Отзывы о книге Птичье гнездо

– Мы отправим тебя в учреждение, – дрожащим голосом, но уже без крика продолжала Морген, – в психиатрическую лечебницу, в дурдом, и там можешь разбирать себя и собирать снова, будто чертову головоломку. Доктора будут хлопать в ладоши, когда ты разделишься на части, как дом на комнаты, а медсестры будут гладить тебя по голове, когда эти части разбегутся в разные стороны. Потом тебя возьмут под руки и запрут на замок, и я вздохну с облегчением, и твой драгоценный доктор вздохнет с облегчением, и весь мир вздохнет с облегчением.

Интересоваться таким жанром, как ужасы, и не слышать при этом об этой писательнице практически невозможно. Как минимум две экранизации её романа "Призрак дома на холме" очень наслуху, ну и звание классика жанра тоже не на ровном месте появляется. И при всём при этом что-нибудь прочесть из её библиографии у меня всё руки не доходили, но тут, как у меня зачастую и бывает, помогли клубные чтения. Увидев имя авторки, я даже не стала аннотацию читать, решив, что пришла уже пора свести знакомство, начав с любого произведения. Ну и по итогу получила сюрприз, рассчитывала всё же на мистику, а тут одна из первых, а может и вообще первая история о таком психическом расстройстве, как синдром множественной личности. Тем не менее тема для меня интересная, так что я не расстроилась.

Элизабет Ричмонд, молодая девушка, сирота, проживающая со своей тёткой по материнской линии, незамужняя, работает в музее кем-то типа секретаря, типичная серая мышь без особых планов на будущее, амбиций или хотя бы друзей. Скучная размеренная жизнь, которая могла бы так и продолжаться до одинокой старости, если бы не головные боли, что постоянно её мучают и заставляют обратиться к лечащему врачу. А тот, заметив странности в поведении, отправляет её к своему другу, психиатру доктору Райту. И буквально через пару сеансов последний обнаруживает внутри Элизабет ещё одну личность, а потом ещё одну, а потом ещё... Четыре по цене одной, если добавить щепотку чёрного юмора. И все четверо не похожи друг на друга, все четверо хотят стоять у руля сознания и управлять их общим физическим телом и готовы за это желание бороться любыми методами.

В принципе, как и многая другая классика жанра, история не плохая, но для современного искушённого читателя,увы, несколько наивная и местами слабоватая. Поневоле же сравниваешь с произведениями того же Киза и, к сожалению, этот роман им проигрывает по всем параметрам. Мне не хватило, например, более подробной информации о причинах расстройства гг, как-то всё туманно намёками. Взять хотя бы маминого бойфренда, для Элизабет он в воспоминаниях плохой, но я так и не поняла то ли он домогался девушки-подростка, то ли просто она его раздражала, потому что зачастую мешала его интимным планам на мать. И вот таких непоняток у меня накопилось порядком, да и практически хэппи энд показался мне притянутым за уши, как Элизабет вылечили по сути осталось за кадром.

В целом, повторюсь, неплохо, да и написано хорошим литературным языком, читается легко и без напряга, так что с писательницей не прощаюсь, как-нибудь что-нибудь ещё у неё обязательно прочту, может как раз до того самого "Дома..." таки доберусь. Однако же, первая наша встреча вышла на редкость ровной и спокойной, особо ничего не раздражало, но и восторгов или сильных эмоций тоже не вызывало. Посоветовала бы, пожалуй, этот роман тем, кто, как и я, интересуется истоками и классиками данного жанра, ну или тем, кому интересна тематика расщепления личности, а всё самое известное по ней вы уже прочли.

Она одна – была ее первая ясная мысль. Этой мысли предшествовало неопределенное, вздорное чувство, будто ей удалось вспомнить все, что когда-либо вмещало ее сознание. Свою вторую мысль она почти произнесла вслух: у нее нет имени. Она одна, и у нее нет имени.

