Цитаты из книги Η σκοτεινή ηχώ

– Я с ним свяжусь. Если они не лазили в трубу, то как узнали, что это покойник, а не просто какой-нибудь бродяга, отсыпающийся после дозы?

– Ну, они слегка углубились, понимаешь? Дотянулись палкой или еще чем и немножко потыкали в этого типа и вокруг. Задубелый, как член у новобрачного.

– Они не хотят затаптывать следы, но шуруют вокруг тела палкой. Чудеса! Эти парни что, азов не знают?

– Послушай, Босх, мы получаем сигнал – мы обязаны его проверить. Верно? По-твоему, мы должны переводить все звонки насчет найденных трупов в отдел убийств? Да вы бы там, ребята, через неделю свихнулись.

Телефонный вызов не был принят, и звонки продолжались, пока он не насчитал их восемь. Босх рассеянно размышлял, откуда пошла эта традиция. Почему не шесть? Не десять? Он протер глаза и огляделся. Опять он уснул – скорее, провалился в сон – у себя в комнате, в мягком кресле, которое являлось главным предметом его скромной меблировки. Про себя Гарри именовал это кресло своим сторожевым постом. Это было, однако, неправильное употребление термина, поскольку он частенько засыпал в нем, даже когда не был настороже – иначе говоря, не ждал вызова.

Он оглядел комнату. В ней не было телевизора. Здесь были только стерео музыкальная установка, журналы на столе и книги на застекленных полках напротив дивана. Он подошел поближе и заглянул сквозь стекло, пробегая глазами подборку. Две верхние полки занимали преимущественно высокоинтеллектуальные новинки, которые постепенно переходили в криминальные романы авторов вроде Крамли, Уиллфорда и прочих. Некоторые из них он читал. Босх открыл стеклянную дверцу и вытащил книгу под названием «Запертая дверь». Об этой книге он слышал, но как-то не встречал в продаже. Он раскрыл обложку, чтобы посмотреть дату выпуска, и тут ему открылась тайна последней буквы в вышитой крестиком аббревиатуре, обозначавшей автора вышивки. На форзаце книги стояла чернильная печать: Элинор Д. Скарлетти, 1979 г. Значит, после развода она оставила фамилию мужа. Босх поставил книгу на место и закрыл шкаф.

Книги на нижних двух полках книжного шкафа представляли собой документальные детективы, исторические труды по вьетнамской войне, а также справочники и сборники инструкций ФБР. Был даже учебник по расследованию убийств, изданный управлением полиции Лос-Анджелеса. Многие из этих книг Босх читал. В одной из них даже сам упоминался. Это была книга журналиста газеты «Лос-Анджелес таймс» Бреммера о так называемом Мяснике из салона красоты. Тип по имени Харвард Кендал, этот самый Мясник, за один год зарезал семь женщин в Сан-Францисской долине. Все они были либо владелицами салонов красоты, либо там работали. Убийца предварительно приглядывался к салону – проводил, так сказать, рекогносцировку, затем следовал за намеченной жертвой до дома и убивал, перерезая горло заточенной пилкой для ногтей. Босх с напарником вычислили Кендала по номерному знаку на автомашине. Номер этот седьмая жертва записала в свой рабочий блокнот вечером накануне своего убийства. Так и осталось невыясненным, зачем она это сделала, но сыщики подозревали, что женщина видела, как Кендал наблюдает за салоном из своего микроавтобуса. Из предусмотрительности она записала номерной знак, но потом сама не проявила должной предусмотрительности, отправившись домой одна. Босх с партнером по номеру отыскали Кендала и выяснили, что в 60-х годах тот провел пять лет в «Фолсоме» за серию поджогов салонов красоты под Оклендом. Позднее выяснилось, что, когда он был ребенком, его мать работала маникюршей в салоне. Она оттачивала свое ремесло на ногтях юного Кендала, и психиатры заключили, что именно от этого он свихнулся, да так и не оправился. Бреммер сделал из этого уголовного дела бестселлер. А студия «Юниверсал», которая сняла по нему фильм, ставший потом гвоздем недели, заплатила Босху и его напарнику за право использования их имен и за техническую консультацию. Сумма удвоилась, когда из фильма затем сделали полицейский сериал. Напарник Босха бросил полицейскую службу и переехал в Энсеньяду. Босх остался, вложив свою долю в дом-карниз на склоне горы, окнами выходивший на ту самую студию, что заплатила ему деньги. Гарри всегда рассматривал это, как некий необъяснимый симбиоз.

– Я прочла эту книгу раньше, чем ваше имя всплыло в связи с нынешним делом. Это не было частью расследования.