Цитаты из книги Американські боги

Литература позволяет нам проникнуть в сознание других людей, кажущееся нам иными мирами, и поглядеть на мир их глазами. А потом — в книге — мы останавливаемся прежде, чем умереть или мы умираем чужой смертью, а в мире за пределами романа переворачиваем страницу или закрываем книгу.

- Неважно, что ты в нас не веришь, - сказал мистер Ибис. - Важно, что мы в тебя верим.

- Вот в том-то и беда со всей этой молодежью – пока сами себе шею не сломают, им кажется, будто они все на свете знают, и ничему ты их не научишь.
- Туда им и дорога, - буркнул Чернобог.

Тачка большая, да хрен маленький, – откомментировал мистер Нанси.

Неважно, что ты в нас не веришь <...>. Важно, что мы в тебя верим.

Знавал я одного парня <...>. Так вот он мне рассказывал, что индейцы из Дакоты, молодые, в смысле, забираются на гору [Рашмон], к президентам на головы, а потом, рискуя жизнью, вытягиваются цепочкой, и самый крайний ссыт президенту на нос.

Если мы не склонны обращать внимания на отдельного человека, нам остаются только цифры: тысяча погибших, сто тысяч погибших, "число пострадавших может достигнуть миллиона". Если у нас есть истории человеческих жизней, статистика превращается в живых людей - но даже и это ложь, ибо люди продолжают страдать в таком количестве, что цифры ничего не выражают и ничего не значат.

<...> Химические грелки не давали замёрзнуть рукам и ногам. А он и без того окоченел: душой, и сердцем, и рассудком.

- С вашего позволения, приму это как комплимент, <...>.
- То, что тебя сравнили с человеком, который решил выспаться в то самое утро, когда раздавали мозги?

В этом мире, в котором каждый день умирают люди, я думаю, самое главное  – это помнить, что на каждый горестный момент, когда человек покидает  сей мир, приходится момент радостный , когда на свет появляется еще одно человеческое дитя.

Свобода вероисповедания в конечном счете означает также и свободу верить в ложных богов. Так же, как свобода слова  дает вам право хранить молчание.

Царю Давиду было известно одно простое правило: если хочешь разогнать кровь в старом теле, трахни девственницу и перезвони с утрица.

Эта страна единственная в мире, которая никак не может взять в толк, что такое она собой представляет.

Свобода - все равно что шкурка от банана, только на вкус похуже, и с иронической начинкой.

Да и я с тобой не ссорился. Хотя это именно ты привезла меня сюда, ты и ещё горстка тебе подобных, в эту землю, где на волшебство ни у кого нет времени и где нет места для пикси и прочих в том же роде.

Мы - как ветер. Мы дуем в обе стороны

Дело не в рыбе, которую вы ловите, а в душевном покое, с каким возвращаетесь домой под конец дня.

ибо радость покинула меня, как моча маленького ребенка жарким днем в плавательном бассейне.