Отзывы о книге Миргород

Повесть на первый взгляд кажется простым рассказом о тихой жизни пожилых супругов – Афанасия Ивановича и Пульхерии Ивановны. Они живут в небольшом имении, заботятся о хозяйстве, радушно принимают гостей, много говорят о еде и практически не сталкиваются с тревогами внешнего мира.

Однако за этой уютной картиной скрывается глубокая история любви, привычки и одиночества.

У Гоголя повесть похожа на идиллию. Дом, сад, фруктовые деревья, бесконечные запасы варенья, солений и пирогов, душевные разговоры за столом о сушёных грибках и пирожках, наливочки всех мастей – всё это похоже на рай земной, где всё подчинено привычному порядку.

Герои кажутся добрыми, нежными, безобидными и очень милыми. В их жизни мало событий, но много взаимной заботы. При этом они не идеальны: кругозор у них узок, быт однообразен, а хозяйство чудом держится на плаву, несмотря на (и благодаря) вороватых слуг. Но при этом супруги нравственно чисты – они никогда никому не желали зла, искренне гостеприимны и бесконечно преданы друг другу.

Особенно примечательно то, что любовь супругов никогда не произносится вслух, она обычно выражается ежедневными мелочами: в вопросах о здоровье, о хлопотах Пульхерии Ивановны, в шутках и незлых страшилках Афанасия Ивановича. И главное – в привычке быть рядом.

У критиков «Старосветские помещики» вызывали противоречивые чувства. Кто-то видел в повести сатиру на жалкое, практически животное существование. Кому-то же очень хотелось разоблачить пошлую никчёмность подобного образа жизни. Белинский же спрашивал, как «две пародии на человечество в продолжение нескольких десятков лет пьют и едят, едят и пьют, а потом, как водится исстари, умирают, но отчего же это очарование?».

Очарование, как мне кажется, как раз в этой странной двойственности, вызывающей смех сквозь слёзы: ограниченность и «пошлость» существования супругов Товстогубых видна невооружённым глазом, но с презрением к героям относится не хочется. Гоголь хоть и смеётся над ними, но без злости: он видит их ограниченность, однако относится к супругам с теплотой и сочувствием, а после искренне сочувствует горю оставшегося в одиночестве Афанасия Ивановича. Автор даже сравнивал своих старичков с Филемоном и Бавкидой – пожилыми супругами, ставшими символом верной любви и гостеприимства. Только вот в мифе Зевс подарил им возможность умереть в один день, чтобы один не страдал без другого. А у Афанасия Ивановича не было такой возможности, отчего финал так трагичен – за внешней простотой скрывалась любовь, которую герой не смог пережить.

Да и смерть героини не прошла бесследно. Дом опустел, хозяйство пришло в упадок, исчезло ощущение беззаботности и защищённости. Так Гоголь нам показал хрупкость идиллии: она держалась не на достатке и не на вещах, а на двух людях, которые привыкли жить друг для друга. Вместе с Товстогубами исчез и маленький мир – наивный, несовершенный, но полный любви и верности.

Приятно перечитывать классику, с возрастом в ней вдруг замечаешь совсем другое. После школы «Старосветские помещики» казались мне сатирой на пустую и бесполезную жизнь. Теперь я вижу в этой повести почти недостижимый образ домашней близости. Не барское благополучие привлекает меня, конечно же, а мысль о том, что будет человек, который с удовольствием станет слушать тебя, заботиться о тебе, и которому захочется ответить взаимной заботой.

Было у отца два сына. Старший — Остап — храбрец-удалец, за друзей горой встанет, за отчизну костьми ляжет. Младший — Андрий — тоже крови горячей, смерти от руки врага не боится, но все витает в облаках да на свою беду за девицей неподходящей волочится…

Книга начинается со сцены приезда сыновей домой после обучения в семинарии. На кой ляд казакам, жизнь которых состоит из непрестанных битв и сражений, тратить драгоценные годы на получение образования, которое им нафиг не сдалось, не знает даже сам Тарас. Видимо, таковы были правила того времени. Вот папаня угрожал Остапу монашеской рясой, если тот не возьмется за ум, но в то же время…

…бранил всю ученость и советовал детям вовсе не заниматься ею.

