I. Единство бога
Единство Бога есть центральное учение религии и единственно верная основа нравственности. «Единый без второго»,3 – говорит индус. «Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть»,4 – провозглашает еврей. «Нет иного Бога, кроме Единого»,5 – утверждает христианин. «Нет Бога, кроме Бога»,6 – говорит мусульманин. И все остальные религии утверждают то же самое. Даже дикари, поклоняющиеся различным формам, видят позади этих форм «Великого Духа», которому они часто дают имя, указывающее на Его вездесущность.
Он Самосущий, Бесконечный и Вечный, Единая Жизнь, от которой зависят все жизни, Единое Существование, из которого черпают свое бытие все существования. Все, что существует, пребывает в Нем: «Мы им живем, и движемся, и существуем».7 Он был сравниваем с океаном, волны которого – миры, а брызги – мириады форм; с огнем, из которого исходят миллионы искр, и каждая из этих искр – дух; с древом, увешанным бесчисленными листьями, причем каждый лист – отдельная жизнь. Он обширнее пространства, и в Нем движутся бесчисленные мириады звезд, из которых каждая есть центр отдельной системы. Он тоньше атома, ибо он пребывает в каждом атоме как присущая ему жизнь. Нет ничего столь великого, что могло бы перейти Его пределы, ничего столь малого, что могло бы не войти в Его пределы. «Он не имеет ни формы, ни цвета, ни очертания»,8 но все формы черпают в Нем свою красоту, все цвета суть части Его белого света, все очертания – выражения Его мысли. С незапамятных времен возникшие горы говорят нам о Его деятельности, таинственная сень полуденных лесов тиха Его тишиной; поток, ручей, песня птицы, шелест листвы, – все это ноты Его голоса; пасущиеся среди пахучих трав стада, цветами украшенные луга, снежные равнины, огонь солнца, прохладная тень лесов, – все это различные проявления Его красоты; Он говорит в высоких полетах тончайшей поэзии, в величии благородной прозы, в стройной мелодии чудных симфоний и в мощной гармонии гремящих струн, Он есть источник и цель стремления мистика, Он – героизм мученика; Он присутствует в шепоте матери, склонившейся над своим младенцем, дрожит в страстных порывах юноши, улыбается в застенчивом взоре девушки, Он же – утоляющая сила в руке, возложенной на жгучую рану; Он открывает Себя через пророка, святого и ученого; Он есть сила слабого, защита беспомощного, раскаяние грешника и сострадание праведника. Он наполняет Собою миры и в то же время пребывает в сердце человека. Небеса воспевают Его славу,9 и Он же утешает скорбящего, «как мать утешает сына».10 Он – Отец, Мать, Супруг и Друг для человеческого Духа, исходящего из Него. Он есть «Совершенный Дух», которым все проникнуто.11 И вместе с тем, Он более всех миров: «Построив эту вселенную из частицы Себя, Я остаюсь».12
Тогда как сознание божественного Единства есть основа религии и нравственности, осуществление его придает силу и радость жизни. Человек участвует в вечности Бога; разделяя Его природу, он не может быть конечным. Единая Жизнь выражается в бесчисленном разнообразии форм, но все жизни сливаются в Боге. Отсюда вытекает, что все мы дети в доме Отца и что все мы – братья. По мере того как мы учимся видеть божественное во всем и во всех, мы постигаем, что все движется к блаженной Цели. Будучи частицами божества, мы все несовершенны, и наши отдельные несовершенства вызывают все наши дисгармонии; но мы – частицы, которые вырастают в совершенство по завету Христа: «Итак будьте совершенны, как совершен Отец Ваш небесный».13 Когда это будет достигнуто, мы несомненно достигнем единства.
Все эти многочисленные Я, сверхчеловеческие, человеческие и низшие, суть все частицы Единого Я, и потому все они предназначены к совершенству.
«Они лишь раздробленный свет Твой».14 Благо заключено в неотвратимой судьбе нашей:
«То – единое, отдаленное божественное событие, к которому двигается все творение».15
Ибо на этой ли земле или на иной, среди блаженства на высочайшем небе, среди скорбей в глубинах ада мы не можем выйти из всеобъемлющего круга божественного Единства, и потому мы навеки в безопасности. В прекрасной передаче библейского певца:
Более того, будучи частицами божества, мы можем найти Бога, погружаясь в самые сокровенные глубины нашего существа, за пределы изменчивых чувств, мыслей и желаний наших, в самую суть нашего Духа, изошедшего от Него и имеющего свое бытие в Нем. То, что вечно в нас, наше сокровенное Я, – божественно. Индусские Священные Писания учат, что, познав один кусок глины, мы познаем всю глину; познав один кусок золота, мы познаем все золото; познав один кусок железа, мы познаем все железо, какими бы именами люди ни называли предметы, сделанные из них; так же, познав в полноте одно Я, мы познаем Единое Я, мы познаем Бога.17 Поэтому Христос объявил, что познание Бога есть жизнь вечная,18 и сказал: «Ибо вот, царствие Божие внутри вас есть».19
Но божественное Я раскрывается только для тех, жизнь которых чиста, кто исполнен самоотречения, преданности и кто сосредоточен на вечном.
«Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят».20
«Тот, кто не отказался от злых путей, кто не сосредоточен, не кроток душой и не обрел самообладания, тот даже через знание не может прийти к Нему».21
«Воистину Единое Я может быть достигнуто постоянным упражнением в правде, в преданности, в совершенном знании долга ищущего богопознания. Тот, кого созерцают безгрешно поклоняющиеся, воистину пребывает в них самих, воистину Его природа – свет и чистота».22
Таков древний узкий Путь, который бросает свет на кажущееся противоречие в изречении святого Ансельма: «Стань тем, что ты есть».
