Отзывы о книге L'éducation sentimentale

Как же я предвкушала данное произведение после великолепной "Госпожи Бовари", прочитанной на одном дыхании! И как же велико было разочарование...

Читалось очень долго, а я все ждала, когда же начнется то самое действо, где же та интрига, которая удерживала мое внимание ночь напролет, когда я знакомилась с историей Эммы. Так и не получила я настоящего развития действия, неожиданного, берущего за душу, понятного. Хотя произведения на самом деле похожи: и там, и там история любви, любовники и любовницы. Однако отличий, видимо, наберется больше.

Если госпожа Бовари - роковая женщина (а зло, как известно, всегда привлекательно), то Фредерик Моро - молодой человек, ни рыба ни мясо, сам не знает, чего хочет, мается от скуки и переизбытка денег. Вроде господина де Грие, который стелился к своей несравненной Манон Леско (та об него ноги вытирала); или антигерой Жорж Дюруа, этакий приспособленец.

Политика и история тоже присутствуют в двух романах. Но если почти вся политика в "Госпоже Бовари" сводится к одной сцене на ярмарке, то "Воспитание чувств" представляет целую череду сцен, эпизодов, посвященных то спорам о королях, то самой революции. Пробиваться сквозь них собственно к описаниям чувств было ох как непросто!

Единственное, что осталось прежним, - это великолепный стиль Г. Флобера, пусть и в переводе. Особенно удаются писателю портреты умерших или заболевших героев: перед глазами встают страшные картины мучающихся людей, появляется отвращение, но при этом и восхищение автором, сумевшим описать посиневших, отходящих в мир иной персонажей.

Первую половину романа читала без особого интереса. Главный герой пассивный и необаятельный, женщины немного получше, но не слишком, всё действие происходит на фоне предреволюционных и революционных событий 1848 г., а так как я об этом времени ничего не знаю, то, соответственно, весь политический контекст пролетал мимо меня. И вот что странно, я же специально хотела прочесть что-нибудь 19 века, так как 20 была сыта по горло. Что же? через несколько страниц меня стало всё раздражать, и как в известном анекдоте, я постоянно думала - мне бы, господин Моро, ваши проблемы!

Но во второй половине Флобер наглядно продемонстрировал, почему он гениален. Роман по-настоящему меня захватил. Все ружья, что висели на стенах, выстрелили; все четыре женщины показали, на что они способны, а главный герой не изменился вообще. Ну, и в политической жизни, естественно, всё переменилось, но тут тонкостей я не поняла.

В первые дни книга зацепила, еще как. Трудно было отойти, оставить читалку в соседней комнате... Вода кипятилась - а я читаю. Вода остыла - я еще читаю. С некоторой попытки чай готов - не отрываюсь от книги. Потом обратно в кресло... И так несколько дней. Я даже фильмы не смотрела. А потом в один прекрасный вечер я решила: "А почему бы не посмотреть киношку?" И как-то вдруг пришло осознание того, что мне надоело, и дальше читать буду из-под палки. Такое. Видимо, книги, в которых любви больше, чем половина сюжета, я выдерживаю с трудом. И очень редко дочитываю их с удовольствием. И уж простите меня за это. Роман, вообще-то, прекрасный и замечательно написан, талант Флобера восхищает. Просто - не мое это...

