Отзывы о книге Seeing

Цитата:

А вот он, город, поднявший голос свой против господа своего – и ничего, ни одна молния не ударила с небес, не повергла его во прах, не испепелила, в отличие от того, как за менее тяжкие и не столь демонстративные проступки поступлено было с содомом и гоморрой

Книга без буквы, так как это продолжение "Слепоты"

Впечатление:

Мне понравилось, что у книги есть хороше предислловие, которое четко говорит читателю, что это не продолжение "СЛЕПОТЫ", которую так ожидает читатель, это что-то другое и с первых строк становится понятно, что продолжения не будет, будет другая история и тогда никаких надежд не строит.

Что мне понравилось, как и в первой книге, автор не дает имен и фамилий своим персонажам, только "названия": жена врача, врач, девушка в очках и т.п. тем самым как бы обезличивая персонажей, но с другой стороны только усиляет их особенности и узнаваемость для читателя.

Так же понравилось, что от физических недугов автор переходит к морали и так сказать внутрянке людей, очень четко показано самодурство, жоп*лизтво, притворство, предательство, непонимание происходящего.

Да, мы встречаемся с старыми персонадами, но уже в самом конце и этот конец мне не понравился, хотя чего я ожидала от утопичной истории?

О чем книга: 4 года спустя от эпидемии слепоты, все тот же город, все те же люди, но автор теперь ставит их перед новым выбором, точнее перед выборами, теми самыми-политическими. Но люди после трагедии не выполняют явку и 80% людей просто игнорирует важное для властей событие. Тогда власти решают покинуть город, чтобы люди в полной мере прочувствовали свою ошибку и "прибежали" за помощью. Но не тут то было, новая волна "слепоты" накрывает город, только теперь это слепота не физическая, а моральная.

Читать/не читать: читать в общем потоке или , как продолжение первой части

"Я хочу сказать, может быть, это не новая слепота. А правильнее будет сказать, что они прозрели?"

О том, что Сарамаго написал продолжение "Слепоты", я узнала почти год назад. Но найти книгу оказалось делом не легким. Наконец, свершилось.

После гадкой и мерзкой "Слепоты", описывающей как быстро люди теряют человечность под действием внезапной эпидемии, "Прозрение" - совершенно иная книга. 

4 года спустя. Тот же город. Те же люди. Но мир уже иной. О свалившейся на безымянную столицу неназванной страны эпидемии стараются не вспоминать, не думать. О ней не писала ни одна газета, о ней не говорили в новостях. Негласный договор. Необъяснимое осталось необъясненным и теперь больше смахивает на легенду, но легенду, свидетели которой живы и все помнят. Помнят и не говорят. Но тем не менее массовая эпидемия слепоты повлияла на людей, что-то в них изменилось, что-то екнуло в сердцах и душах, устоявшийся мир пошатнулся. Люди стали другими. Их уже не устраивает существующий порядок вещей, их не устраивает жизнь, которую они вели до Слепоты, они готовы к переменам. Они хотят стать лучше. Не все, конечно, но таких очень много... Как показали выборы,  больше 80 процентов. Целая толпа людей вдруг решилась прийти на выборы, создать беспрецедентную почти стопроцентную явку и... выборы сорвать. Мирный бунт против правительства - проголосовать против всех, опустить в урну пустой бюллетень. При стопроцентной явке общество демократическим путем по велению души, не сговариваясь, выражает свое истинное мнение: мы хотим другую власть. Мы прозрели.  А что же власть? Власть против и будет бороться, одного за одним теряя своих сторонников. Потому что и в парламенте нашлись люди, которые прозрели. Но и в обществе остались те, кто по-прежнему слеп. 

Сарамаго потрясающий рассказчик. Он описывает то, что происходит в душах людей, через внешнюю сторону их поведения, поведения повседневного. И описывает невероятно глубоко передавая все терзания и сомнения своих безымянных героев, новых и старых. И мы видим, что изменились все, даже самые стойкие и самые... выражусь детским словом: плохие люди. Но удержать порядок существующий проще, чем его свергнуть. И есть те, кто будет удерживать власть любой ценой. И может быть даже удержат. 

