Цитаты из книги Прислуга

Многие считают, что спорить со своим мужем означает перейти границу дозволенного.

— Миссисипи и весь остальной мир — это совсем разные вещи, — объясняет наш пастор, и мы согласно киваем, потому что разве ж это не правда?

Лето прокатилось, будто асфальтовый каток.

— Господи Иисусе, никогда не встречал женщин с такими длинными руками, — заявляет он. — А я никогда не встречала мужчин, имеющих такие проблемы с алкоголем.

По молчаливому уговору между нами, честность — единственное, что позволяет нам оставаться подругами.

Я могу выбирать, во что верить.

В старых домах полно всяких уголков и закоулков.

Надеюсь, она любит поесть. Потому что я-то — стряпуха, потому люди меня и нанимают.

Ирония заключается в том, что и мы любим их, и они любят нас, но… Мы даже не позволяем им пользоваться нашим туалетом.

— Что они сделают с нами, Эйбилин? Если поймают... Она говорит о наших рассказах. — Мы обе знаем. Плохо будет, — тяжело вздыхаю я. — Но что именно они сделают? Привяжут к грузовику и протащат по улице? Пристрелят меня во дворе на глазах у детей? Или просто уморят голодом?

Жалость, досада, недоверие – все во мне перемешалось, как в мясном рулете.

Моя сестра Дорина, которая в детстве пальцем не пошевелила, потому что у нее, видите ли, больное сердце, - как потом выяснилось, муха попала в рентгеновский аппарат.

...день начал гнить с утра.

Хилли, она тоже в тюрьме, своей собственной, только срок у нее — пожизненный.

«Как же странно, удивительно, никто не хочет знать тебя, когда ты на мели…»

Такое пекло, что ко мне приковылял петух мистера Данна и пристроился перед кухонным вентилятором. Я вхожу, а он смотрит на меня с таким выражением, - мол, "я отсюда не двинусь, леди".

Ничего меня не гложет, только муж и пятеро детей. Готова от вас на стену лезть!

Я всегда считала, что безумие страшно, мрачно и горько, но оказалось, что, когда погружаешься в него на самом деле, оно мягкое и вкусное.

В тот день мой мир почернел. Воздух стал черным, и солнце - черным.