И ладно бы молодежь ратному делу обучали, так нет же — какой-то мутной и совершенно ненужной философии:

Тогдашний род учения страшно расходился с образом жизни. Учившиеся ни к чему не могли привязать своих познаний.

Остап, застращанный отцом, учился прилежно. Андрий же явно не об учебе думал. И явно не головой.

После душераздирающей сцены прощания сыновей с матерью лопающийся от гордости Тарас привозит их на Сечь и знакомит с тамошним укладом, то бишь с беспрерывными попойками. Но праздный образ жизни быстро ему надоедает, и вскоре все серое вещество его одурманенного алкоголем мозга сосредотачивается на одной-единственной мысли: как затеять военную заварушку, в которой его дитяти смогли бы сполна проявить свое умение махать мечом. Тут как нельзя кстати подворачивается нужный момент: казаки узнают о бесчинствах соседей-поляков и отправляются на защиту угнетенного народа.

Казачье войско осаждает польский город, в котором вскоре начинается голод. Андрий, попавший в любовные сети богатой панночки еще во время учебы в семинарии, узнает, что она находится в осажденной крепости, и бросается спасать ее от голодной смерти. Тут еще непонятно, сиюминутный ли это порыв или обдуманный поступок — это прояснится позднее.

Вступив в разговор с прекрасно образованной аристократкой, юноша сразу начинает стыдиться своего происхождения — вот и первый тревожный звоночек для ничего не подозревающего бати, мирно посапывающего где-то среди ратных товарищей:

Почувствовал он, что не ему, воспитанному в бурсе и в бранной кочевой жизни, отвечать на такие речи, и вознегодовал на свою казацкую натуру.

Ну а потом, вконец очарованный неземной красотой и прелестями панночки, Андрий отказывается от всего, что у него есть, ради ее любви. Любви представительницы вражеского лагеря. Причем окончательно, бесповоротно и вполне себе обдуманно, потому что фразу предателя

Отец — теперь не отец мне, брат — не брат, товарищ — не товарищ, биться буду со всеми!

он повторяет в книге минимум два раза: в разговоре с полячкой и с жидом Янкелем. А умирает с именем любимой на устах… самой подходящей его поступку позорной смертью.

Другой же сын Тараса — Остап — продолжает оставаться предметом отцовской гордости до самого конца. А сам Тарас еще долго будет мстить всем полячкам без разбору за охмуренного когда-то одной из них Андрия.

В основу «Тараса Бульбы» Н. В Гоголя легли реальные исторические события и личности. В книге описывается восстание запорожских казаков против гнета Речи Посполитой в 1638 году, подавленное поляками. На роль прототипа Тараса Бульбы претендуют сразу несколько исторических персонажей, но чаще всего упоминают Охрима Макуху — предка известного путешественника Миклухо-Маклая и Остапа (Евстафия) Гоголя — предка самого автора.

При написании книги Гоголь опирался на народные предания, летописи, песни. Однако журнал «Дилетант» утверждает, что Николай Васильевич обошелся с историей весьма вольно, и если копнуть глубже, то на поверхность всплывет множество несоответствий между реальными фактами и описанными в книге событиями.

После выхода «Тараса Бульбы» Гоголя обвиняли и в ненависти к полякам (которые выставлялись крайне жестокими варварами), и в антисемитизме (из-за весьма пренебрежительного отношения казаков к «жидам»), и в поэтизации насилия.

Ай, горе-горюшное зашло в селение сотника - померла любимая дочь, прекрасная панночка. Нет теперь счастья от пиров разгульных и веселий бедному отцу. Грусть и боль потери поселились в его в миг постаревших глазах.

Желает выполнить последнюю просьбу своей дочери — чтоб отчитывал ее три ночи студент-философ Хома Брут. Потому что он знает тайну её... Спасет ли Хома душу панночки или в этот раз победит нечистая сила?

Перечитав у любимого Николая Васильевича почти все, к своему стыду, "Вия" я прочитала только сейчас. В детстве было страшно, подростком не интересно. А вот сейчас захотелось.