Возможно, вы сталкивались в своем окружении с такими людьми, которые отвратительно вездесущи и с удовольствием делятся своим «особо ценным мнением» по любому поводу, но при этом, если такой человек вдруг внезапно исчезнет из вашей жизни, то ровным счетом ничего не изменится; окажется, что он абсолютно ничего не значил и не имел никакого влияния на ваше окружение. Классику французской литературы, выдающемуся прозаику-реалисту Гюставу Флоберу (1821-1880) в своем последнем опубликованном при жизни романе «Воспитание чувств» (1869) через подробное описание общества и социально-исторический контекст удалось нарисовать образ «непрожитой жизни», потерянного молодого человека у которого нет «лица». *** На самом деле Гюстав Флобер оставил нам сразу два романа с названием «Воспитание чувств». Первый, написанный еще в 1845-м, не был опубликован при жизни писателя. Это было произведение с оригинальным сюжетом и персонажами. Но известность обрел уже второй роман с таким же названием, но иным сюжетом, который и вошел в рассматриваемое издание. Это довольно редкое в литературном мире явление, когда один и тот же автор выпускает не один и тот же роман под разными названиями, а наоборот, под одним названием несколько разных произведений. Роман «Воспитание чувств» (1869), как и роман «Госпожа Бовари» (1857) (см. мою рецензию на моих книжных страницах в профиле) – два главных произведения Флобера о времени, в котором он жил, и оба являются критикой современного ему французского общества. Главная претензия Флобера к своим согражданам заключалась в излишней ставке на индивидуализм и отход от рациональности, потворство чувствам, мнению, моде… «Я хочу написать нравственную историю людей моего поколения», — говорил Флобер о своем произведении. Для этого в «Воспитании чувств» он выхватывает несколько семей и создает сеть персонажей, каждый из которых олицетворяет определенную часть общества, на протяжении всего произведения Флобер сталкивает их в разных обстоятельствах, но все их взаимодействие в итоге не приводит ни к чему, доказывая пустоту межличностных отношений в выродившемся обществе. С этой точки зрения важно время и события, на фоне которых происходят эти отношения: Февральская революция 1848 года — восстание в Париже, приведшее к свержению Июльской монархии короля Луи-Филиппа I и установлению Второй Французской республики. Флобер умышленно написал роман так, что столь значительное для истории Франции событие проходит слабым фоном к любовным интригам нерешительных буржуа. А ведь сама революция 1848 года стала символом (и последствием) этой нерешительности, по сути являясь эпизодом «предательства, совершенного буржуазией, когда, напуганная народным восстанием, она отшатнулась в сторону реакции и после Июньских дней учинила кровавую расправу над народом, руками которого в феврале была свергнута монархия». *Илл. P.-E. Bécat Центральное место в романе «Воспитание чувств» занимает персона Фредерика Моро - молодого человека из довольно обеспеченной семьи, родом из Ножана-на-Сене. Однажды, в 1840-м году во время возвращения из Парижа, где он обучался праву, на пароходе Фредерик знакомится с госпожой Мари Арну – симпатичной женщиной средних лет, супругой вульгарного и общительного владельца парижского магазина «Художественная промышленность». Как только молодой человек увидел эту женщину, он тут же влюбился. «Словно видение предстало ему... Никогда не видел он такой восхитительной смуглой кожи, такого чарующего стана, таких тонких пальцев». С этого времени все его существование подчинялось стремлению к близости с госпожой Арну. Проходит некоторое время, и Фредерик с другом Делорье переезжает в Париж. И пока будущий адвокат Делорье вынужден много работать, чтобы обеспечить себе существование, более обеспеченный Фредерик предается праздному мечтанию. Он постепенно налаживает связи с четой Арну, чтобы быть ближе к своему идеалу. В Париже Фредерик вращается в двух кругах: богемно-буржуазном круге господина Арну и его знакомых (в том числе влиятельной четы Дамбрёз), и в более приземленном круге друзей, среди которых много идеалистов-революционеров. Фредерик пытается найти себе занятие, то склоняясь к писательству, то к живописи, но ни на что так и не решается, пока не узнает, что ему досталось большое наследство от дяди. Теперь он обеспечен, и может полностью посвятить себя своим чувствам и влюбленностям. На протяжении нескольких лет, Фредерик пытается признаться госпоже Арну в своих чувствах. Однако, та отвергает эти отношения, поскольку стремится сохранить верность своему гулящему мужу хотя бы ради их общих детей. Разъяренный отказом Фредерик устремляется к местной куртизанке Розанетте, которую называют «Капитаншей». Та искренне влюбляется в молодого человека, и отказывается видеть, что является лишь временным телесным утешением для отвергнутого юноши. Параллельно Фредерик пытается совратить госпожу Дамбрёз, поскольку она имеет большое влияние и наследство, и может дать хороший старт карьере Фредерика в высшем свете Парижа. В это же время Розанетта беременеет и у пары рождается сын. Для Фредерика он помеха. Вскоре начинается Февральская революция. Знакомые Фредерика занимают разные стороны конфликта. Сам он пытается также заняться политикой, но на собрании его прогоняют с криками «Аристократ!» Гибнет его друг, идеалист-республиканец Дюссардье. В это же время умирает его сын, но это не очень печалит Фредерика. В это время он уже живет ради трех женщин параллельно: своей мечты госпожи Арну, сожительницы Розанетты и своего амбициозного плана – госпожи Дамбрёз. Наконец, запутанная история приходит к своей развязке. Обанкротившийся из-за неудачных вложений господин Арну вынужден переехать с семьей в другой город. Потерявший след своей романтической возлюбленной, растерянный Фредерик бросает Розанетту. Но и госпожа Дамбрёз догадывается, что Фредерик не принадлежит только ей, из-за чего их браку по расчету не суждено сбыться. Так, уже немолодой человек вынужден вернуться ни с чем в свой родной Ножан-на-Сене, где, доживая свою «нереализовавшуюся жизнь», будет вспоминать как самое яркое событие жизни нет, не встречу с госпожой Арну, а поход подростком к местной проститутке… *** Первая критика приняла «Воспитание чувств» в целом отрицательно. Флобера осуждали за неинтересный сюжет и обвиняли в пессимизме, граничащем с безнравственностью. Многие отмечали, что роман тяжело читать, и это действительно так. Но именно в данном случае, это не столько недостаток произведения, сколько намеренный прием автора. Дело в том, что из 380 страниц, примерно 350 – это рутинное детальное описание скучных осторожных диалогов, где манерность стоит выше смысла сказанного. Можно сказать, что на 90% произведение состоит из неловких пустых диалогов. Именно таким образом Флобер передал читателю образ выродившегося французского общества, где кажется, все время что-то происходит, но по факту, не происходит ничего существенного. 350 страниц триумфа нерешительности и слепой покорности чувствам – требуют особой читательской выдержки. Правда, именно в конце произведения, после развязки, станет понятно, что весь этот объем ощущаемой пустоты имел место быть и являлся обязательным элементом повествования и его сутью. Тут нельзя не вспомнить известный стилистический прием Флобера – принцип безличности. Автор не стремится рассказать нам про чувства героев. Он не рассказывает о них, он показывает их последствия. «Средством психологической характеристики служит «поток вещей», среда, проходящая перед взором героя». Поэтому в «Воспитании чувств» на читателя ложится двойная задача: не только анализировать поступки героев, но и самостоятельно пытаться разобраться в их причинах. А я напоминаю, что у нас тут описана довольно унылая действительность, разбираться в которой подробно вовсе не хочется. Это делает восприятие романа еще более трудным и по понятным причинам отталкивает многих читателей, даже тех, кому так понравилась «Госпожа Бовари», написанная определенно более динамично и насыщенно. *** Сюжет «Воспитания чувств» прослеживает биографию Фредерика Моро, и на первый взгляд может показаться, что это классический роман воспитания, где читателю доведется проследить, как меняется характер молодого человека под гнетом обстоятельств. Но тут Флобер играет с нами злую шутку, ведь его роман является чем-то противоположным. Ведь это гимн нерешительности и нереализованности. Каждый раз, когда перед Фредериком открывается возможность взять на себя ответственность и наконец совершить выбор или поступок, он отказывается его совершать. Усилие и волю здесь заменяет настроение и чувства. Можно сказать, что он плывет по волнам, выбирая наиболее выгодное положение каждую секунду. Фредерик – бесформенное существо, которое при давлении не становится крепче, а протекает через щели и бреши. Даже история и революция не способны изменить настолько пассивного и безучастного человека. Фредерик – это олицетворение безвольного романтика, вечно ожидающего идеального момента и идеальных отношений. Для таких людей осуществление мечты – результат удачи, а не кропотливого труда и саморазвития. Поэтому они заняты не делом, а наблюдением. Для таких людей важнее «занять положение», нежели «совершить поступок». Для описания этого образа хорошо подходит одна из строк романа:

«Годы шли, и он мирился с этой праздностью мысли, косностью сердца».

Тут следует вспомнить показательный диалог Фредерика с матерью о его дальнейшей карьере:

«Вечером, когда они остались вдвоем, г-жа Моро сказала сыну, что советует ему обосноваться в Труа, заняться адвокатурой. В родных краях его знают лучше, чем где-либо в другом месте, здесь он легче может найти богатую невесту. — Ну, это уж слишком! — воскликнул Фредерик. Не успело счастье прийти к нему, как его хотят уже отнять. Он объявил о своем категорическом решении поселиться в Париже. — А что там делать? — Ничего! Госпожа Моро, удивленная таким тоном, спросила, кем же он намерен стать? — Министром! — ответил Фредерик».

Интересно, что М. Дюкаи советовал Флоберу назвать роман «Посредственные люди» («Les gens mediocres»). Сам же Флобер писал, что «настоящее название должно бы быть «Неудачники» («Les fruits sees»), но в конце концов оставил «Воспитание чувств», добавив подзаголовок «История молодого человека». На самом деле, «Неудачники» - пусть и грубоватое и прямое, но все-таки более точное название, поскольку как-такового воспитания чувств (и воспитания через чувства) в романе в конечном счете не происходит. Можно сказать, что тут осуществлен обратный процесс: разложение чувств. В начале романа мы видим вполне предсказуемого в своих настроениях образованного молодого человека, который сталкивается с первой серьезной влюбленностью. Мари Арну станет в романе образом недостижимого идеала, той мечты, которая по мнению таких, как Фредерик, должна на них «свалиться». И потому такие молодые люди так удивляются, когда узнают, что их чувства безответны или скованны какими-либо иными обязательствами (ответственность перед детьми, существующий брак, разница в положении и т.д.). В начале мы видим, как Фредерик ловит малейшие нюансы настроения госпожи Арну, пытается понять, насколько его чувства соответствуют ее чувствам.

