Оправданная жестокость

Не говори: «отчего это прежние дни были лучше нынешних?», потому что не от мудрости ты спрашиваешь об этом.
(Еккл. 7. 10)

Номинации, когда книги Карин Слотер попадали в те или иные премии, даже сложно посчитать – призов, статистически само-собой разумеется, сильно меньше, но эти бесконечные едва ли не на КАЖДЫЙ роман «Выбор сайта Goodreads» уже говорят о многом. Удивительно это (или нет), но с самого начала писательской карьеры, Карин сопутствовала удача, хорошие продажи и положительные оценки (самый первый роман – «лучший дебют года» по версии кучи изданий). Я всегда хотела писать триллеры и детективы, говорит Карин, а в другом интервью объясняет, почему: «хороший детективный роман отражает общество и рассказывает читателям о том, что происходит в мире», что, в целом, даже удивляет высокой степенью осознанности – покажите мне какой-то из современных детективов, который рассказывает об обществе хоть чего-нибудь, и ему уже можно дать какую-нибудь премию. Впрочем, верно и другое утверждение – о том, что хорошие книги, которые делают «чуть больше», чем позволяют обычные рамки жанра – уже не детективы, триллеры или романтические истории, они уже – нормальныероманы (с приветом к Донне Тарт и прочим большим писателям).

Карин очень, очень часто дает интервью, и всегда понятно еще до того, как ее об этом спросят, что она с юга – это типичное растягивание слов («АААААлабама»), как будто Карин – героиня какого-то вестерна, да и, собственно, она также безапелляционно говорит об убийствах в своих книгах, о жестокости мужчин (и женщин, хоть и реже), о насилии в семье, о феминизме (она рассуждает: «когда тебе 20, ты думаешь, да кой черт он нам нужен, когда тебе 30, ты думаешь – стоп-стоп, он НУЖЕН»), об отношениях отцов и детей (матерей и дочерей) и о многом другом - и тут любопытно, что у самой Карин нет семьи, но при этом темой ее книг почти всегда становятся семейные отношения. Это или не самый надежный муж, или любящий отец, но его профессия доставляет семье проблемы, это почти всегда сильные характеры матерей (даже если они в книге ненадолго или мимолетом), это сестры (в самом первом романе «Вслепую» это вовсе близнецы). Сестры пропадают или погибают как минимум в трех книгах, и сюжет строится на том, как близкие люди переживают такую потерю и пытаются выяснить, что же произошло. И, конечно, традиционно – временные линии, которые скачут из прошлого в настоящее, такая примета детектива нового времени, без которой уже не представишь, как же открыть лор плохого парня так, чтобы ему вообще еще и удалось сочувствовать (или наоборот, радоваться, что в Штатах кое-где до сих пор есть смертная казнь).

Роман «Осколки прошлого» - история про одну даму по имени Лора, которая жила себе жила, вырастила взрослую дочь Энди, которая хоть и пыталась жить одна, да что-то все не получалось. Депрессии, неудачи с работой и личной жизнью, нелюбовь к большому Нью-Йорку, который выглядит настоящим центром беспокойства («Она слышала искусственный сериальный смех из телевизора, звон бутылок и безвестный пронзительный крик о помощи, какие она научилась заглушать у себя в голове в первый же месяц жизни в Нью-Йорке»). В итоге, когда мать заболевает раком, Энди возвращается к ней в маленький город, выхаживает ее до выздоровления, устраиваясь на подработку в полицию отвечать на телефонные звонки.

Жизнь – тоска, и с описаниями тоски Карин Слотер справляется на десятку. Энди при этом – тот тип раздражающего персонажа, который, судя по отзывам, бесит буквально всех – и своей нерешительностью, неумением формулировать мысли, неустроенностью в жизни. «Амеба» - буквально самое частое, как Энди называют, и сложно с этим спорить, в то же время не похвалив (в который раз) мастерство писательницы. Собственно, возможно, это и странно, ведь у Энди было все хорошо – любящие родители (отец, впрочем, неродной), присутствие их в ее детстве в разных аспектах жизни, но все всегда шло как-то не совсем в пользу Энди, и вот, добрый вечер, я диспетчер – тебе за тридцать (один) и ты ковыряешь в носу на стуле где-то в американском захолустье юга Америки и живешь у мамы, потому что так дешевле. Скажете, не бывает?

Бывает всякое, но то, что случается после – совершенно точно редкость: в закусочную, где сидят мать и дочь, в какой-то момент врывается человек с оружием, который сразу же убивает несколько человек. Что делает Лора, вместо того, чтобы упасть с инфарктом от ужаса, как полагается любой возрастной даме? Она убивает преступника на месте, как будто она всю жизнь убивала людей, а поскольку все вокруг это снимали на свои телефоны, она сразу попадает в выпуски новостей по всему миру. Бабка-убийца, надо же! (примерно так слышит разговоры вокруг ее дочь пару дней спустя). Дальше события закручиваются совсем уж странно – Лору кто-то пытается убить, Лора говорит Энди, что ей надо бежать, дает ей какие-то загадочные подсказки, кучу денег, (мотоцикл, пистолет, и одежду), и дальше Энди отправляется в странное роад-муви, где постоянно встречает то маньяка, то бандита, то просто какую-нибудь неслучайную бабульку, которая обязательно ей расскажет, кто такая Лора, но расскажет по ошибке, потому что у нее деменция.

Кто же такая Лора?

