Цитаты из книги Лу Арчер

Нет таких фотографий, которые бы помогали понять, говорит изображенный на них человек правду или нет.

Некоторое время она сидела и молчала. Я только слышал, как за окном прибой медленно отсчитывал промежутки времени.

Уже сказав это, я понял, до чего сердит на нее. Невероятно сердит в глубине души. Накануне ночью между нами возникла близость, причем не столько в физическом, сколько в каком-то ином смысле. Но утро и день развели нас далеко друг от друга, и мы явно винили друг друга за эту возникшую дистанцию.

Шоссе было еще не загружено, и видимость была ясной настолько, что на востоке очертились вершины гор, словно границы неведомой страны. Я позволил себе унестись на крыльях давней мечты, как это случалось со мной во время езды на скоростной трассе. Я был свободен и волен, как ветер. Достаточно молод, чтобы посетить места, где я никогда до этого не бывал, но достаточно опытен, чтобы не наделать там прежних ошибок.

Я выключил радио и наслаждался тишиной, которую нарушал гул встречных машин и гудение двигателя моей собственной.

С моря дул свежий утренний ветер, и я так продрог, что у меня зарябило в глазах.

У окна стояла Бет. В холодном утреннем свете ее обнаженное тело приобрело какой-то скульптурный оттенок. Я сбросил одеяло, которым она меня укрыла. Она вздрогнула и обернулась, ее груди качнулись.

- Но лучше я буду спрашивать, чем отвечать. Она посмотрела на меня с новым интересом, словно я выдал в себе слабое место.

Некоторое время моя спутница молчала. Затем сказала, явно делая над собой усилие:

Он всегда сильно переживает случившееся, и у него обостренное чувство вины.

Мы спускались на машине с холма в молчании, которое было отнюдь не тягостным.

Они мало друг с другом общались. Но каждый из них остро чувствовал присутствие партнера. По-моему, они любят друг друга.

Она оглядывалась по сторонам с таким видом, словно вся ее жизнь сузилась до размеров этой комнаты.

Я понял, что на том конце провода никого нет, лишь когда она положила трубку. Затем она уронила лицо на руки. Ее волосы разметались по моему столу черной тенью. Некоторое время я стоял и смотрел, не желая мешать ее эмоциям, а может, и не желая их разделять. Она была воплощением тревоги. И в то же время смотрелась в моей комнате как-то очень естественно.

Не отпуская моей руки, она повернулась и пошла, увлекая меня за собой.

Женщина стояла так близко, что я кожей чувствовал ее дыхание. И в то же время она была где-то далеко-далеко и от меня и от всех остальных — хоть гляди на нее в телескоп. Она, похоже, поняла это и взяла меня за руку. Рука была холодной как лед.

Не успели мы дойти до конца скал, где берег круто поворачивал, как большая волна разбилась у наших ног.

Она быстро и с отчаянием оглянулась по сторонам, потом посмотрела вверх, где к скале прилепился дом. Он навис над нашими головами, словно угроза.

Удар волны, разбившейся о валуны, окропил мне лицо холодными брызгами

Я прошел по берегу еще с полмили. Берег делался все уже и уже, с одной стороны бился прибой, с другой подступали скалы. В этом месте они были высотой в пятьдесят-шестьдесят футов. То здесь то там в них были проделаны крутые тропинки или шаткие лестничные марши, что вели к домам, расположенным наверху.