«А порою она представлялась его мечтам в желтых шелковых шальварах, на подушках, в гареме, и все, что было прекрасного, — мерцание звезд, мелодия, ритм фразы, какое-нибудь очертание — все это внезапно и незаметно возвращало его помыслы к ней. Но он был уверен, что всякая попытка сделать ее своей любовницей будет напрасна. Однажды вечером Дитмер, войдя, поцеловал ее в лоб; Ловариас сделал то же самое и сказал: — Вы позволяете, не так ли? Это право друзей… Фредерик пробормотал: — Мне кажется, мы все здесь друзья? — Но не все старые! — возразила она. Это значило, что косвенным путем она уже заранее отвергает его. Но что же делать? Сказать ей, что он ее любит? Она, наверно, попросит, чтобы он оставил ее или даже с негодованием выгонит из дома! Он же любые мучения предпочел бы страшной участи больше никогда не видеть ее. Он завидовал таланту пианистов, шрамам солдат. Он мечтал об опасной болезни, надеясь хоть таким путем привлечь ее внимание. Одно удивляло его — то, что он не ревновал к Арну; и он не мог представить себе ее иначе, как одетой, — настолько естественной казалась ее стыдливость, отодвигавшая ее пол в какую-то таинственную тень».

Но постепенно платоническая любовь отступает перед требованием компенсации от любви телесной. Это желание Фредерика реализовывается в отношениях с Розанеттой. Она – легкомысленная увлеченная содержанка, готовая к ответным чувствам за проявленное внимание. Это привлекательная женщина, опытная в любовных отношениях, в постели с которой были многие знакомые Фредерика. Она олицетворение страсти, телесных наслаждений, доступности. Можно сказать, что через нее Фредерик как бы еще одним образом приобщается к парижскому обществу, где как бы «принято» иметь любовницу. В их совместном рано ушедшем ребенке Флобер рисует образ невозможности построения будущего через необузданную телесную общность, лишенную при этом взаимного уважения, общих целей и согласованного взгляда на жизнь.

«— Нравится вам эта Ватназ? Впрочем, вы на этот счет неоткровенны! Мне кажется, вы скрываете ваши увлечения? Фредерик, побледнев, стал клясться, что ничего не скрывает. — Да ведь неизвестно, есть ли у вас любовница, — продолжал Арну. Фредерику хотелось назвать наудачу какое-нибудь имя. Но это могли пересказать ей. Он ответил, что в самом деле у него нет любовницы. Торговец порицал его за это. — Нынче вечером вам представлялся случай. Отчего вы не сделали, как другие? Каждый уходит с женщиной. — Ну, а вы? — сказал Фредерик, выведенный из терпения такой настойчивостью. — О! Я дело другое, мой милый! Я возвращаюсь к собственной жене! Он кликнул кабриолет и скрылся».

Интересен следующий эпизод. Узнав, что господин Арну постоянно посещает любовницу, Фредерик решил намекнуть об этом его супруге, в том числе для того, чтобы она наконец перестала быть верной своему супружескому долгу и могла обратить внимание на него. Но как оказалось, госпожа Арну в курсе похождений мужа и готова с этим смириться. Для нее важнее сохранить свою честь и свою семью. Тогда у Фредерика просыпается чувство специфической ревности к господину Арну:

«Как камень, катящийся с высоты, спустился он по улице Брэда, в отчаянии и тоске, негодуя на Арну, давая себе клятву не видеться с ним больше никогда, да и с ней также. Вместо того чтобы с ней расстаться, как он ожидал, муж, напротив, снова стал обожать ее — всю, от корня волос до глубин души. Вульгарность этого человека выводила Фредерика из себя. Так, значит, все принадлежит ему, все! Он снова столкнулся с ним на пороге дома лоретки, и к ярости собственного бессилия у него примешивалось болезненное чувство, которое вызывала мысль о происшедшем разрыве. К тому же честность Арну, предлагавшего обеспечение, унижала его; Фредерик готов был его задушить; а над горем его, точно туман, реяло сознание собственной подлости по отношению к другу. Слезы душили его».

Но проходит несколько лет, и сам Фредерик без всякого зазрения совести, уже будет лавировать сразу между тремя женщинами: госпожой Арну, Розанеттой и госпожой Дамбрёз. Первая – олицетворение романтической платонической любви, вторая – телесной и страстной, третья – любви по расчету, ради карьеры и амбиций. Вскоре Фредерик будет упиваться своей ложью и лицемерием:

«Вскоре эта ложь начала забавлять его; клятву, которую он давал одной, он повторял и другой, посылал им обеим одинаковые букеты; писал им в одно и то же время, потом сравнивал их; но в мыслях его вечно жила и третья. Ее недосягаемость была оправданием этого вероломства, которое обостряло удовольствие, внося в него разнообразие; и чем больше он обманывал одну или другую, тем сильнее была ответная любовь, как будто чувство к нему г-жи Дамбрёз распаляло страсть Розанетты, и наоборот, как будто, соревнуясь друг с другом, каждая из них хотела заставить его забыть о сопернице».

Получается интересная параллель. В несбывшемся романе между Мари Арну и Фредериком Моро на первый взгляд две жертвы. Но истинная – лишь одна. Фредерик не желает сделать усилие, совершить поступок, вырвать Мари Арну из ее брака и дать ей новую жизнь. Нереализованный роман для него – это последствие его же пассивности и нерешительности. Наоборот, для Мари Арну отказ от романа и желание сохранить семью - это волевой поступок, это ее жертва, которую она сознательно платит ради своих детей. Тут поворотным эпизодом является внезапная болезнь сына, как раз в тот момент, когда Мари уже решилась на первое свидание с Фредериком.