“Птичье гнездо” предшествует и “Бойцовскому клубу” Паланика, и “Множественным умам Билли Миллигана” Киза - самым, пожалуй, известным книгам о диссоциативном расстройстве идентичности. При этом роман Ширли Джексон, мэтра готической литературы, русской публике практически неизвестен, а жаль.

Героиней Ширли Джексон становится Элизабет Ричмонд. Она сирота, живет с теткой, работает в музее, в целом - кроткое и тихое создание. Однажды ее начинают одолевать головные и спинные боли, бессонница, поэтому тетя решает отправить ее к врачу. Там-то постепенно и выясняется ее непростое состояние.

Повествование ведется глазами нескольких персонажей: самой Элизабет, доктора Райта, тети Морген, субличностей. Такой прием, несомненно, играет на содержание. Несколько фокальных персонажей рассказывают историю так, как видится именно им. Естественно, у каждого своя правда. Читателю довольно долго придется разбираться самому, кому верить, кто тиран, а кто жертва.

По ощущениям, роман до “Когда мы жили в замке” (рецензия) не дотянул. Саспенса мне не хватило, хотя середина романа - хаотичная и лихорадочная - отлично передает внутреннюю борьбу героини. Жуткость в романе есть, но тоже оставляет некоторое разочарование: тайна вокруг травматического события из детства Элизабет дразнит наше любопытство, но в финале истина не приносит катарсиса. В том же “Замке” интрига тоже довольно очевидная, но тон всему напряжению задает не сама загадка, а атмосфера мира, чудаковатость персонажей. В этом романе того и другого не хватило. Еще у меня вызывало ощутимое недоверие поведение доктора Райта, профессионализм которого вызывает сомнения.

Пожалуй, шедевром не назову, но есть в этой книге свое очарование, суховатое, с привкусом тоски и отчаяния. Впрочем, характерные для Ширли Джексон темы противоборства (тут, правда, не столько с миром внешним, сколько борьба внутри отдельной личности), семейной драмы, насилия - в наличии. История получилась простоватой, но камерной и параноидальной, с колоритными и запоминающимися персонажами.

Человеческое существо, живущее во враждебной среде, должно изменить либо свою защитную окраску, либо среду.

А начнём мы с того, что я настоятельно не советую читать предисловие этой книги. Причина очень простая: это просто нелепый краткий пересказ всего романа. Нужно ли оно вам прямо до чтения книги? Наверняка нет. Нужно ли после чтения? Весьма условно.

О чем вообще история? Элизабет живёт с тётей, работает на работе, где ей негде развиваться и где она чуть заметнее призрака, а еще получает странные анонимки. И вместо полиции (впрочем в анонимках на тот момент угрозу сложно было найти) она начинает ходить на психологические сеансы. И вот незадача: она действительно пришла по адресу, а её случай мог бы стать темой диссертации. Но что же с ней происходит?

Что интересного? Хотите прочитать психологический роман высочайшего мастерства — читайте Ширли Джексон. И эта книга не исключение, хоть здесь и не все ровно.

Плюс здесь интересно играют с ролью рассказчиков, да и вообще герои очень живые (читай как "а кое-кому аж вмазать хочется :>").

Подводные камни? Субъективно, но рассказы Ширли Джексон куда лучше работают с интригой, динамикой и насыщенностью. Здесь же мне было скучновато, потому что в тот момент, когда окончательно понимаешь, к чему всё идёт, обманки, которые ещё как-то развлекали, перестают работать.

В общем, скорее неплохо, так что для знакомства не посоветую, но любителям творчества Джексон, готовым к экспериментам, порекомендую

Небольшая по объему история на тему расстройства множественной личности. Это не спойлер, и в аннотации, и на обложке говорится об этом, так что читатель примерно представляет, о чем роман. Меня интересовало, как автор представит такое непростое явление.