Люди стали добрее, чище, светлее. Люди открыты и во всю демонстрируют взаимовыручку. Но финал книги я обдумываю уже месяц. Вроде бы финал открытый и думайте каждый сам. Если бы книга закончилась на абзац раньше, у меня бы не было в этом сомнений. Но Сарамаго дописал абзац, написал свои последние слова... И поставил точку на своей истории. В конце Слепоты он впустил в темный и ужасный мир луч света. Даже не один луч.  В конце Прозрения он уронил на безымянный город луч тьма. Хотя у тьмы не бывает лучшей... Значит просто уронил тень в стремительно светлеющий мир...

Я изо всех сил стараюсь удержаться от спойлеров. хотя так хочется поговорить о сюжете, о символизме произведения... Кто-нибудь, прочтите и поговорите со мной!!! 

Продолжение нашумевшей "Слепоты" Сарамаго написал о политике и политиках и даже немножечко о героях этой самой "Слепоты". И, кажется, пытался писать в своем излюбленном стиле без абзацев и прямой речи. Вот в в первой книге этот прием сработал на ура, оторваться от той простыни было невозможно, а здесь же, в продолжении, нобелевский лауреат растекся мыслью по бумаге настоооооолько, что было реально мучительно трудно продираться сквозь словоерсы и предложенизлияния, смысл которых в один глаз влетал, а через другой глаз вылетал добрую половину книги. Вот спроси меня, о чем же была первая половина, - я не отвечу. Кажется, о политике и пустых бюллетенях, но я не уверена. Возможно, там было о дверной ручке что-то и вот о предзакатном небе тоже было, да. В общем, всю эту первую половину я была уверена, что влеплю книге двойку, а то и кол за свои страдания. Но потом, после, начался движняк, славатебесарамаго. И движняк все искупил, оно того стоило.

Эта книга о том, как нами играет власть. Правда, играет. Берет и назначает произвольных людей на роль королей, дам, вальтов, десяток. Даже на роль тузов, это тех, кому выпал несчастливый билетик. Себя же они считают игроками, да игроками умудренными. Правда, иногда в них просыпается совесть (редко и у немногих), и они откладывают колоду в сторону, возвращая людям телесную сущность, но редко, редко. А так, в основном, да, раскладывают комбинации, перетасовывают по желанию, сбрасывают ненужных, подставляют нужных, сдают шестерки, бьют тузами, иногда возмущаются, что карты не те выпали. В принципе, мы все это уже где-то наблюдали и видели, совсем недавно даже, совсем сейчас прям вот. И в книгах, и в кино, и в реальности. Информационные войны, роль СМИ, пропаганда и тэдэ и тэпэ. Играют нами, вертят как хотят, а мы и рады, за курсом местных тугриков следим, власть прославляем.

Так что же все-таки карты, твари дрожащие? А картам все пофиг, особенно если они в колоде лежат, особенно когда их игра не особо касается. Лежат себе и лежат, на работу ходят, или не ходят в случае войны/эпидемии/снежного бурана. Люди - инертная масса, я не я и проблема не моя. Я вот думала, что только в России такое отношение к политическим процессам, ведь по телевизору бастуют только в Европе, но нет - в Португалии, очевидно, то же самое. Вырви одного из этой массы, масса не заметит. Побулькает, побулькает и успокоится, на что и расчет. Что-то это прям в тему редизайна тутошнего пришлось. Пар выпустили? Выпустили. Можно утираться. А зайдет кто-нибудь с дамы пик, даме пик и надеяться не на что, уж извини, дама пик, повесят на тебя и бунт, и мятеж, и недостачу и то, что ты в "Слепоте" дел наделала.

И финал такой хороший, правдивый. Его бы, да в "Слепоту".

