Цитаты из книги Rendezvous With Rama

— Ты прав, капитан, — прошептал он. — Человечество должно сберечь чистую совесть. Что бы ни говорили меркуриане, выжить — это еще не все…

Пока живу - надеюсь!

Недаром кое-кто утверждал, что любовь при силе тяжести равной одному g настолько утомительна, что уже не доставляет радости.

На далекой Земле доктор Карлайл не успел еще никому рассказать, как он очнулся от беспокойного сна, пораженный внезапной догадкой. Однажды возникнув, эта мысль уже не давала ему покоя, стучала в голове как набат: Все, что бы они ни делали, повторяется.

Что касается природы этого двигателя, несомненным было одно: Рама перешел на новую орбиту без помощи газовых струй, ионных лучей или потоков плазмы. Никто не сумел выразить свои чувства лучше, чем сержант — он же профессор — Майрон, который произнес потрясенно: — Прости-прощай, третий закон Ньютона!..

Капитан Нортон уже давно пришел к выводу, что иным женщинам вход на борт космического корабля должен быть категорически воспрещен; невесомость шутит с их фигурами такие шутки, что никто не может сосредоточиться на деле. Пока они не двигаются, еще полбеды, но стоит им шевельнуться — и возникает зрелище, какого ни один мужчина, если у него в жилах не рыбья кровь, перенести не в состоянии.

Ведь пришелец по-прежнему набирал скорость; теперь он делал более двухсот тысяч километров в секунду, и никто уже не рискнул бы пророчить, что он останется пленником Солнца. Наконец-то люди поняли стратегию раман: они подошли так близко к светилу просто ради того, чтобы почерпнуть энергию прямо из первоисточника и с еще большей скоростью двинуться дальше.

Все вокруг оказалось вовсе не тем, чем представлялось поначалу; странное, очень странное это место, где вещи, насчитывающие миллионы лет, выглядят как с иголочки...

Даже приговоренный к смерти не может не проявить известного интереса к тысячам квадратных метров драгоценностей.

- Наша вера учила нас, что надо ждать подобного посещения, хоть мы и не знали, какой именно цели оно послужит. Библия содержит лишь намеки. Но если это не второе пришествие, тогда предвестие второй- после потопа - великой кары. И я полагаю, что Рама - космический ковчег, ниспосланный, дабы спасти тех, кто достоин спасения.

— Ты прав, капитан, — прошептал он. — Человечество должно сберечь чистую совесть. Что бы ни говорили меркуриане, выжить — это еще не все…

Над его рабочим место красовались два девиза – итоги его жизненной философии. Первый: «Ты ничего не забыл?» И второй: «Остерегайся храбрецов!»

Ответственность, возложенная на него, была настолько велика, что требовала определенного отчуждения от всех, даже от ближайших друзей. Выдели он кого-нибудь — и моральному состоянию экипажа был бы нанесен серьезный урон: почти наверняка его обвинили бы в пристрастии. По этой-то причине на флоте резко неодобрительно относились к связям между людьми, разделенными более чем двумя ступеньками служебной лестницы

— Родись Галилей здесь, на Раме, — заявил Мерсер наконец, — он неминуемо сошел бы с ума, пытаясь сформулировать законы динамики…

Не считая этого неписанного закона, существовало лишь одно правило, регулирующее личную жизнь космонавтов: «Не выясняйте отношений в коридорах – не пугайте шимпанзе».

— Но что это за штука — гипердвигатель? — уныло спросил представитель Земли. — Любой двигатель, сэр Роберт, любой космический двигатель, созданный не на принципе реактивной тяги. Антигравитационный, например, если таковой существует. В настоящее время мы даже не представляем себе, в какой области науки искать такое устройство, и большинство ученых считают, что его вообще не найти…

Над его рабочим местом красовались два девиза - итог его жизненной философии. Первый: "Ты ничего не забыл?" И второй: "Остерегайся храбрецов!" То обстоятельство, что его считают самым отчаянным храбрецом на всём космическом флоте, было единственным, что выводило его из себя.

И все-таки не нелепо ли, не дико ли: люди с такой развернутой научной и технической подготовкой — и вдруг всерьез верят, как в истину, во всякую белиберду?