Элизабет обычная конторская служащая, работает при музее, но страдает головными болями и сильной болью в спине. Тетя Морген, после смерти сестры и матери племянницы присматривает за ней. После странных ночных отлучек, тетя заволновалась и обратилась к врачу, который и направил девушку к психиатру для проведения сеансов гипноза. Доктор Райт привержен классической школе, ведет подробный дневник сеансов лечения, из которого мы и узнаем, что происходило при встречах.

С точки зрения персонажей, очень хорошо прописаны особенности поведения разных личностей, иногда до мурашек. Несколько моментов, когда остаются наедине Морген с Элизабет, уже после того, как стало известно о психическом состоянии племянницы, я переживала за Морген, хотя она изначально довольно неприятный персонаж и роль ей отводилась злодейки, но здесь тоже не все однозначно. Одним словом, как и должно быть, здесь все не то, чем кажется.

Стиль автора очень напоминает добротную классику, витиеватый язык, иногда излишне пафосный, а временами уходит в фантасмагорию. И повествование довольно неспешно.

Возможно, Ширли Джексон просто не мой автор. Читала у нее "Призрак дома на холме" и "Лотерея" без особых восторгов. Где-то затянуто, или слишком многословно, особого саспенса не чувствуется.

Да простят меня все почитатели творчества автора, но я очень рада, что мои страдания с чтением этой книги закончились, потому что в какой-то момент я начинала ловить себя на мысли, что медленно схожу с ума. Мастерство ли это автора или просто невыносимо тягучий кавардак в сюжете, где каждый голос старается перетянуть одеяло на себя, перекрикивая остальных, от этой какофонии начинает нестерпимо болеть голова, а желание сбежать от этого кошмара становится просто нестерпимым - не знаю, но факт остается фактом.

Закрыв последнюю страницу и пытаясь ответить на вопрос: "Ну и что это было?" - я теряюсь. Это было нЕчто и ничтО. Первое, потому что ужас сей истории не в чем-то сверхъестественным (ну если не считать финальный финт) или потустороннем, не в жестокости и насилии; весь ужас - в голове: концентрированный, яркий, реалистичный и пугающий. И, если препарирование головы героини и расщепление ее личности раскрывается и постепенно нагнетается в ужасающий конфликт в книге, то ужас в голове читателя - это как дополненная реальность, не относящаяся непосредственно к сюжету, которую сложно объяснить словами, но которую чувствуешь и от нее не убежать. Шарики, винтики, ролики - все склеивается в непонятную массу, на вершине которой стоишь ты и лепечешь детский стишок про яйца в гнезде, пытаясь припомнить, кто ты и зачем мы продолжаем идти вперед, продираясь через дебри человеческого сознания. Эксперимент, на самом деле, неплохой, если вы действительно готовы к таким ужастикам ;) Второе - из-за отсутствия экшена и действий. Постоянно повторяющиеся сцены, идущие друг за другом, когда ты уже не понимаешь смену дней и месяцев (приемы в кабинете доктора); одни и те же действия, но с разными героями на сцене (тот самый тщательный прием ванной); тусклые будни, в которых нет ничего; слова и действия "альтер эго", лишенные смысла - все это читается очень тяжело и по большей части скучно, но в общем достигает цели: нагнетает тревогу, из-за которой постоянно, даже в самых невинных моментах, начинаешь ждать подвох или какой-то скример. Пожалуй, единственный светлый момент для меня - это путешествие в Нью-Йорк: спорный и оставляющий огромный воз вопросов, но очень сильно выбивающийся из монотонно-тягучего "ничтО". "Нью-Йорк" - это апофеоз свободы и "нормальности" [ну или попытки пожить такой жизнью, подражая ей], это царство счастья, в котором у тебя есть все: где тебя любят, ждут и кормят сладкими пирожными; где ты можешь все, а потом.. летишь в бездну. И это не очаровывает, но цепляет, кардинально меняя отношение к личностям героини.