И вот единственное, что мне пришлось не по нраву, так это то, что слишком маленькой оказалась книжица. С первого взгляда , но если поразмышлять, то можно на много знаком пост написать.

Тема поднимается очень серьезная, особенно для тех времён — противостояние религии и магии. Да и отношение простого народа к церковным служителям тоже.

Казалось бы, зачем большую часть истории отдать на описание обучения студентов? Вон в "Тарасе Бульбе" сыновья возвратились из жизни учёной и никаких вопросов не возникает. А тут нет. Тут надо всматриваться в строчки, смотреть, как относятся местные к обучаемым. И вот этот момент очень важен, потому что видно отношение главного героя к своему делу, виден его характер. И это всё существенно влияет на финал.

Отношение сотниковых людей к панночке тоже поражает, но как только сюжет перемещается в церковь — всё становится ясно. Богом забытое место. Немудрено, что в селении водится нечистая сила. Свято место пусто не бывает ведь.

А вот Вия самого тут мало. Кто он — неизвестно. Мало о нем пишет и Николай Васильевич, спихивая все на фантазию местного населения.

Но есть версия, что из последних редакций этот момент был специально вырезан, ибо там совсем не человеческий облик и как это придумалось и могло кому привидится — пирамидальное нечто в слизи, с хоботами вместо рук и с челюстями на ногах.

Хотя образ Вия — как мужика с длинными ресницами я встречала и в белорусских сказках, и у нас в одной из уральских былин Мамаищу брови поднимали, чтоб глаза могли видеть. Так что в наш фольклор Вий вписывается идеально.

В общем, люблю я читать Гоголя — его описания и сюжеты утаскивают похлеще  утопленниц. А после чтения хочется изучать матчасть, чтобы хоть немного, но разбираться в наших сказках и преданиях.

Мы, как будто, проходили это произведение в школе… проходили, но я точно мимо прошла, помнила только «Я тебя породил, я тебя и убью!» и еще что-то там про ляхов. Сейчас перечитала и нахожусь в недоумении. Ляхи, жиды, татары, казаки, все куда-то несутся, уничтожают друг друга, режут, жгут и вешают. Для меня таким вещам не существует оправдания. И Тараса мне не жаль. Убивал, грабил, предавал девиц огню, жег младенцев -- получи по заслугам. Чем, собственно, Тарас отличается от сегодняшних террористов? Те во имя Аллаха невинных людей уничтожают, а он, как бы, за свободу народа и за веру христову, но на самом деле мстил за сына, пытался заглушить свою боль. Вот только как, ощущая боль потери, можно не чувствовать боли ближнего? Для меня загадка. Книга мне не понравилась, никому все эти зверства читать не рекомендую. Вот так.

В детстве, читая книгу, Тарас Бульба казался достаточно старым человеком, хотя по сюжету он - действующий полковник, бесстрашный и беспощадный к врагам казак. В то время не говорили в школе, что Великое княжество Литовское, Речь Посполитая, на Востоке была почти под самой Москвой, с севера на юг государство простиралось от Балтийского моря до Черного, литовско-польское государство было сильным и могущественным, а в XVII веке фактически похоронило продвижение Османской империи на Запад, сыграв решающую роль в разгроме турок при осаде Вены. Ничего этого мы в школе не изучали, а читали о вольных казаках Запорожской Сечи. Собственно, образ казака и был задан Гоголем на всё последующее время. Казак - это и есть Тарас Бульба, а Тарас Бульба - и есть Казак. Образ персонифицировался окончательно. Такой исторический контекст, повторюсь, был нам тогда неизвестен, а была только казацкая вольница. Конечно, вся страна знала бессмертные фразы Тараса:"Я тебя породил, я тебя и убью" и в ответ на вопрос Остапа: "Слышишь ли ты меня, батько?", отвечает: "Слышу, сынку". Конечно, нам, детям, тогда не было понятно, что после смерти сыновей его жизнь потеряла всякий смысл, и его ожесточение - это осознанный или нет, но поиск смерти. Люлька Тараса, конечно, блестящая находка Гоголя: она стоит тех поисков, которые стоили Тарасу жизни, она - часть ушедшей вместе с сыновьями жизни. Потерять ещё и её - это было невозможно. Мученическая смерть на костре распятого Тараса - мощнейшая сцена всей повести, достойнейший финал и книги, и жизни. Тарас Бульба - это ещё один символ мужского начала русской жизни, идеал которого будет предметом исканий другого гения русской литературы - Льва Толстого.