Карин рассказывала в интервью, что идея романа пришла ей в душе, в смысле, там, где моются. У меня, говорит Карин, там лежит такой водостойкий блокнот, куда я даже могу что-то записать. Ей захотелось рассказать историю о женщинах и о том, как общество говорит им: твое место на кухне, какая тебе карьера. А если у тебя есть карьера, ты все равно должна заниматься детьми, кухней и вязать крючком. Так было в молодости Лоры – но на самом деле, если приглядеться, не так много изменений произошло и в настоящем Энди, как размышляет Карин, и вот, мне захотелось исследовать эту тему через отношения матери и дочери. Возможно, так было в самом начале создания романа, потому что, по сути, он получился не совсем про это – но тем не менее, эта линия видна даже через всю стрельбу и беготню героини, особенно в линии прошлого, которую Карин как будто бы списала с громкого случая Патрисии Херст, которую, как известно, взяла в заложники группировка левых радикалов, которые выступали против богатых и вообще за все хорошее против всего плохого, но вместо того, чтобы быть их заложницей, Патрисия стала частью этой группировки, потому что богатство это зло – случай позже будут называть самым ярким примером Стокгольмского синдрома в истории. Во второй временной линии – линии прошлого, - рассказывается история юной Джейн, талантливейшей пианистки, чей отец – такой вот прообраз богача Рэндольфа Херста (чьей внучкой, собственно, и была Патрисия). Рэндольф Херст, разумеется, как и большинство богатейших людей мира, вряд ли выглядел самым лучшим дедушкой на свете, но отец Джейн не просто наживается на бедах человеческих, как это делал Херст – Слотер на всякий случай, чтобы точно никто его вдруг не пожалел, добавляет семейного насилия, да причем такого, про что большинство читателей на гудридс пишут «не, ну это уж прямо слишком».

Вообще, жестокость – это как раз то, что критикуют у писательницы чаще всего. Зачем вот вы прямо так уж описываете, как пуля попадает в голову человеку, задаются рецензенты вопросом (я читала три книжки Слотер, и там действительно везде пуля попадает в голову человеку). Карин на это отвечает, что хочет показать преступление таким, какое оно есть, что является самым правдивым способом передать его воздействие на жертв и их семьи. «В реальной жизни люди не переживают приукрашенные версии преступлений, и точно так же в художественной литературе эмоциональный отклик читателя усиливается за счёт описания насилия», говорит она, поэтому нужно учитывать, что слабонервным Карин Слотер, возможно, лучше читать сквозь пальцы, чтобы не забрызгало кровищей.

Важно, что линия прошлого, помимо самого прошлого героев, затрагивает также кое-какие проблемы общества – так, отец героини наживался на так называемых домах помощи, части социальных программ господдержки для, так скажем, наиболее уязвимых категорий граждан. Роман Слотер вышел в 2018 году – и, на самом деле, эта ветка достаточно важная для сюжета, содержит целую конференцию по этому поводу, а также основная детективная линия строится примерно на том же. Можно было бы сказать, что книжка вышла пророческой, поскольку в США и в наше время бушуют скандалы на почве – то там хотят сократить финансирование пожарных и скорой помощи для того, чтобы эти «лишние» деньги отдать на программы для бездомных, то федералы нарасследовали, что некоторые учреждения ставят ложные диагнозы попавшим к ним людям – все для того, чтобы получать больше финансирования, а также, как пишет издание «U.S. News & World Report», «чтобы оправдать назначение тяжелых антипсихотических препаратов для контроля поведения и скрыть нехватку персонала». Угадывается и прообраз компании, которую Слетер придумала в романе – в Штатах это «UnitedHealth Group», и именно эту компанию Сенат, под чьим следствием находится этот конгломерат, обвиняют в том, что там не дают места некоторым гражданам, из-за чего те погибли, умерли (или застрелили кого-нибудь, как было в романе, потому что им, очевидно, нужно серьезное лечение). Кажется, в 2024 году об UnitedHealth Group узнало чуть больше людей по всему миру: именно ее генерального директора застрелил молодой парень Луиджи, который тут же стал героем интернетов и буквально робин-гудом, который в одиночку противостоит компании, которая не лечит, а калечит, и еще деньги ворует у простых людей.

Почему нельзя, наверное, сказать, что это пророческая книжка – возможно, потому, что это медицинская тема – одна из вечных проблем в США, и пока никакому президенту не удается это исправить (в целом, не все этим как будто бы и обеспокоены), но, впрочем, помимо этой проблемы книга вышла и в разгар движения #metoo, что тоже, очевидно, повлияло и на ее сюжет, и на ее последующую популярность (бестселлер по версии New York Times и последующая экранизация от Netflix, что как бы тоже ничего себе успех). Сериал «Части ее» - вряд ли самый удачный, но более-менее следующий по сюжету книжки, вышел в марте 2022 года и как-то затерялся в новостной ленте, что и не удивительно. В главной роли – Тонни Колет, с непробиваемым лицом то ли домохозяйки, то ли киллера в переднике.

Итак, кто же такая Лора?

Ну, кроме того, что она действительно совмещает в себе сразу тысячу ролей, как в тех самых статусах Вконтакте, важно самое главное – она женщина, а значит и актриса, и в ней сто лиц и тысяча ролей. И если она кому-то стреляет в голову, то, поверьте, так и надо было.

18 понравилось

192

Отзывы о книге Осколки прошлого

Осколки прошлого

Оправданная жестокость

Комментарии 0