Отступая на шаг назад, признаю, что в который раз не могу похвастать своим огромным читательским багажом: книги про диссоциативное расстройство личности до сего момента фактически обходили меня стороной (или я их, кто знает), потому сравнить мне, кроме Джекила и Хайда, историю Элизабет не с кем, но в какой-то мере - это огромный плюс, потому что мне было, чему удивляться и сохранять возможности для неожиданных моментов. Мой интерес во многом был продиктован непониманием и желанием вместе с доктором Райтом разобраться в природе этого состояния: жестоко ли сравнивать сие с препарированием - не знаю, но именно так со скальпелем и под прожектором я с каким-то мрачным удовольствием копошилась в голове героини: - в начале перед нами скромная и апатичная Элизабет, которая живет по четко очерченному порядку - без эмоций, привязанностей, желаний. Она не сильно привлекает взгляд и цепляет. - на приемах доктора Райта при гипнозе мы знакомимся с доброй, чуткой и очень солнечной Бет - и вот уже и сам Райт, и читатели без ума от беспокойства - как вернуть эту чудесную девушку, которая заточена в оковах сознания. Именно она кажется истинной, именно она всегда идет на контакт с воодушевлением, ждет руки спасения, как принцесса в башне своего принца. - при более глубоком погружении перед нами предстает "дьявольское отродье", кошмарная, дикая, ужасающе вульгарная и дерзкая нахалка Бетси. Признаться, на одном из приемов я была практически солидарна с доктором в желании сбежать из этого ада сверкая пятками, крича а-ааа-а-а-а и чуть-чуть вырывая клоки волос с головы - именно таким было первое впечатление от встречи с демонессой Бетси, но Нью-Йорк - меняет.. - вдохнув запах свободы и вольности мы наконец раскрываем четвертую девушку - мелочную стерву Бесс, которой, кажется, ничего не нужно кроме ее наследства. Она не исчадие ада, не истина в последней инстанции, но сильная личность, которая может легко подавить остальных.

Черное мешается с белым, белое с красным : вот уже тебя начинает до колик раздражать нюня Бет и только надежда на сильную стойкую и чудесную Бетси дает призрачный свет в конце тоннеля. Ты пытаешься сложить пазл из геометрических фигур фигур прошлого, жонглируя второстепенными персонажами - Отец - Мать - Робин - Морген, только вот в них нет пазов и постоянно остаются зазоры. Ничего не складывается, некие ответы рождают еще больше вопросов, недосказанность уводит в сторону, рождая новые версии и при всем при этом карусель Элизабет-Бет-Бетси- Бесс, которая никогда не останавливается. Кошмар постоянной смены личностей несколько скрашивается тем, что автору очень хорошо удалось передать сей финт текстом: интонации, манеры, действия, в которых очень хорошо угадывается каждая персона. И это правда здорово.

А, что не здорово, это финал - "чудесный", фантастический, но как в фильме Нолана с волчком, порождающий нечто без четкого ответа; линию, который может каждый достроить сам или удовлетвориться счастливой сказкой на поверхности. Я не любитель открытых концовок, потому была несколько разочарована этим.

По итогу - впечатления двоякие: моменты погружения в исследование природы расстройства, составления картины болезни и попытки ее понять и найти способ вылечить; яркие неоднозначные образы; мастерство саспенса без демонов и кошмаров - это все дает мощную базу, которая действительно увлекает, но вместе с тем постоянный уход от прямых ответов, оставление лазеек на иную трактовку, некий туман, в котором читателям нужно продираться самому, ориентируясь на собственную базу без подтверждения - это что-то из разряда "для избранных". Об этом в общем приятно порассуждать с другими, но в большей степени мне не близко, увы.

"Элизабет, Бет, Бетси и Бесс за птичьим гнездом отправились в лес..."

История, от которой мурашки бегут по коже.

Я всегда испытываю какой-то необъяснимый ужас, когда сталкиваюсь в книгах с душевными болезнями. Это пугает, волнует и поражает. Лучше любого хоррора.

Безмерно люблю творчество Ширли Джексон за то, что в своих произведениях она заглядывает в самые далёкие глубины человеческой психики. Погружается в ту непроглядную тьму, которую так сложно понять и не всегда возможно обуздать.

