Цитаты из книги Три товарища

Когда кто-нибудь открывал дверь, улица что-то кричала нам. Кричала, как сварливая, завистливая старуха.

- У меня даже слишком много чувств, - возразил я. - В противном случае у меня не было бы таких мыслей.

От пробора до кончика носа я был сама гроза, а от носа до подбородка - мирным пейзажем под весенним солнышком.

Справа була в жорстокій таємниці: дійсність збуджує прагнення, але ніколи не може їх задовольнити; кохання починається в одній людині, але не кінчається на ній; все може змішатись: людина, кохання, щастя, життя — і всього цього завжди замало — аж жах бере, і чим більше цього собі уявляєш, тим менше його стає.

Что только не приходит в голову авторам этих песенок! Мне кажется, кроме них, нет больше романтиков на земле.

Übrigens sollen nur die ersten siebzig die schwierigsten sein. Nachher soll's einfacher werden.

"Hab kein Kummer", sagte ich, "Kopfschmerzen." "Die Krankheit unserer Zeit, Robby", sagte Ferdinand. "Am besten wäre es, ohne Kopf geboren zu werden"

"Ich bin ganz bestimmt. Ich habe nicht viel Vertändnis für die großen Dinge des Lebens. Nur für die schönen. Dieser Flieder hier macht mich schon glücklich." "Das ist keine Oberflächlichkeit; - das ist letzte Pholosophie."

Es ist wirklich schwer, Worte zu finden, wenn man wirklich etwas zu sagen hat.

"Die Welt ist nicht verrückt", sagte ich. "Nur die Menschen."

Что медленно — то прочно.

– Я хочу жить, а ты хочешь денег. – Чтобы жить!

Да, старик, тут, собственно, и начинаешь понимать, что тебе не хватало только одного, чтобы стать хорошим человеком, — времени. Верно я говорю?

Я не мог обнаружить в нём. ничего, что объясняло бы дикую обезьянью страсть Розы. А может быть, именно в этом и был секрет. Удивительно, на что только могут польститься эти женщины, твёрдые как алмаз, знающие мужчин вдоль и поперёк.

В дождливую погоду не грех сделать что-нибудь для своего образования.

Я обнял ее за плечи, она тесно прижалась ко мне, я ощутил ее губы, ее дыхание и позабыл обо всем.

Послышался звук мотора, и вскоре мимо нас промчалась машина. -Маленький мерседес, - заметил я, не оборачиваясь. - Четырехцелиндровый. -Вот еще один, - сказала Пат. -Да, слышу. Рено. У него радиатор как свиное рыло? -Да. -Значит, рено. А теперь слушай: вот идет настоящая машина! Лянчия! Она наверняка догонит и мерседес и рено, как волк пару ягнят. Ты только послушай, как работает мотор! Как орган!

Может быть, мы так привыкли без конца вкладывать, что даже от какой-то капельки свободы нам и то становиться не по себе.

- <…> Від коньяку я відмовляюся лише тоді, коли не можу відірвати голови від підлоги.

Праця - робиш як навіжений і все втішаєш себе ілюзією, що колись потім буде інакше. Ніколи не буде інакше. Сміх, та й годі - що тільки люди роблять із своїм життям!..