Цитаты из книги The Sixth Watch

– Впрочем, баланс не обязательно должен быть нарушен столь явно. До самого последнего дня мир может казаться обычным. – Что за баланс? – Добра и зла, разумеется. – Я бы не сказал, что Дневной Дозор как-то уж совсем распоясался… – Добро и зло не имеет к Дозорам ни малейшего отношения! – резко ответила Арина. – Уж тебе-то это должно быть понятно! Ночной Дозор придерживается позиций альтруизма, точнее – деятельного альтруизма Иных по отношению к людям. Дневной Дозор считает благо людей и их потребности не значащими по отношению к потребностям Иных. – Но в итоге это все-таки добро и зло. На банальном уровне, – сказал я. – Скажи это людям, которые гибнут ради возвышенных идей Ночного Дозора, – отмахнулась Арина. – Представления Иных и людей о добре и зле достаточно разные.

Это был тысяча девятьсот четырнадцатый год, – просто сказала Арина. – Сто лет назад. Вы начали эксперимент – с мировой войной, с революцией в России. Как известно, экспериментатор влияет на результат эксперимента, если знает о его сути. Вы хотели повернуть человечество к добру и боялись, что знание о Двуедином помешает вам делать то… то, что требуется. – Мы? – возмутился Гесер. – Кто это – мы? Я? Завулон? – Ты и Завулон в том числе. Вообще-то участвовали все Великие, но вы с Завулоном настояли на том, что полем эксперимента будет Россия. В последний момент, между прочим! Франция лидировала, Германия и Британия наступали на пятки. Только Соединенные государства Северной Америки отвалились сразу – их прошлый эксперимент, с войной за независимость, был сочтен неудачным. Но вы настояли на России как объекте эксперимента. – Патриотизм, значит, проявили… – крякнул Гесер. – Ну, как сказать… – с иронией произнесла Арина. – Вообще-то ты сказал: «Страна дикая, её не так жалко».

– Мой отец – обычный человек, – сказал я твердо. – Обычный нормальный человек! – Да, – легко согласился Завулон. – К сожалению, дети редко наследуют способности Иных, обычно они проявляются через поколение. У Гесера с Ольгой, правда, был подготовлен свой кандидат, но они ухитрились потерять мальчонку и нашли его слишком поздно. Да и четыре мои последние внучки никакими способностями Иных не обладают. Вот с внуками вышло получше! Но из вас троих повезло тебе. – Папа – твой внук? – спросила Надя в тишине. Завулон смущенно развел руками. – А я что – твоя правнучка? – продолжала Надя. – А я?.. Гесер, ты мне кто? – воскликнула Светлана. Она вскочила, подбежала к Гесеру. Тот отстранился, примиряюще поднимая руки. – Ты мне кто? Отец? Дед? Это что за индийский кинофильм? Может, мне станцевать и спеть песню потерянной и найденной дочки?