Тьма внутри главной героини Элизабет расползается, заполняя собой страницу за страницей. Как хищный зверь, она бросается на читателя и вгрызается ему в глотку, не отпуская даже после прочтения.

"Птичье гнездо" - это исследование случая расщепления личности. Пока на первых страницах мы знакомимся и присматриваемся к Элизабет, 23-летней тихоне и сироте, живущие в ней личности уже готовятся явить себя и отправиться навстречу сомнительным приключениям.

Наблюдать за тем, как сознание героини претерпевает болезненные изменения, довольно жутко. То она апатичная и молчаливая, то добрая и чуткая, то дикая и вульгарная. Никто из этих личностей не может претендовать на роль настоящей Элизабет, потому как все они неполноценны. Но как их объединить?

Роль психиатра в этой истории очень важна и главы, написанные от его лица, представляли для меня наибольший интерес. Страх доктора Райта передаётся читателю именно в тот момент, когда он осознаёт с чем столкнулся.

Сеансы гипноза, знакомство с личностями героини, мучительное погружение в прошлое Элизабет, секреты её тёти... Всё это пугает и влечёт одновременно.

Я в очередной раз аплодирую автору и торжественно клянусь прочесть теперь ВСЕ её произведения!

Вот уж действительно книга, после которой накатило ощущение тревоги и лёгкого холода по спине. Значит, не зря прочитала! Сначала всё кажется даже немного обыденным: привычные рабочие будни, тётушка, серые вечера. Но чем дальше погружаешься – тем сильнее начинает расползаться ощущение, что всё вокруг вот-вот начнет рушиться. Такое впечатление, что обычная жизнь героини — это всего лишь тонкая плёнка, и если поцарапать её ногтем, под ней окажется нечто совсем пугающее.

На страницах живут сразу несколько личностей, каждая со своим страхом, болью и секретами. Порой кажется, что следишь не за одной судьбой, а за маленькой вселенной, где постоянно идут внутренние войны. Безумно интересен процесс, как открывается каждый новый слой — будто листаешь дневник, который на ходу меняет почерк и стиль. Не сказать, чтобы погружаться в разлом психики было комфортно, но именно в этом — изюминка всей истории.

Очень понравилась непредсказуемость — нарочито будничная атмосфера вдруг сменяется насящейся тревогой, и ты уже не понимаешь, где реальность, а где плод воображения. Временами казалось, что вот-вот станет совсем страшно, но Джексон мастерски держит на грани между ужасом и странной иронией.

Читать было страшновато и очень интересно. Не отпускало ощущение тайны: у каждого героя за плечами скрыта целая комната, полная страхов и воспоминаний. Местами даже жалко становится — так остро чувствуется их одиночество. А концовка оставила послевкусие — не мрачное, а немного светлое и очень человеческое.

Несмотря на малое количество действующих лиц, Ш. Джексон удалось создать завораживающую, мрачную, беспросветную картину безумия.

Элизабет - девушка 23-х лет, работает в музее, незаметная, нелюдимая, со странностями, живет с теткой. Со временем её странности становятся настолько заметными, что приходится обратиться к психоаналитику. У неё диагностируют расщепление личности - 4 субличности. Каждая их них обладает своими привычками, желаниями, пристрастиями. В какой-то момент Элизабет даже пыталась задушить сама себя, считая, что её рукой действует Бетси, которая хочет убить Бесс.

Доктор Райт - психоаналитик Элизабет. Мне показалось, что у автора свои счеты с докторами, она их мягко говоря недолюбливает, настолько неприятным получился Виктор Райт. Он - тщеславный, раздражительный. Случайно, с помощью гипноза "разбудив демонов Элизабет", он совершенно не имеет никакого плана лечения, двигается на ощупь и периодически грозит отказаться от лечения пациентки. Его присутствие в романе, на мой взгляд, очень сомнительно.