Эта штука сильнее, чем ''Фауст'' Гете

Подумалось мне, как только осознала окончание романа, а потом вспомнила кто эти слова произнес, и снова подумалось: закономерно. Тот, кто прочитал роман, поймет почему закономерно, ибо вот удивительный писатель Жозе Сарамаго, вот умеет он не просто поразить, а из нереального сделать реальное. В ''[Про]зрении'' снова эксперимент, снова то, чего в реальной жизни, вроде бы, быть не может, снова доведенная до абсурда ситуация, снова притча, снова метафора, снова нереальное происходит в каком-то вымышленном городе в неизвестной стране (читай - в любой стране мира). Однако ж, с каждой перевернутой страницей всё яснее понимаешь, что история - куда уж реальнее, настолько реальнее, что становится страшно, сквозь ядовитый сарказм и беспощадную сатиру, сквозь злободневный памфлет проглядывает самая настоящая реальность. Наша. Российская. Для читателей других стран будет проглядыват их реальность, потому что, как ни крути, власть она в любой стране одинакова, только разница в соблюдении законов и в их адекватности, а по сути...вот Сарамаго и рассказал об этой самой сути.

''[Про]зрение'' это такая попытка проанализировать а что будет с демократическими (и не только) свободами и постулатами, если однажды всё пойдет не так, если однажды народ решит проявить свою волю, отличную от воли правительства? Каковы будут последствия свободного волеизъявления? Какое наказание последует за этим, а, может быть, наоборот, правительство услышит свой народ? Это я, конечно, пошутила про услышит, всё будет именно так, как и предполагает большинство. Помните, как в ''Мюнхгаузене'': — Ваше Высочество, сначала намечались торжества. Потом аресты. Потом решили совместить. — А где же наша гвардия? Гвардия где? — Очевидно, обходит с флангов. — Кого? — Всех!

Однажды в вымышленной стране случились выборы, демократические, разумеется, но оказалось, что 87 % проголосовавших оставили свои бюллетени пустыми. Как посмел народишко попрать демократические свободы? Что они замыслили? Бунт? И в наказание правительство выехало из столицы, ожидая каждую минуту погромов, беспорядков, хаоса, однако, город продолжает жить в своем привычном ритме: встают, работают, убирают улицы, выходят на мирные демонстрации, помогают друг другу - живут. Это непорядок, конечно же! Журналисты кружат на вертолетах над городом - они же знают, что сейчас, вот сейчас начнется! Истерят в газетах, на радио, на ТВ - ох, как знакома эта журналистская истерия и нагнетание обстановки. Но люди продолжают просто жить. Но это же НЕ-ПО-РЯ-ДОК! Нужно обязательно это изменить, нужно найти, обязательно найти виновного в происходящем, найти и принять меры. Правительство найдет виновного, обязательно найдет, оно это умеет делать. Но было бы странно, если бы Сарамаго ограничился только политикой - ничуть не бывало. Проблемы личной ответственности, совести, порядочности, терроризма, клеветничества и безмерной любви к людям - всё это Сарамаго анализирует с присущим ему гуманизмом и мудростью. Есть в романе и отличная пародия на шпионские организации -провидение, страховки и перестраховки,-на брутальные фильмы с Хамфри Богартом.

''[Про]зрение'' это не совсем продолжение ''Слепоты'', хотя мы вновь встретимся с героями той истории, спустя четыре года, но это будет совсем другая история, только теперь уже про луч тьмы в прозревшем царстве. Сарамаго иначе не мог. Очень мощный финал романа, ожидаемый по ходу повествования, но неожиданный с ракурса чувств и сердца. Так не должно быть, но так есть. И слёзный пёс не соберет уже текущие слёзы, не утолит печаль, не облегчит страдание.

Четыре года назад в этой стране случилось СОБЫТИЕ. На несколько недель все ослепли, и страна погрузилась в хаос: грязь на улицах и в душах, выживание, смерть от голода или от других слепцов. А потом пришло прозрение.

