп, тот, может быть, и сердцем чист, но идиотом ляжет в гроб.

Молодость ищет руководителей <...> В гимназиях и университетах же привыкли искать только подготовки к будущей профессии, а этого недостаточно. Все молодые смутно мечтают, что учителя откроют им самое главное - смысл жизни, а открывают им только калейдоскоп теории и обобщений, врассыпную, не связывая их в определенное миросозерцание.

Когда человек криво рисует на куске ватмана "trip yo Japan", бумаге передаются впечатления и эмоции, и они живые. Компьютерная презентация - это красиво, конечно, но она мертва и обезличена, как наштампованные на конвейере искусственные цветы.

Девушки на шпильках... как бы это выразиться... не до конца студентки! Девушки на шпильках учатся уж точно не для того, чтобы узнать нечто новое о русской революции девятьсот пятого года и Первой Думе!.. Ради чего-то другого они учатся.

- Без боли ничего не выйдет. Гнилой зуб удалять тоже больно, однако ж приходится, потому что с ним жить невыносимо. - Так ведь если с зубом вместе всю голову удалить, жить и вовсе невозможно станет, в ту же минуту конец придет, как удалишь-то ее.

- Но здесь нет никакого ремонта! - Да что вы говорите! - воскликнул Никоненко. - Не может такого быть, чтоб не было, раз по документам он есть! Положено быть!..

Чай и бутерброд с колбасой всегда делают жизнь чуть более легкой, а неразрешимые вопросы чуть более простыми.

Вот чего Никоненко терпеть не мог, так это когда при нем умничали и говорили загадками!

Вот привычка - десерт ложкой есть, как щи хлебать!

- Это какие же мемуары? - спросила бабушка с легким презрением. - Эмигрантские? Так ведь эмигранты еще больше наших врали, Дмитрий Иванович! Человек без родины, да еще на родину обиженный чего только не наговорит, чтобы себя убедить, что не зря он эту родину покинул навсегда, больно плохо она себя вела. Нет, осуждать я никого не имею права, но знаю точно - издалека ничего понять нельзя, что тут у нас происходит, каково нам живется или жилось...

Дела детей - докука родителей. Пока живы и здоровы, родители обязаны помогать детям, наставлять, учить, указывать, что правильно, что неправильно.

Меньше нужно думать, вот что я тебе скажу. Действовать надо, работать.

Поэты ведь не до конца люди. Обыкновенный человек - не поэт - единое целое, в котором душа неотделима от тела с рождения до смерти, а у поэта душа к телу не привязана. Где и как она путешествует, какие знания получает, какие дали ей открываются, знать никому не дано, да и не положено. Когда душа и тело объединяются, получаются стихи, по-другому стихов никак не объяснить.

Странная штука - согласование времен. Как согласовать прошлое, настоящее и будущее, чтобы получилось нечто цельное, без пропастей и разрывов? И чтобы во всех временах остаться собой, не изменив себе в чем-то главном? И что есть главное?..

Вы все, в ком так любовь к отечеству сильна, любовь, которая все лучшее в нем губит, - и хочется сказать, что в наши времена тот честный человек, кто родину не любит...

Нельзя научиться читать, промахнув мимо азбуки, нельзя научиться жить сегодня, не выучив того, что было вчера.

Недовольство собой есть признак здорового отношения к жизни.

Одно дело теории и разговоры всякие про революцию, а другое - бомбу кинуть, жизни лишить.

Ежели в Бога не верить, да еще и людям не верить, как тогда на белом свете жить?

Я одно знаю: Россию нужно беречь и любить. Но вас нынче этому не учат. И в гимназиях ваших об этом не говорят.