Тётя Морген - малообразованная, грубая, мужеподобная женщина, воспитывавшая Элизабет с 16-ти летнего возраста, после смерти матери Элизабет (своей младшей сестры). Несмотря на далеко не ангельский характер, тетка любила племянницу и помогла в её выздоровлении намного больше того же самого доктора. Морген знала о болезни племянницы и полностью принимала все странности Элизабет. Тетка даже разговаривала с каждой субличностью, как с отдельным человеком (больше всего ей импонировала дерзкая Бетси).

Каждая глава в книге рассказывается от лица одного из трех героев. И таким образом читателю дается возможность взглянуть на ситуацию в разных сторон. Но самыми жуткими, душераздирающими и невообразимыми являются главы от лица Элизабет. Читатель полностью погружается в мир безумия ГГ, причиной которого стала психологическая травма, связанная со смертью матери.

Доктору и Морген удается соединить 4 субличности Элизабет в одну и она берет себе новое имя - Виктория Морген. Здесь опять Ш. Джексон отдает пальму первенства в успехе лечения не медицине, а любви родственников (новое имя можно перевести как "победа Морген").

Для любителей почитать что-то странное и мрачное рекомендую.

Ширли Джексон, для меня, особенный автор. Сколько я слышала не самых лестных отзывов о ее знаменитом романе «Призрак дома на холме», но каждый раз, когда вспоминаю или говорю об этой работе, то поражаюсь, какое сильное впечатление осталось после...

Безграничная радость от того, что наше издательство взялось за публикацию и других работ Ширли — греет душу. Как же мало ее книг и до чего же я хочу испытать тот трепет души, откликнувшийся у других авторов. Но, видимо судьба сыграла злую шутку, так разбаловав публику Кизом и его «Таинственной историей Билли Миллигана» , что на одного из первых открывателей жанра, смотришь недоумевающем взглядом.

Птичье гнездо — случай Элизабет Ричмонд, которая из-за головных болей была вынуждена обратиться к врачу, а оказалось что у нее расстройство множественной личности. Не спешите потирать ручки и пускаться в сложный психологический анализ. Не дождетесь и причини по которым произошел раскол. Вы просто будете слушать несколько версий Элизабет, которая находится под гипнозом.

Увы, но я не получила того, что хотела. История занудна, и я ждала, когда же вся эта тягомотина закончится. Остается надеется, что книга попала просто не в то настроение, хотя почитав другие отзывы, нашла единомышленников.

Повторю попытку через пару месяцев, а может через год. Сейчас сморю на сборник «Лотерея» и даже загадывать не стану, что бы, не да бог, разочароваться. Поверьте, Ширли Джексон теперь постоянный житель моих книжных полок, но начинать знакомство «Птичьего гнезда» — не рекомендую.

3 из 5

«Птичье гнездо» столкнуло меня с парадоксом — показавшись мне чудо какой завлекающей историей, оно читалось настолько медленно, что в какой-то момент я готов был поверить, что кто-то бессовестно дописывает мне в книжку новые главы по ночам, обнуляя весь прогресс.

И дело не в том, что я перечитываю какие-то фрагменты, могу посетовать на рассеянное внимание (хотя я могу) или жалуюсь на скорость восприятия. Просто камерное повествование порой становится жутко вязким, как застывший на холоде клей, а развинченное мировосприятие так сквозит из люфтов расщеплённого на четверых сознания главной героини, что, возвращаясь утром к прочитанному накануне, я ловил себя на мысли, что полностью потерял нить происходящего. Короче говоря, я сам чуть не свихнулся немного, вместе со всеми персонажами «Птичьего гнезда», и это выглядит для меня неоспоримым плюсом в пользу автора.

В книге нет никаких значимых событий, кроме описанных в аннотации: перед нами история некой Элизабет Ричмонд, в чьём сознании борются Элизабет-Бет-Бетси-Бесс и с которыми то схлёстывается тётя Морген, опекающая племянницу после смерти своей-сестры-её матери, то ведёт дискуссии психиатр-гипнолог доктор Райт (при котором все эти личности по очереди и манифестировались, обретя свои имена).