Правительство так и не придумало, что сделать с этим необъяснимым феноменом, поэтому про него решили просто... забыть. Негласным, неписанным пактом о молчании все смерти были признаны несчастными случаями. И страна начала жить дальше.

А новая история начинается с выборов. Сначала казалось, что сама природа их саботирует — из-за ужасного ливня никто не мог добраться на избирательные участки. Но стоило погоде утихнуть, как явка сознательных граждан оказалась рекордной — секретари уже предвкушали подсчет голосов, председатели партий уже гадали о результатах. Беда пришла откуда не ждали — почти все бланки в урнах оказались чистыми.

Народ отказался голосовать за тех, кто ему был предложен.

Правительство в панике устраивает вторые выборы, грозно посмотрев на людей: «А ну прекратить детские выходки!».

А бланки все еще пусты.

Что будет делать правительство, если его отказываются выбирать? Причем не где-то там, а в самой столице!

Устроит бойкот, установит военное положение, покинет этот «тонущий корабль»?

Сарамаго язвит, подкидывает президенту и министрам самые бредовые идеи, заставляя их сомневаться в собственной нужности, накаляет обстановку до предела. Но при этом едва ли можно сказать, что все это невозможный, гипертрофированный памфлет. Все, даже самое невероятное, что происходит в книге, уже происходило и происходит в реальной жизни. Вполне вероятно, что даже совсем недавно.

И это одна из причин, почему я читала небольшую книгу почти месяц. Сложно выныривать из реальных новостей и погружаться практически в то же самое в книге. Слишком много хтони на квадратный сантиметр души выходит.

Вторая причина — слог Сарамаго. Его непросто читать из-за решительного отрицания абзацев, диалогов и пунктуации. «[Про]зрение» - литой и плотный текст, к которому нужно быть готовым пробираться сквозь многострочные предложения и не терять понимания, кто из героев что сказал. А может быть и не сказал, может вовсе прокрутил сцену в голове и передумал.

Пожалуй, Сарамаго — одно из важнейших книжных знакомств этого года. Но при этом я не жалею, что не читала его раньше, кажется, что его книги нашли меня в самый нужный момент.

...о существовании заговора свидетельствует уже то, что о нем никто не говорит...

Оказалось, что демократия - это такое волеизъявление народа, которое должно утраивать власти. В противном случае любой акт проявления свободы, даже не выходящий за рамки закона, но явно нарушающий планы сильных мира сего, приравнивается к неповиновению и мятежу.

Оказалось, что любое явление, классифицируемое как чудо, неконтролируемое властями, необъяснимое с точки зрения науки, также считается удобным поводом говорить о непокорности законопослушных граждан. И, как следствие, возникает причина к подавлению заговора. Если заговора нет, его нужно все-таки обнаружить и виновных примерно наказать - не для этого ли лучшие агенты спецслужб обучаются на деньги налогоплательщиков?

Если вдруг лучшие агенты спецслужб оказываются способными сделать свой первый и последний выбор в соответствие с собственными представлениями о справедливости и человечности, то их нужно убрать с тяжелой работы, на которой они явно подызносились морально... Убрать! А вы что подумали?...

Если выборы прошли не так, как было запланировано - обвиняем кого-то невинного или виноватого (да какая разница, никто ведь изначально не может считаться абсолютно непогрешимым, если он сколько-то времени уже прожил на этом свете, потому что человек по сути своей может ошибаться, и это, как минимум, дает шанс на ошибку и пусть и невольную, но все-таки вину, а следовательно, виноват любой априори, и потому...). Так вот - обвиняем кого-то и хитроумно сплетаем сеть, в которую он попадет. Вот и виновный, на кого можно будет перенацелить праведный гнев народа или его другие эмоции.

Если все-таки план с заговором явно провалился, все срочно сворачиваем, под шумок возращаемся на место, раздаем ордена и медали тем, кого нельзя всенародно казнить, начинаем все сначала. Ну а неприятности вроде политического фиаско можно предать забвению - не в первый раз так уже делается...