«Спасен?! Неужели?! Внезапно мелькнула мысль о Фредерике, отчетливая и безжалостная. То было предостережение свыше. Но господь в своем милосердии не захотел покарать ее навеки! Если бы она не отказалась от этой любви, какое наказание ждало ее в будущем! Наверное, ее сына оскорбляли бы из-за нее, и г-жа Арну представила его себе юношей, раненным на поединке, лежащим на носилках, при смерти. Она бросилась к низкому стулу и, упав на колени, вложив в молитву всю силу, устремясь всей душою к небесам, принесла в жертву богу свою первую страсть, свою единственную слабость».

В отношениях между Мари и Фредериком мы видим, что даже несостоявшаяся любовь, может быть как актом действия, так и одновременно актом бездействия со стороны партнера. Особенное место занимает в романе эпизод, в котором умная и коварная госпожа Дамбрез расправляется с Фредериком за его измену и непоследовательность. Она приводит его на аукцион, где распродают вещи обанкротившейся четы Арну и несмотря на все его сопротивление, покупает за баснословные деньги шкатулку для любовных писем, которая когда-то принадлежала Мари Арну. Большего плевка в душу Фредерика представить трудно. После этого эпизода он откажется возвращаться вместе с госпожой Дамбрёз и посрамленный срочно покинет Париж.

«Когда Фредерик вошел, покупатели были заняты юбками, косынками, носовыми платками, и все это, вплоть до рубашек, передавалось из рук в руки, разглядывалось; иногда их издали перебрасывали, и в воздухе вдруг мелькало что-то белое. Потом были проданы ее платья, затем — одна из ее шляп, на которой перо было сломано и свисало, затем — меха, потом — три пары башмаков; дележ этих реликвий, в которых ему неясно виделись очертания ее тела, казался ему зверской жестокостью, как если бы вороны у него на глазах стали раздирать ее труп. Воздух, страшно спертый, вызывал в нем тошноту. Г-жа Дамбрёз предложила ему свой флакон с нюхательной солью, все это будто бы ее очень занимало».

Поверьте, если вы продеретесь через 350 страниц «унылой буржуазной действительности», то финальные сцены наградят вас всем остроумием таланта Флобера! Отдельного внимания заслуживает Шарль Делорье – друг Фредерика. В отличие от мечтательного господина Моро, он решительный, принципиальный и расчетливый человек. Отчасти таким его сделала бедность, ведь у него нет таких средств, как у Фредерика, и всего приходится достигать своим трудом. Но за счет этого Делорье лучше знает реальное положение вещей и это формирует в нем скептика и циника. Он перепробует разные профессии и вырастет в настоящего чиновника. Собой Делорье олицетворяет человека нового времени, который противостоит духу романтиков предыдущего поколения. Однако, учитывая, что в конце романа одинокие и Фредерик, и Делорье оказались в одной точке, Флобер, похоже, не сильно надеялся на перемены, которые могут осуществить в стране такие люди. Фредерик Моро и Шарль Делорье – это две стороны потраченной зря жизни: мечтательный ее вариант, и деятельный соответственно. Важно вспомнить и еще одного друга Фредерика: республиканца Дюссардье. Это едва ли не единственный персонаж в романе с твердыми убеждениями, который ведет себя последовательно, в соответствии со своими идеалами. Именно поэтому он так чужд тому обществу, в котором вращается Фредерик. Дюссардье верит в торжество свободы, добра и справедливости. И, словно инородное тело для французского общества, он гибнет на баррикадах революции, причем от руки одного своего старого знакомого. Дюссардье – это образ того, что любые, даже самые светлые идеалы, обречены в таком обществе разложиться и погибнуть. К слову, политика занимает в романе некоторое место, но лишь для того, чтобы показать, насколько тщетны политические тирады там, где все озабочены в первую очередь своими скучными личными делами и мелкими влюбленностями.

«— Разве газеты у нас пользуются свободой? Разве сами мы пользуемся ею? — с горячностью воскликнул Делорье. — Когда подумаешь, что, прежде чем спустить лодочку на реку, может потребоваться двадцать восемь формальностей, просто хочется бежать к людоедам! Правительство пожирает нас! Все принадлежит ему: философия, право, искусство, самый воздух, а изможденная Франция хрипит под сапогом жандарма и сутаной попа! Так широким потоком будущий Мирабо изливал свою желчь. Наконец он поднял стакан, поднялся и, упершись рукой в бок, сверкая глазами, проговорил: — Я пью за полное разрушение существующего строя, то есть всего, что называют Привилегией, Монополией, Управлением, Иерархией, Властью, Государством, — закончив голосом еще более громким, — которые я хотел бы разбить вот так! — И он бросил на стол высокий красивый бокал, который разлетелся на множество осколков».