Любимая книга. многие мои сверстники удивляются, я с таким упоением читала эту книгу, они недоумевали почему. Объяснять я не стала, т.к "раз вам не понравилась, вы просто не уровня этой книги", - подумала я про себя, звучит цинично, я каюсь, но именно так я и подумала.

"Я тебя породил - я тебя и убью"

Мне очень понравился сюжет книги, а персонажи! Господи, я была без ума от Остапа, настоящий мужчина, настоящий сын и брат! Андрий - совершенно другой, его я игнорировала до самого конца книги, он предатель, я таких персонажей не уважаю. Хотя, как бы не было, один погиб за Родину, другой — за свою любовь. Можно по-разному относиться к Остапу и Андрию, но нельзя не признать, что их судьбы одинаково трагичны. 10/10

О, как я люблю творчество Николая Гоголя. Пожалуй, именно он занимает одно из первых мест среди моих любимых русских классиков. Поэтому ожидать от меня объективности в оценке его произведений не стоит: каждое его творение я читаю с большим наслаждением. Однако "Вий" до недавнего времени оставался для меня незнакомым. Я видела экранизации — как советскую, так и современную, — но только сейчас познакомилась с повестью на бумаге.

В центре сюжета — студент семинарии по имени Хома Брут. Он неожиданно сталкивается с таинственной ведьмой, и вскоре его отец заставляет его отпеть дочь, которая удивительным образом напоминает ту самую ведьму. Необходимо провести три ночи в церкви наедине с мёртвой девушкой. Гоголь мастерски показывает, как легко разум человека может погрузиться в пучину паники, страха и безумия, когда сталкивается с неизведанным. Гоголь затрагивает важнейшие темы человеческой природы, морали и силы народных суеверий. Повесть, хоть и небольшая по объему, читается на одном дыхании, оставляя после себя множество размышлений.

Раздался петуший крик. Это был уже второй крик; первый прослышали гномы. Испуганные духи бросились, кто как попало, в окна и двери, чтобы поскорее вылететь, но не тут-то было: так и остались они там, завязнувши в дверях и окнах. Вошедший священник остановился при виде такого посрамления божьей святыни и не посмел служить панихиду в таком месте. Так навеки и осталась церковь с завязнувшими в дверях и окнах чудовищами, обросла лесом, корнями, бурьяном, диким терновником; и никто не найдет теперь к ней дороги.

Если вы попросились к старухе на ночлег, а среди ночи она пришла к вам в хлев и решила на вас полетать по окрестностям, не будьте дураком и разявой, берите инициативу в свои руки: начинайте читать все известные вам молитвы и заговоры против нечисти, когда же ведьма, а это именно она, ослабнет, не теряя времени оседлайте ее и совершите круг почета, желательно не один, пусть знает наших! Незабываемая ночь вам обеспечена! Только смотрите, не переусердствуйте, а то проблем потом не оберетесь.

Но это сейчас всё весело. Давным-давно, я по телевизору видела экранизацию этой повести, Вий 1967, и по сей день помню только один момент, когда черноволосая паночка в гробу летает вокруг Хомы, помню, как она за кругом тянула к нему руки, помню ее белое лицо. Да она надолго отпечаталась в моей голове, не помню, что бы я испугалась, но единственным кошмаром моего детства была ведьма за окном моей комнаты. Прошло пятнадцать лет тот ночной кошмар давно позабыт, а Вий теперь лишь сказка, да и не страшная вовсе. Сказка — ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок… А какой урок можно вынести здесь? Что нужно быть сильным, что нужно верить до самого конца, что за все нужно платить, а еще, что не всегда есть однозначно хорошие или плохие решения. А вот повесть однозначна хорошая.