Цитаты из книги Всё о Манюне

Дети вообще странные существа. Процесс познания они могут растянуть на нескончаемое количество попыток довести до белого каления родителей. Словно ставят эксперимент над их терпением. Ждут, когда оно лопнет, и что за это будет. Ба вообще говорит, что взрослым надо при жизни ставить памятники с надписью: "Прокормил, воспитал, вырастил и не рехнулся".

Ба нас дегенартками называет, - радостно запрыгали мы вокруг коляски

...когда мужчина действует, женщина должна молчать. И трепетать.

на востоке, тяжело вздыхая, поднимается солнце - ему снова выспаться не дали, разбудили ни свет, ни заря - сонно потягиваться и исходить золотыми лучами.

Я мужик, и у меня мозг! Понятно? Это у вас за неимением логического мышления одна интуиция! Женщины! Волос длинный, ум короткий!

Клятва - дело такое. Незаживное. Коль уж поклялся, обратной дороги тебе нет. Правда, имеется лёгкое послабление - если человек прикусывает кончик языка или сплетает пальцы, то клятва теряет силу. Ну, это такое заведомое мошенничество, на которое хоть раз в жизни идёт каждый уважающий себя советский ребёнок.

Ба вообще говорит, что взрослым надо при жизни ставить памятники с надписью: «Прокормил, воспитал, вырастил и не рехнулся». Мол, каждый родитель - это герой Курской дуги. Выстоял и не сдался.

Ведь шаговая доступность запчастей - залог самых больших научных открытий.

Мы выскочили из под одеял и кинулись к окну. Двор завалило кипенно-белыми сугробами. Словно кто-то распорол над городом большую пуховую перину и засыпал дома и дороги воздушными белыми перьями.

Погос был молод, талантлив и волнующе неженат.

...Вот тогда папа и заработал подзатыльник. Со словами: "Тоже мне, сваха нашлась," - Ба выбила из его глаз Млечный Путь со всеми его звездными системами.

...любая обида лечится только смехом.

Дядя Миша сначала молча выслушал маму, потом так же молча прошел в детскую спальню, поднял сонную Маньку с постели и отвесил ей могучий подзатыльник. Затем уложил ее обратно в постель и подоткнул со всех сторон одеяло.

Люди мира, на минуту встаньте и набейте морду грозе. Вот чего моя подруга орет из-под дивана!

Тетя Асмик протерла полой халата кефирные усы сестры, подняла ее с горшка, заправила в трусы кофту, а потом натянула колготки аж под самые подмышки. Сонечка мигом спустила колготки и трусы и по новой проделала все манипуляции. — Отак! — воинственно выпучилась она.

...мы шли все медленнее и медленнее. Не так чтобы сильно боялись, но на всякий случай тряслись, как осиновые листья на ветру. Можно даже сказать - зуб на зуб не попадал от страха. Но чтобы боялись - такого не было.

— Внимание! — протрубила Каринка и жестом фокусника вставила штепсель в розетку. «Бабах!» — оглушительно грохнула «Электроника» и покрылась сизым облачком зловонного дыма. Мы с Манькой похолодели. Сестра какое-то время постояла над радиоприемником, потом, не разгибаясь, повернулась к нам и выдохнула колечко сизого дыма: — Это был не его провод!

— Он говорит Юре — до чего у тебя руки сильные, сразу видно, что настоящий стоматолог! — стал выкручиваться дядя Миша. — А у меня, говорит, все зубы болят. Вот Юра и полез ему зубы вырывать. Еле оттащили.