Цитаты из книги Дамы и господа

Нянюшка Ягг заглянула под кровать — на тот случай, если там вдруг спрятался мужчина. Никогда не знаешь, где повезет.

Если бы кошки были похожи на жаб, мы бы очень быстро поняли, какими мерзкими, жестокими существами они на сам деле являются. Стиль. Вот что люди помнят.

Кольчуга не слишком защищает от стрелы, особенно если она нацелена вам между глаз.

Пристрелить диктатора и предотвратить войну? Но диктатор - это всего лишь кончик социального нарыва, из которого появляются диктаторы. Пристрели одного, и через минуту появится другой. Пристрелить и этого? Почему бы тогда не пристрелить всех и не захватить Польшу? Через пятьдесят, тридцать или десять лет мир все равно двинется прежним курсом. История обладает огромной инерцией.

- Я хочу ваше тело, госпожа Ягг. – Я его пока сама использую.

Плата за право быть лучшим — это обязанность быть лучшим.

То, что не может умереть, не может жить. То, что не может жить, не может измениться. То, что не может измениться, не может научиться.

Все постоянно твердили Тупсу, что с его жизнью нужно что-то делать, а он и не возражал. Он твёрдо решил сделать из неё кровать.

Ведьмовство - это не сила, а умение с ней обращаться.

С формальной точки зрения, кот, закрытый в ящике, может быть либо живым, либо мертвым. Но определить это можно, только открыв крышку. Именно это действие, связанное с открыванием ящика, определяет состояние кота, хотя ученые ошибаются – на самом деле состояний у кота может быть три, а именно: Живой, Мертвый и Вне Себя От Бешенства.

Сама нянюшка Ягг работами по дому не занималась, зато сполна обеспечивала таковыми работами всех вокруг. Она слезла с табурета и улыбнулась. – А вы неплохо следили за домом, – признала она. – Молодцы. Но улыбка тут же исчезла с ее лица. – Правда, я еще не проверила под кроватью в той комнате, где никто не живет, – сказала она. Инквизиторы изгнали бы нянюшку Ягг из своих рядов за излишнюю жестокость.

Не пытайтесь творить паранормальное, пока не узнаете, что есть нормальное.

Кольчуга – плохая защита от стрел, особенно если стрела направлена тебе прямо в переносицу.

Если что-то вошло, что-то должно выйти.

– Я – настоящий гигант. В определенном смысле, – сказал Казанунда. – Гиганты, знаешь ли, побольше ростом. – А я болел.

– А я ничего и не говорила, – мягко произнесла нянюшка Ягг. – Знаю! Я прямо-таки слышу, как ты ничего не говоришь. Молчание у тебя – мертвец позавидует!

Эльфы чудесны. Они творят чудеса. Эльфы удивительны. Они вызывают удивление. Эльфы фантастичны. Они создают фантазии. Эльфы очаровательны. Они очаровывают. Эльфы обворожительны. Они завораживают. Эльфы ужасны. Они порождают ужас. Особенностью слов является то, что их значения способны извиваться, как змеи, и если вы хотите найти змей, ищите их за словами, которые изменили свои значения. Никто ни разу не сказал, что эльфы хорошие. Потому что на самом деле они плохие.

В спринтерском рывке человек запросто способен обогнать лошадь, хотя бы потому, что ему надо переставлять в два раза меньше ног.

К правде нянюшка относилась сугубо практически: говорила ее, только если так было удобно или если лень было придумывать что-нибудь поинтереснее.

- Казначей? - Да, аркканцлер? - Ты что, в тайное общество какое вступил? - Я? Конечно, нет, аркканцлер. - Тогда сними с головы подштанники. Тебе не идет.