Кстати, интересно, какой образ для революции 1848 года выбрал Флобер в одной из сцен: «В передней же его внимание остановила картина, поставленная на стул, вероятно, временно, — картина Пеллерена. Она изображала Республику, или Прогресс, или Цивилизацию под видом Иисуса Христа, управляющего паровозом, который мчится по девственному лесу. С минуту поглядев, Фредерик воскликнул: — Что за гадость!» Забавно, что образ Иисуса Христа, управляющего паровозом, можно встретить и в других романах. Например, в антивоенном романе Дальтона Трамбо «Джонни взял ружье» (1939) (см. мою рецензию).

Нельзя не сказать и пару слов о господине Арну. Это настоящее воплощение пошлости и вульгарности. Любитель женщин, развлечений и пустых обещаний. Это человек материального мира, для которого все духовное – вторично. Выгодная сделка, хорошее знакомство, красивая фигура – то, что его привлекает. Это образ классического дельца, который даже не скрывает, что его мало интересует что-либо высокое и духовное. Неспроста его лавка предметов искусства называется так приземленно: «Художественная промышленность»! Таким образом Флобер в своем романе выстраивает цельную систему социально-психологических образов, которые в своем взаимодействии дают портрет общества и настроений в нем. Благодаря им Флобер подчеркивает, как все дальше расходятся иллюзии и реальность, мечты и возможности, чувства и поступки, ожидания и действительность. Выстроенное в романе общество – это общество «лишних людей», которым нечем себя занять, да и не за чем. Потому, в них, как в болоте тонет благородный порыв революционеров-республиканцев 1848 года. *** Основное место в романе занимают диалоги. Каждый из них – это изящный танец вокруг чувств, которые невозможно скрывать, но нельзя показать. В произведении довольно много отлично написанных диалогов, я приведу в пример лишь некоторые из них. Первый относится к эпизоду, в котором Фредерик пытается признаться госпоже Арну в своих чувствах в начале их знакомства:

«Это платье, сливавшееся с сумерками, казалось ему непомерным, бесконечным, какой-то непреодолимой преградой, и его желание именно поэтому еще усиливалось. Но боязнь сделать слишком много и все же чего-то не доделать отнимала у него способность здраво рассуждать. «Если я ей не нравлюсь, — думал он, — пусть прогонит меня! Если же я ей по душе, пусть скажет!» И со вздохом спросил: — Значит, вы не допускаете, что можно любить… женщину? Госпожа Арну ответила: — Если она свободна — на ней женятся; если она принадлежит другому — уходят. — Итак, счастье невозможно? — Отчего же! Но счастье нельзя найти в обмане, в тревогах и в угрызениях совести. — Не все ли равно, если оно дает божественную радость! — Опыт обходится слишком дорого. Он решил прибегнуть к иронии. — Значит, добродетель не что иное, как трусость? — Лучше скажите: дальновидность. Даже для тех женщин, которые забыли бы о долге и религии, может иногда быть достаточно простого здравого смысла. Эгоизм — прочная основа целомудрия. — Ах! Какие у вас мещанские взгляды! — Да я и не мню себя знатной дамой! В эту минуту прибежал маленький Эжен. — Мама, пойдем обедать? — Да, сейчас! Фредерик поднялся; появилась Марта. Он не мог решиться уйти и, обратив к г-же Арну взгляд, полный мольбы, сказал: — Женщины, о которых вы говорите, верно, очень бесчувственны? — Нет! Но они глухи, когда надо! Она стояла на пороге спальни, а рядом с ней двое ее детей. Он поклонился, не сказав ни слова. Она безмолвно ответила на его поклон. Беспредельное изумление — вот что он испытывал в первую минуту. То, как она дала ему понять всю нелепость его надежд, совершенно убило его. Он чувствовал, что погиб, — как человек, упавший в пропасть и знающий, что его не спасут и он должен умереть».

Второй диалог из эпизода повторной встречи госпожи Арну и Фредерика на одном из ужинов после долгой разлуки:

«Он не мог удержаться, чтобы не сказать ей: — Давно мы не виделись! — Ах да, — ответила она холодно. Он продолжал, мягкостью тона сглаживая дерзость вопроса: — Случалось ли вам иногда думать обо мне? — Почему бы мне думать о вас? Фредерика обидел этот ответ. — В конце концов, вы, может быть, правы. Но, тотчас раскаявшись в своих словах, он поклялся ей, что не было дня, когда он не терзался бы воспоминанием о ней. — Сударь, я этому совершенно не верю. — Но ведь вы же знаете, что я люблю вас! Госпожа Арну не ответила. — Вы знаете, что я люблю вас. Она опять промолчала. «Ну, так и без тебя обойдемся», — сказал себе Фредерик. И, подняв глаза, он на противоположном конце стола увидел м-ль Рокк».

