Цитаты из книги Грязными руками

Если подумать, можно с толком использовать человека, который не хочет жить.

У меня руки грязные. Грязные по локоть. В дерьме и крови. А ты думал, можно руководить и не запачкаться?

Будьте уверены, женщины умные о любви не думают. у нас и без этого забот много

Из послушных деток, сударыня, вырастают самые оголтелые революционеры. Они всегда молчат, под столом не прячутся, съедают только одну конфетку, но зато потом заставляют общество дорого заплатить за это. Остерегайтесь послушных детей!

Недорого стоит доверие, раз оно за неделю улетучивается

Жессика: Это прекрасно — человек, который одинок.

Хёдерер: Настолько прекрасно, что сразу возникает желание составить ему компанию. И тут он перестает быть одинок. Мир скверно устроен.

...теперь я знаю, что никто не разделяет моего мнения, но я его не переменю...

Не я изобрел обман; он порожден обществом, разделенным на классы, и каждый из нас унаследовал его при рождении. С обманом не покончишь, отказываясь лгать. Единственное средство - уничтожение классов.

Карский. На прошлой неделе я видел вашего отца. Вас интересует, как он живет? Уго. Нет. Карский. Не исключено, что вы будете виновником его смерти. Уго. Насколько я понимаю, он виновник моего появления на свет. Мы с ним квиты.

Я никогда не думал, что доживу до старости.

Я живу в декорации.

Зачем тебе повсюду таскать за собой свое прошлое, если ты хочешь с ним покончить?

Ты мелешь без остановки, чтобы чувствовать себя живым.

И что вам всем приспичило играть в убийц? У убийц нет воображения, им ничего не стоит принести смерть, поскольку они понятия не имеют, что такое жизнь. Я предпочитаю людей, которые боятся чужой смерти, это доказывает, что они умеют жить.

-Ольга, я не хочу больше жить -Правда? Почему? -Это слишком сложно.

Правду говорят - за пределами тюрьмы места не берегут

Если хочешь узнать цену жизни, нужно иногда ею рисковать

Жессика. (идет к книгам) А в них все написано? Уго. В каком-то смысле, да. Нужно только уметь читать

Когда хочешь одержать верх, лучше быть вдесятером против одного, так вернее