Сонный город Ксутал, или Конан сражается с ожившей тьмой
«Цивилизованный человек уже давно отдал бы богу душу, но он, варвар, сражался за жизнь словно кошка.» (Роберт Говард. «Ползучая тень». 1933)
«Некая аура ирреальности окутывала дворец, казалось он снился Конану в наркотическом сне.» (Роберт Говард. «Ползучая тень». 1933)
«— Это Тог, древний бог, что живет глубоко под землей.» (Роберт Говард. «Ползучая тень». 1933)
ЗДРАВСТВУЙТЕ! Рассказ Р.И. Говарда «Ползучая тень» («Скользящая тень») – «Xuthal of the Dusk» (1933) логично должен занять место после повести «Люди Черного Круга» (1934). Действие рассказа разворачивается по прибытии Конана из Афгулистана в гиборейские королевства. Пожалуй, становится понятно, почему Говард категорически возражал против установления хронологической последовательности приключений Конана Киммерийца.
Мало того, что «Люди Черного Круга» написана в 1934 году, так ещё и не понятно, что произошло с Конаном в Афгулистане после сражения, когда киммериец, ставший вождём восточного народа, не бросил предавших его афгулов. Правда, после сражения их из пятисот осталось только триста человек …
Вот такая особенность саги о Конане: байки у костра. Один рассказал одно, другой – другое.
… И снова Конан неугомонный ввязывается в очередную авантюру: с корабля на бал. Присоединившись к восстанию, поднятому принцем Котха Альмуриком, он в конце концов после разгрома мятежников, спасается «в последний момент» и оказывается в пустыне, но не один, а с белокурой красавицей – бретункой Наталой.
У Говарда всё на грани, всё в последний момент, всё вдруг, как в сказке, как в байке. Но это уже фэнтези.
… Ох, уж эти женщины! Ох, уж эти красотки и красавицы! От них одни неприятности …
Вот и в «Скользящей тени» Конану достанется так, как ещё не доставалось раньше: он будет разорван в клочья, в лоскуты. А всё из-за баб! Да… Но какие женщины … Одна краше другой.
Говард не перестаёт удивлять своими фантазиями. Снова город в пустыне – среди оазиса. Видимо, с такими городами читателю суждено встретиться ещё не раз: уж очень автор любит пустыню и оазисы.
И конечно же этот город совершенно не похож на другие. Этот город представляет собой одно-единственное здание со всякими переходами, подземельями, галереями, тайными ходами … не иначе – каменный муравейник. А людей не видно. Все спят. Только вот сон – нездоровый: наркотический.
Чёрный лотос, который фигурирует чуть ли не в каждом произведении о Конане, – чрезвычайно ядовитое растение. Но на сей раз он обладает свойствами странного галлюциногена.
Да и вся история «Скользящей тени» очень напоминает фантастический наркотический сон. Спит весь город. Люди порой даже пищу предпочитают сну: они живут во сне и не питаются. Зато ими кто-то питается. Здорово придумано! И в прямом, и в переносном смысле.
Сражаться Конану приходится в этот раз с самой ожившей бездной. Вообразить, что тьма может ожить и принять весьма причудливые, болезненные и ощутимые очертания, лично мне никогда бы не пришло в голову: страшно представить ожившую тьму до умопомрачения! Вот уж точно, вглядываться в бездну нельзя. Но только не варвару!
«Варвару показалось, что его захлестывают волны некоей студенистой жидкости — он рубил их саблей, рассекал кинжалом, рвал руками, по его лицу сплошным потоком текла грязь, что вероятно была кровью чудовища.»
Варвар – на то он и варвар, что неустрашим, горяч и отважен. К тому же автор наделил его такой мощью и кошачьей ловкостью при внушительных габаритах, что никто сравниться с ним не может. Конан создан для того, чтобы побеждать!
Ну, а поскольку киммерийцу ничто человеческое не чуждо, ему льстит внимание красивых женщин, и он не прочь перед ними покрасоваться, как бы невзначай. Зная, что способен пробудить ревность в женских сердцах, он кокетничает, как зелёный школяр:
«— О, Кром! — проворчал варвар. — Надо, чтобы небо обрушилось на голову, лишь тогда заставишь женщину забыть о ревности. Я, что ли виноват, что стигийка влюбилась в меня? Все вы женщины такие…»
…
41 понравилось