В главах периодически сменяются фокальные персонажи, позволяя нам заглянуть в кроличью нору чужого сумасшествия сверху от доктора, снизу от тёти и немного изнутри от самой Элизабет. Откровенно говоря, никакой Элизабет и нет — ни одна из личностей, с которыми мы встречаемся, не является «основной», что отличает «Птичье гнездо» от более поздних историй о трансперсональном расстройстве, где практически всегда оказывается некто главный, по причинам причин спрятанный от своей травмы под наслоением отпочковавшихся персоналий. Представляете, да — четыре личности, каждая из которых нездорова? Уже от этого можно спятить. Так ещё и локаций всего четыре — музей, кабинет доктора, квартира тётки Ричмонд и разок будет Город. Квартиру второстепенных героев с уродливой мебелью я не буду считать для красоты, а то пять уже как-то не складывается... Хотя на пятую личность тоже будет намёк! Но намёком и останется.

И мало того - остальные герои тоже не образчики здравомыслия. Доктору Райту определённо надо задуматься о качественной супервизии (хотя сомневаюсь, что в пятидесятые годы такое понятие вообще существовало), а когда тётя Морген давала волю чувствам, то люфтить начинало уже у меня в голове. Одним словом, в этой истории все спятившие, ни одного героя в здравом уме — даже среди второстепенных, — и при этом всё повествование обёрнуто в размеренный рутинный тон, которым на июльской жаре разморённые после бытовых дел домохозяйки обмениваются сплетнями за рюмкой хереса.

Но не пасторалью единой - в книге есть абсолютно замечательная глава, которая может стать настольной для тех, кто знаком с чувством болезненно-острой социальной неловкости, когда тебе кажется, что всем вокруг выдали инструкцию к жизни, а ты даже не уверен, с какой ноги будет правильнее начать шаг, чтобы не выглядеть неуместно. Это глава от лица Бетси, где она оказывается в незнакомой для себя среде, и она со всей силы пытается в неё вписаться, чтобы не отличаться от окружающих. И конечно, отличается она просто безбожно, как будто посреди выжженной земли воткнули огромный красный мак, осыпанный блёстками. Её наивные внутренние монологи, детское отсутствие страха и неизбежно прорывающееся сквозь эту неадекватную храбрость отчаяние трогает за живое, даже если в других сценах Бетси может раздражать. Она эгоистичная, наглая, порой слишком жестокая, слишком поверхностная для живого человека, личность-скорлупка, скрывающая в себе капризного ребёнка, но из всех четверых она, как вы понимаете, запала мне больше всех, потому что я читал и думал — МАХАРОШАЯ, был бы у тебя интернет, ты бы уже всё про себя узнала, всем показала кузькину мать, ещё бы и мемов наклепала, чтобы социальным невротикам было жить легче. Но увы, увы...

Ладно, отвлёкся. Не ищите в «Птичьем гнезде» глубокого психологизма в том виде, в котором мы можем его найти сегодня в работах на стыке романа и психиатрического ликбеза, где наученные популярной психологией герои владеют чёрным поясом по эмпатии и отличению неосознанной манипуляции от искренней мольбы. Нет, такого не будет.

«Птичье гнездо» на 70% состоит из сдвинутых невротических состояний, обрисованных кружавчатым мелодичным слогом (страстно целую преводчика прямо в золотое темя троекратно) и на оставшиеся 30% из абсурдной обыденности, в которой эти невротики существуют. Дурка плачет по всем (кроме Райана-терапевта, потому что он упоминается легкими мазками и нужен только как связной), мышление у всех граничит с разными клиническими патологиями, поэтому неудивительно, что если читать книгу не в один присест, а лениво по вечерам, то ты выпадаешь из потока и порой не можешь сходу уловить исходную точку, с которой начал раскручиваться конкретный бредовый эпизод.

В общем, читайте залпом за выходной. И запивайте шерри — тётя Морген одобряет.