Цитаты из книги Поэмы

Рассказы вымышленных бед В чувствительном прошедшем веке Не мало проливали слез... Кто ж в этом выиграл - вопрос?

Смешно участье в человеке, Который жил и знает свет.

Тамбов на карте генеральной Кружком означен не всегда; Он прежде город был опальный, Теперь же, право, хоть куда. Там есть три улицы прямые, И фонари и мостовые, Там два трактира есть, один Московский, а другой Берлин. Там есть еще четыре будки, При них два будочника есть; По форме отдают вам честь, И смена им два раза в сутки; . . . . . . . . . . Короче, славный городок.

Ты хочешь знать, что делал я
На воле? Жил - и жизнь моя
Без этих трёх блаженных дней
Была б печальней и мрачней

Тамара
О! Кто ты? Речь твоя опасна!
Тебя послал мне ад иль рай?
Чего ты хочешь?..
Демон
Ты прекрасна!

О! верь мне: я один поныне Тебя постиг и оценил: Избрав тебя моей святыней, Я власть у ног твоих сложил. Твоей любви я жду, как дара, И вечность дам тебе за миг; В любви, как в злобе, верь, Тамара, Я неизменен и велик.

Ужель ни клятв, ни обещаний Ненарушимых больше нет?..

Какое горькое томленье Всю жизнь, века без разделенья И наслаждаться и страдать, За зло похвал не ожидать, Ни за добро вознагражденья; Жить для себя, скучать собой И этой вечною борьбой Без торжества, без примиренья! Всегда жалеть и не желать, Все знать, все чувствовать, все видеть, Стараться все возненавидеть И все на свете презирать!..

И больше — выстрел! — что такое?.. Привстав на звонких  стременах, Надвинув на брови папах, Отважный князь не молвил слова; В руке сверкнул турецкий ствол, Нагайка щелк — и, как орел, Он кинулся... и выстрел снова! И дикий крик и стон глухой Промчались в глубине долины — Недолго продолжался бой: Бежали робкие грузины!

Знакомый образ иногда Скользил без звука и следа В тумане лёгком фимиама; Сиял он тихо, как звезда; Манил и звал он...но куда?

Скакун лихой, ты господина Из боя вынес, как стрела, Но злая пуля осетина Его во мраке догнала!

Но, кроме зависти холодной, Природы блеск не возбудил В груди изгнанника бесплодной Ни новых чувств, ни новых сил; И всё, что пред собой он видел, Он презирал иль ненавидел.

И веяло могильным хладом
От неподвижного лица.

О! только выслушай, молю, —

Я раб твой, - я тебя люблю!

Лишь только я тебя увидел —

И тайно вдруг возненавидел

Бессмертие и власть мою.

Я позавидовал невольно

Неполной радости земной;

Не жить, как ты, мне стало больно,

И страшно — розно жить с тобой.

В бескровном сердце луч нежданный

Опять затеплился живей,

И грусть на дне старинной раны

Зашевелилася, как змей.

Что без тебя мне эта вечность?

Моих владений бесконечность?

Пустые звучные слова,

Обширный храм — без божества!

То не был ангел-небожитель,

Ее божественный хранитель:

Венец из радужных лучей

Не указал его кудрей.

То не был ада дух ужасный,

Порочный мученик - о нет!

Он блы похож на вечер ясный:

Ни день, ни ночь, - ни мрак, ни свет!..

«Меня печалит лишь одно:
Мой труп холодный и немой
Не будет тлеть в земле родной,
И повесть горьких мук моих
Не призовёт меж стен глухих
Вниманье скорбное ничьё
На имя тёмное моё»

И проклял Демон побежденный

Мечты безумные свои,

И вновь остался он, надменный,

Один, как прежде, во вселенной

Без упованья и любви!

Они не созданы для мира,
И мир был создан не для них!