Ах, да, еще в политике очень важное значение имеет рогатка! ну кто бы мог подумать? Обычная рогатка, из которой мальчишки иногда бьют стекла в домах. Она наравне с винтовкой может временно рассматриваться как оружие спецагента, незримо стоящего на страже устоев государства и незаметно, но быстро решающего слишком уж запутанные интриги в теневой политике...

Зачем все это (история с выборами) было нужно нам, простым читателям? Наверное, ради истины:

...неоспоримые истины и следует повторять многократно, чтобы они, бедняжки, не предались забвению...

В этот раз начну с конца. Финал книги откровенно разочаровал. Это не точка. Максимум, точка с запятой. Обрывать так сюжет странно. Теперь что касается начала и середины. После чтения Слепоты у меня имелся определенный кредит доверия к автору. К огромному сожалению, он здорово истончился уже к середине книги. Завязка была интересная, я знала, что новых, необъяснимых эпидемий в Городе не будет. Что сюжет вертится вокруг политики, но даже эту, скажем прямо, не самую увлекательную для масс тему, можно развить интересно. И странные результаты выборов тому подтверждение. Каша началась с действий вокруг письма. Ну не верю я, что прожженные политиканы ухватятся за такую идиотскую версию (кому она вообще пришла в голову?) и, взяв её за основу, станут убеждать себя и избирателей в намеренной фальсификации. Ведь по тексту понятно, что это было проявлением какого-то коллективного-бессознательного. И подверглись ему 85% голосующих, включая родственников и друзей текущих представителей власти. Значит очернение женщины, на основе превышения самозащиты, это бред сивой кобылы. Попытка выставить белое черным и т.д. Очень много слов. Рассуждения, диалоги, наблюдения... вкупе с непередаваемой пунктуационной манерой Сарамаго -это просто выносит мозг. Было бы интересно -читала и не замечала, но когда создается ощущение полной нелепицы, просто становится жало потраченного времени. И да, обещанных параллелей с реальным миром не обнаружила, но в этой области я далеко не эксперт.

Цель оправдывает средства.

