Стены и колонны церкви были сплошь расписаны библейскими сюжетами и сценами из жизни святых. Днем зелень и лазурь, киноварь и золото сверкали ярче только что законченной вышивки, сейчас же свечи были поставлены так, чтобы озарять не золотые нимбы святых и округлые груди Богородицы, но алые языки, рвущиеся из адского зева, где грешники воздевали руки, тщетно моля о прощении, а двуликие бесы вилами заталкивали их в самое пекло. О тех, кто в аду, молиться уже поздно, однако фреска учила нас, что тех, кто в чистилище, можно вызволить усердной молитвой.