Цитаты из книги We Begin at the End

Не может добро оставаться добром, если злу попустительствует — как ты думаешь?

- Люди - сложные существа, Уок. Воображаешь, будто раскусил того или этого, а он вдруг возьмёт да и выкинет что-нибудь.

Одухотворенностью, детальностью монтанский пейзаж вполне тянул на портрет. Простора казалось в избытке. Такое количество не утоляет кислородный голод — таким количеством захлебываешься.

Мало ли, что она натворила; без мамы каждому плохо — даже тому, кто вне закона.

Не построили еще такую тюрьму, чтоб ворота закрыть — и конец притяжению истинной любви.

Смерть имеет одно свойство: жил обычный человек, а погиб — стал святым.

Теперь иначе думаю: что зло — оно однородное, без степеней. Есть черта, за нее переходить нельзя, и точка. Заступил на дюйм — всё, виновен.

Лучше бы была середина, мам. Люди иначе живут. Не надо вот этого — или все, или ничего, или ты тонешь, или по волнам рассекаешь. А ты просто на плаву держись — так ведь почти все делают. Потому что, когда начинаешь тонуть, ты и нас с собой на дно тянешь.

Мужчины, считал Уок, устроены иначе, порочны изначально и не борются со своими так называемыми слабостями. Потому что идиоты.

<...> для отдельных взрослых «присматривать» равняется «заваривать кашу», которую потом расхлебывает отнюдь не «кашевар».

Не пойму, самоубийство — оно про безграничный эгоизм? Или про безграничное самопожертвование?

<...> жизнь — это когда тебя кто-то так сильно любит, что готов броситься на защиту.

Ей ли не знать об этом свойстве воспоминаний — прицепиться и всюду таскаться за своей жертвой…

Из всего, что можно отнять, свобода — самое ценное?

Надежда — понятие для мирян. А жизнь — она хрупкая. Некоторые в нее вцепляются прямо-таки бульдожьей хваткой, хоть и знают: разобьется все равно, одни осколки останутся.

— Ты молился, что ли? Я думал, тебе взбрело с обрыва сигануть.
— А она есть вообще — разница между молитвой и желанием?
Уок снял фуражку.
фуражку.
— Желание загадываешь, когда чего-то хочешь. А молишься о том, что необходимо.

Бывают ситуации, когда хочешь спасти человека, а не представляешь даже, с чего начинать.

Только «свыкнуться» – не значит «перестать страдать».

– Заткнись.
– Я же ничего не сказал.
– Ты собирался.

– Знаешь, тюрьма гасит любой свет. А этот дом... он будто костерок. Маленький такой, слабый – а все же горит и греет. У меня другого костерка не будет. Затопчу этот – останусь в полном мраке и не увижу больше...