Цитаты из книги La Conjuration primitive

«- Большинство диктует свои кодексы и законы, но если завтра серийных убийц станет больше, чем нас, то монстрами станем мы».

«-Насилие. Оно как пролежень, знаете ли. Только появится -и начинает расползаться, расти. Семья -лучшее лечение.»

«-Я вышел в отставку, потому что эта работа съедает человека изнутри. Чтобы понять насилие, надо впустить его в себя, и оно постепенно расползается внутри, заражает всю систему мышления, окрашивает чувства, проникает в фантазии; это настоящая зараза, понимаете? И я не хочу воспитывать детей, держа эту дрянь в голове.»

«-Проблема в том, что в нашем обществе они действуют под маской. Среди нас есть всякого рода извращенцы и потенциальные преступники. Возможно, вы уже доверились кому-то из них, сами того не зная.»

Человек лишь временное явление на поверхности Земли. Всего лишь цепкий паразит: прошел - и нету, и скоро о его существовании будут говорит только останки былой цивилизации

Жизнь вытекает из тела, отлетает, как туман, который невозможно удержать

— Вы что, не знаете эту хитрость? – удивился криминолог, уставившись на него своими белыми глазами.
— Какую хитрость?
— Если ищешь в больнице морг, спроси, где кухня, они всегда рядом.

— Вы ставите на одну доску чернокожих и серийных убийц? Или педофилов?
— Отнюдь.

"Ветер несся мощным потоком, словно стараясь утащить все, что можно, в окружающую поселок тьму. Он бился в ставни, скрипел дверями, свистел во всех щелях, втискивался, проникал, леденил"

Теперь невозможно продвинуться по службе, не учитывая политику, - хотя бы отчасти

"А ведь призраки питаются одиночеством живых: оно напоминает им их собственное состояние"

Интересно, — спрашивал себя жандарм, — был ли человек от рождения инстинктивно жесток, склонен к войне, скор на убийство, благодаря чему поднялся на вершину пищевой цепи, или же он стал жестоким по мере развития цивилизации, помечая свою территорию, подчиняя других, все более входя во вкус собственности и власти?

"Она отбросила все надежды. Нужно просто решиться, встать на ноги и сделать то, что они задумали. Людивина поняла: чтобы умереть, не нужно мужества, достаточно расстаться со всякой надеждой"

"В проеме двери показалось морщинистое, усталое лицо. Белые волосы, обвислая кожа, покрытая старческими пятнами, - словно одежда, со временем ставшая слишком просторной для этого хрупкого скелета. Но взгляд голубых глаз оставался острым и пронзительным"

"Они напились, а потом, шатаясь и поддерживая друг друга, вернулись в свои номера. чтобы заснуть без мыслей. Как раз об этом они и мечтали"

"В его взгляде читались все заповеди мира, все убеждения и еще какая-то первобытная сила, как будто он напрямую задействует рептильный мозг. Радужки глаз у него были такие светлые, что временами казались белыми; они завораживали, тревожили, контрастируя со зрачками такой глубокой черноты. что свет тонул в них, как в двух бездонных колодцах, ведущих прямо в потемки человеческой души"

— Вы что, не знаете эту хитрость? — удивился криминолог, уставившись на него своими белыми глазами. — Какую хитрость? — Если ищешь в больнице морг, спроси, где кухня, они всегда рядом. — Правда? — Сами убедитесь.

"У тебя не возникает иногда ощущения что чем больше каналов, тем меньше интересного они показывают? Как будто количество кнопок дает им право особо не заботиться о качестве..."

"Он вскрыл ее, как фаршированный помидор, чтобы рассмотреть в мельчайших подробностях серое вещество. Скальп мертвой женщины был вывернут на лицо, волосы закрывали ее черты, словно она не хотела быть узнанной в той деликатной фазе исследования. когда разрезали на тонкие полоски ее мозг, хранилище мыслей. фантазий и воспоминаний"

"Дружба в социальных сетях полностью заменила семейные отношения. Уничтожила остатки родительского авторитета. Невозможно бороться с виртуальным миром. Родители его не контролируют. Она постоянно на связи с этим мирком, через компьютер или телефон, и эту пуповину уже не перерезать"