Я думаю, уже этих двух сцен достаточно, чтобы понять, КАК устроен этот роман и насколько талантлив Гюстав Флобер. Вопрос только в том, сможете ли вы, как читатель, выдержать почти 400 страниц таких диалогов? Вот вам и ответ на вопрос, «стоит ли мне читать эту книгу?» *** Гюстав Флобер создал своеобразный анти-роман воспитания, где показал, как идя на поводу у обстоятельств общество саморазлагается в своей праздности и беспомощности. Он нарисовал образ краха иллюзий романтического склада характера, показал пагубность доверия чувствам без всякой ставки на рациональность и разум, без опоры на идеи и определенные идеалы. На примере Фредерика Моро, Гюстав Флобер предупреждает нас о пагубности привычки «плыть по волнам». Фредерик ни разу не принял волевое решение, им всегда управляли обстоятельства, друзья, покровители, чувства, случай. Он отказывался принимать ту или иную сторону. Он не стал ни монархистом, ни республиканцем, ни художником, ни писателем, ни юристом, ни политиком, метался между тремя женщинами, между кругами буржуазии и друзей-революционеров, между роскошью Парижа и спокойствием родного Ножана… В результате Фредерик был никем, и остался никем. Даже для госпожи Арну, которая навестила его однажды на закате жизни, он остался не реальным человеком, а иллюзией, нереализованной мечтой о настоящей любви. Мечта, не подкрепленная поступком – остается мечтой. Вот главный урок Флобера. Жизнь, состоящая из иллюзий и мечты, в результате оказывается пустой, и это он подчеркивает последними строками романа, по-настоящему великим антифиналом в мировой литературе:

«И вот однажды в воскресенье, когда все были у вечерни, Фредерик и Делорье сходили к парикмахеру завиться, нарвали цветов в саду г-жи Моро, вышли через калитку в поле и, сделав большой крюк, прошли виноградниками, вернулись в город через Рыбачий поселок и проскользнули к Турчанке, каждый с большим букетом в руках. Фредерик нес свой букет, точно жених, идущий навстречу невесте. Но от жары, от страха перед неизведанным, от своего рода угрызений совести и, наконец, от самого удовольствия увидеть сразу столько женщин, которые все будут в его распоряжении, он так разволновался, что страшно побледнел и встал как вкопанный, ничего не в силах сказать. Все смеялись, всех забавляло его смущение; он решил, что над ним издеваются, и убежал, а так как деньги были у него, то и Делорье пришлось за ним последовать. Когда они выходили на улицу, их заметили. Получилась целая история, которую не позабыли и три года спустя. Они с величайшими подробностями припоминали это событие, и каждый пополнял то, что позабыл другой; а когда кончили, Фредерик сказал: — Это лучшее, что было у нас в жизни! — Да, пожалуй! Лучшее, что было у нас в жизни! — согласился Делорье».

* Илл. André Dunoyer de Segonzac *** ОФОРМЛЕНИЕ КНИГИ: ВИДЕО В ТЕМУ: буквально следующей каждому слову романа Флобера является одноименная экранизация 1973 года режиссера Марселя Кравенна в форме мини-сериала, в котором снялись многие звезды французского кино того времени.