Вот мы и встретились с тобой с глазу на глаз, без третьего лица, без посторонних, без посредников, без кого бы то ни было, кто мог бы внести в наше общение ноту собственного отношения, ведь всякий раз, когда чьи-то слова передаются из ус в уста, то они уже не просто слова первого говорившего, но они уже и звучат по-другому и даже значение имеют другое. О чем это я, ах, да, кто же был этот наш посредник и о ком я говорю. Все дело в том, что знакома была я с тобой до этого, надеюсь ты мне простишь мою фамильярность и это вольное обращение на "ты", так вот, знакома я была с тобой до этого лишь в качестве слушателя. И каждый раз между нами были звуки, слова человека, читающего книгу, читающего хорошо, не спорю, и только прочитав твою книгу глазами, я поняла, в чем разница. О твоей манере письма не сказал лишь ленивый, и я не буду оригинальна, напишу, что было непривычно, что надо было прикладывать усилия, чтобы сохранить концентрацию и следить за повествованием, но это как с заикой или с человеком, говорящим с акцентом, сначала ты вслушиваешься и напряженно пытаешься понять, что он говорит, а потом, по прошествии дней, ты привыкаешь и совершенно забываешь об этих его особенностях речи. Когда читаешь твою книгу, создается впечатление, что подключен к тебе напрямую, с помощью какого-то невероятного кабеля, и информация течет потоком из твоего разума в мой, сплошное движение букв-слов, предложение, за предложением, вопросительные знаки, восклицательные, прямая речь, все отложено в дальний ящик за ненадобностью, все понятно и без них и не возникает ни путаницы, ни недопонимания. В свое время "Слепота" поразила меня, стала для меня открытием и, стоит ли удивляться моему следующему выбору. В этом романе читатель встретится с прозревшими героями «Слепоты», написано в аннотации и я, читая первую половину, думала, что это либо ошибка издателей, либо намеренная уловка, с целью заманить читателей. Но нет, старые герои, вот они, просто не вышли сразу, просто ждут своего момента, вступить в игру тогда, когда придет их время. Конечно, читая и размышляя о [Про]зрении не уйти от сравнения и сопоставления со Слепотой и первый вопрос, который возникает: Есть ли взаимосвязь между двумя этими катастрофами. Какая-то связь есть определенно, стихийность и необъяснимость заболевания, если это вообще заболевание, поразившего значительную часть города. И если в Слепоте зрячей осталась только жена доктора, то в этом твоем романе прозрели далеко не все, и те, кто остались слепы умудрялись манипулировать зрячими, но, на мой взгляд, все попытки их напрасны, как раз по причине их слепоты и никогда им не понять, что движет зрячими и на что способны они. В романе многие говорят, что белобюллетники поставили существование демократии под угрозу, а на мой взгляд демократия начала загибаться в тот момент, правительство выступило против народа, не нарушавшего закон, когда министры и премьер-министр и эгоцентричный президент, наплевав на гражданские свободы, осадили город, когда были придуманы все эти акции и махинации, направленные на то, чтобы настроить жителей против тех, кто оставил бюллетени белыми. Ложь и надувательство старыми добрыми способами -- террор и СМИ, здесь запугать, здесь припудрить мозг, и вот, пожалуйста, законопослушный гражданин готов. Но это работало с теми, кто были слепы, вопрос в том, сработает ли это сейчас, когда так много людей стало чувствительными к несправедливости и лжи. Ты оставил эту темой открытой и тут лишь мы сами додумаем тот конец, который нам больше по душе. До скорых встреч, у меня к тебе просьба, будь к людям подобрее, не все так плохо, как ты думаешь. Твой преданный поклонник, Д.К.

Великолепно! Вот именно такого Сарамаго я искреннее люблю и глубоко уважаю. Прекрасная проза. Бездонная, глубокая и сильная. Ироничная и безумно грустная, жестокая и правдивая, реалистичная и пробирающая до самого нутра. Повествование этого писателя уводит в самую бездну человеческих пороков, выворачивая порой внутренние миры наизнанку и переворачивая все с ног на голову. Вот так вот просто. На примере повседневности погружает в мысли и чувства персонажей, позволяя читателю улавливать малейшие порывы и движения души. Он мастер создания казалось бы невозможных ситуаций и их скрупулёзного исследования. Оторваться практически невозможно. А именно этот его роман гениален. Пока наверно лучшее, что успела уже у него прочитать. Даже круче его "Слепоты", хоть и является продолжением.

В "Прозрении" не найти всех тех мерзостных и физиологических подробностей, которые не забыть после первой части этой дилогии. В корне другой роман и по наполненности, и по сюжету. Лишь часть героев одна и та же. А так все та же тема маленького человека (которая так присуща его витиеватому творчеству). В этот романе Сарамаго решает поиграть в политику. Представьте себе выборы, в которых большой процент бюллетеней остались чистыми. Демократический строй под угрозой, а министры совершенно не представляют как повлиять на прозревшее население. Сколько горькой иронии, сарказма и цинизма в этих строках. Сколько истинной правды. Вся линия поведения министров до предсказуемости комична и узнаваема. Безликая страна. Безликие люди. Безликое правительство. И все те же проблемы, что и в любой другой стране. Все те же жизни маленьких людей, которыми так легко пренебречь. Все те же поиски козлов отпущения. Все так знакомо до боли, что не отпускает бесконечная грусть... А какой сильный конец у романа! Аж пробирает!

Так давно хотелось добраться до этой вещи. В феерическом восторге. Бездна мудрости с изрядной долей иронии. Очень и очень сильно. На мой взгляд одна из значительных и достойных пристального внимания книга современной прозы.

Рождаясь, мы словно подписываем пожизненный контракт, но иногда приходит день, и мы спрашиваем себя: Кто подписался за меня.

Сарамаго потрясающий. Написать необычную, бодрую и довольно легкочитаемую «Слепоту», вызвав этим всплеск интереса к себе, и затем подсунуть всем, кто с нетерпением ждал продолжения, книгу совершенно другого типа, всласть поиздеваться над политиками, которые всегда трясутся за свою шкуру, и было бы смешно, если бы не было настолько грустно.

Сарамаго – тролль. Воспользоваться своей предыдущей книгой, чтобы протолкнуть более серьезную, более тяжелую, глубокую, и с блеском с этим справиться – это достойно восхищения. Возможно, у него не было такого плана, но так это видится мне. Продолжение, в котором главные герои уже на вторых ролях. Продолжение, в котором об этих главных героях вспомнили только перевалив за середину книги. Продолжение, в котором рассказывается совершенно о другом виде слепоты – о слепоте политической, а собственно предыдущая история только оттеняет всю красоту этой книги.

… как учит закон слепцов, злейший твой враг всегда и неизменно – тот, к кому ты ближе всего. Но происходит такое, не только когда мы лишены глаз и не знаем, куда идти…

Однажды на парламентских выборах, 75% избирателей, не сговариваясь, бросили в урну чистые незаполненные бюллетени. На повторных выборах таких стало еще больше – аж 83%. И хотя народ имел на это право, те политики, которых это непосредственно касается, сочли это практически плевком в лицо, дабы не дать заразе распространиться, изолировали столицу, объявив ее на осадном положении, а сами смылись под покровом ночи в другой город.

А дальше начинается то, за что мы любим Сарамаго – изучение возможных реакций и последствий как в рамках целой страны, так и для отдельных жителей и членов правительства. Особенно для тех, кто оказался не совсем согласен. Ну и стране нужен козел отпущения, конечно же.

Главное – не герои, а само происходящее. Акцент на ситуацию, а не на людей. По классической для Сарамаго схеме – отрывки чужих жизней, фраз, сказанных мельком, которые служат для обозначения ситуации в стране в целом. Люди в книге не имеют имен, практически полностью обезличены, фокус постоянно смещается с одних действующих лиц на других, но при этом Сарамаго всегда успевает зацепить в них что-то личное, человеческое, теплое – воспоминание ли, эмоции, или просто человеческие поступки. Плавный наезд, и к концу книги мы оказываемся сосредоточены на одном человеке, таком же безымянном, обозначенном как должность, как и все остальные. Человеке, о прошлом которого мы почти ничего не знаем, а Сарамаго и не скажет. Зато мы знаем, что он Человек, и вот это все неожиданно наваливается, давит, берет за душу. Маленький Человек на фоне большой страны, одна из миллионов судеб, а любая судьба – всегда история, надо просто уметь ее преподнести, а у Сарамаго это получается великолепно.

В этой книге много без вины виноватых. Женщина, единственная вина которой – что она не ослепла, когда четыре года назад ослепли все. Люди, отказавшиеся поддерживать власти в накаливании обстановки в городе. Министры, которые сочли новую слепоту прозрением. Народ в этой книге ведет себя безупречно, зато с очень нелестной стороны показаны министры, премьер и безвольный президент. Обычные, в общем-то, люди, которые слишком сильно вцепились во власть, с кем не бывает. Менее мерзкими они от этого не становятся, впрочем, так что несложно догадаться, в чей огород был брошен этот камень.

Третья его книга читается уже значительно легче – меньше запинаешься на витиеватых фразах, почти не беспокоят никак не выделенные диалоги, зато все больше проникаешься интересом к такому неоднозначному писателю. Он великолепен, честное слово.

Я терпеть не могу политику, но у Сарамаго даже этим получилось меня заинтересовать. А в свете грядущих в Беларуси выборов, книга еще и чертовски актуальна. Впрочем, что это я – она всегда актуальна.