Первая что хочется выделить эта книга для взрослой аудитории, мало того что для взрослой так ещё книга по существу ни о чём, что значит ни о чём это то что автор не писал книгу как роман, кто будет читать эту книгу тот поймёт, это по существу рассказ повести манулых дней и человек рассказывает это всё самому себе, здесь нет претензий понравиться кому-то, что скажут люди, Какие напишут рецензии, это очень взрослая и печальная книга, что очень бросается в глаза что главный герой он так и не понял чего он хочет в жизни ,это лично для меня очень больная тема, главный герой  книги выбирает себе всё что можно выбрать в этой жизни, Но есть одно большое но в которое разобьётся любое затянутое решение, а именно рано или поздно нужно выбрать себе жену, рано или поздно нужно выбрать себе профессию, и вот что самое грустное но и самое реальное это то что если ты с чем-то повременил и оэ прошло то время выбора то отмотать назад ничего нельзя и то что Тебе казалось очень таким надежным те люди или профессии которые тебя будут ждать веками так вот именно это всё ни когда и ничего и никого не ждут самое такое что приходит в голову и самое разрывающее грустное это когда тебе лет 16 плюс минус 2 года и ты в компании друзей с которыми ты думаешь будешь навсегда и они с тобой будут навсегда и вот вы вместе где-то находитесь как писал Гёте остановись мгновение Ты великолепна и в памяти фрагментируются фотография что вы вместе И вот проходит энное количество лет и вроде бы всё на месте и на первый взгляд ничего не изменилось и из прошлого человек смотрит на фрагмент своей жизни где он был со своими друзьями и он понимает что в тот момент Они все вчетвером смотрели в небо и осознаёт мыслю которая его бьет В самое сердце что в настоящем в небо только смотрят два глаза а именно только он сам рядом никого нет, вот так получилось никто не виноват не было никаких ответов никаких загадок а просто прошло время и самая такая жёсткая ирония это когда в конце книги встречаются два друга и оба друг другу говорят что всё то что они задумали ничего не получилось один был сильно эмоциональным чувствительным а  второй сильно был педантом и у обоих ничего не вышло и вспоминают случаи когда по малолетству первый раз пошли в публичный дом и один из них испугался и убежал а остальные поняли что деньги у того кто убежал и вместе они все убежали и с годами Они понимают что это было самое интересное чистое и лучшее время и то лучшее что с ними случалось, автор очень хорошо рисует отношение главного героя с женщинами все эти перипетии интриги просто откровенный блудняк и всё это показывается откровенно и просто что если ты  одновременно имеешь отношения с тремя и больше женщинами так не требуй от них верности это как минимум глупо, что лично для меня ,очень понравилось в книге это описание революции перехода Royal Франции в республику, это мне было близко много чего для себя подчеркнул, в остальном всё намного глубже если политические моменты это факты то что двигает человека на на пьедестал самого этого политического лидера тут всё очень сложно здесь же нужно первым быть среди женщин Среди конкурентов вообще везде быть первым а если человек везде хочет быть первым как правило это заканчивается или психушкой или большим одиночеством что тоже покрыто большим мраком, чему книга учит, первое нужно очень ценить жизнь, искренне ценить людей которые рядом и которые хотят с вами быть ,человек который любит вас и хочет быть и будет с вами несмотря ни на все, это и есть то счастье которое дано свыше без такого человека всё будет неполноценно, а если одновременно отдавать свои нежные чувства всем женщинам как мы все понимаем заканчивается опять же одиночеством, второе что очень важно Это своевременно делать выбор потому что никто за нас выбор не сделает А если сделает то не в нашу пользу ,большой талант увидеть реальность, осознать себя в этой реальности и оттолкнуться в реальной точки и вот с этой точки можно достичь высоты, потому что толчок будет с чего-то реального ,А если всё это будет фантазия и много фантасмагории, амбиций, эмоций, если ,вдруг, А почему так,  Ответ мы уже понимаем сами, напоследок хочется сказать Книга очень глубокая и я думаю что такие книги читать один раз не получится ,чтобы что-то понять её нужно будет перечитать, скажу слово то что услышал до прочтения этой книги, а именно если книга не пойдёт отложить её в сторонку И через некоторое время вы к ней вернётесь и она вам откроет много чего интересного.

Именно так хотел назвать свой роман Флобер и это название весьма кстати. Скучно читать из-за того, что жизнь у героев обыкновенная, несмотря на сотни тысяч франков, балы с масками и шлюхами, гос переворот и многое другое. Герои настолько обычные, что и не замечают самых важных исторических событий и это с одной стороны очень даже соответствует реальности, ведь среди нас много таких, которые даже политические новости не читают (а зачем?).
Флобер, он как Хэмингуэй, написал о никаком поколении, но у первого это хотя бы читабельнее получилось, за что и ставлю четыре звезды.

Он молод, красив, без труда богат, еще и влюблен в женщину бальзаковского возраста. Провинциал в огромном и таком соблазнительном Париже － для него пришло время воспитания чувств.

Еще читая “Госпожа Бавари”, подумала, что Флобер пытается стать Бальзаком своего времени, но до гения автора цикла “Человеческая комедия” ему ой как далеко. ⠀ И вот после “Воспитание чувств” уверенно могу сказать, что Флобер － не мой автор. ⠀ Суховато, скучновато, медленно и малосочно.

Редкий случай для меня, когда при чтении произведения единственное, что было более－менее интересно, － это исторические события во Франции тех времен, а сюжет － посредственно. Еще и был момент, когда словила себя на мысли, что это уже было в “Красное и черное” Стендаля. Одним словом, не цепляет меня Флобер ну никак.

"Даже стремление обладать ею исчезало перед желанием более глубоким"

Фредерик Моро - главный герой. Ничем не примечательный студент-юрист с честолюбивыми планами. Полон надежд на прекрасную жизнь, признание в обществе и успех у женщин. Чем же обернутся его мечты?

М н е н и е. Ох уж этот Флобер. Умеет он медленно обволакивать и погружать в атмосферу своих произведений. Если вы вдруг начнёте читать эту книгу и она вам покажется скучной, не откладывайте её. Дайте автору время очаровать вас. Герои будут вас раздражать, их поступки казаться малодушными, цели недостойными. Но вы будете дальше следить за ними, пытаясь дорваться до сути, до смысла. Богатые гостиные, слуги в ливреях, долгие беседы, споры о политике. Любовницы, французская революция, дуэли, признания в любви. Выезды в фиакрах, измены, борьба за наследство. Тысячи мелких подробностей, утомительные описания, серая монотонность будней. Чтение будет томительным, с горьковатым привкусом, тягучим как патока. Но с прекрасным послевкусием выдержанного вина. Я такое люблю, поэтому понравилось:)