Цитаты из книги Пьесы

Y'know, I think that Maggie had always felt sort of left out because she and me never got any closer together than two people just get in bed, which is not much closer than two cats on a-- fence humping....

Normal? No!--It was too rare to be normal, any true thing between two people is too rare to be normal.

Always, anyhow, lived with too much space around me to be infected by ideas of other people. One thing you can grow on a big place more important than cotton!--is tolerance!

The human animal is a beast that dies and if he's got money he buys and buys and buys and I think the reason he buys everything he can buy is that in the back of his mind he has the crazy hope that one of his purchases will be life everlasting!--Which it never can be

Life is important. There's nothing else to hold on to. A man that drinks is throwing his life away. Don't do it, hold on to your life. There's nothing else to hold on to....

It was one of those beautiful, ideal things they tell about in the Greek legends, it couldn't be anything else, you being you, and that's what made it so sad, that's what made it so awful, because it was love that never could be carried through to anything satisfying or even talked about plainly.

You can be young without money but you can't be old without it. You've got to be old with money because to be old without it is just too awful, you've got to be one or the other, either young or with money, you can't be old and without it.

You know, if I thought you would never, never, never make love to me again--I would go downstairs to the kitchen and pick out the longest and sharpest knife I could find and stick it straight into my heart, I swear that I would!

You were a wonderful lover.... Such a wonderful person to go to bed with, and I think mostly because you were really indifferent to it. Isn't that right? Never had any anxiety about it, did it naturally, easily, slowly, with absolute confidence and perfect calm, more like opening a door for a lady or seating her at a table than giving expression to any longing for her. Your indifference made you wonderful at lovemaking--strange?--but true....

MARGARET: Well, I!--just remarked that!--one of th' no-neck monsters messed up m' lovely lace dress so I got t' cha-a-ange.... BRICK: Why d'ya call Gooper's kiddies no-neck monsters? MARGARET: Because they've got no necks! Isn't that a good enough reason?

Все симпатичные девушки это западня, симпатичная западня, и мужчины именно этого от них и ожидают.

Благослови тебя бог за эту ложь.

Вот что такое – быть бедной, как церковная мышь, зависеть от родственников, которых ненавидишь за их богатство, а все твое имущество – груда платьев с чужого плеча да несколько ветхих трехпроцентных облигаций.

Приключения — это то, чего я недополучаю на работе, и поэтому я хожу в кино.

Сознательной, заранее обдуманной жестокости нет прощения.

В кухне все точно так же, как в недоброй памяти покерную ночь — та же атмосфера грубой, инфернальной мужской откровенности.

Ну, не смешно ли… и меня-то — меня — еще называют человеком без средств. Это когда в моем сердце заперты такие сокровища… (Всхлипнув.) По-моему, так я очень, очень богата. Но я вела себя глупо… метала бисер перед свиньями.

БЛАНШ. Милый, да не в поцелуе дело. Поцеловали — ну и прекрасно, Тут другое: фамильярность — вот чего не хотелось поощрять. А поцелуй — не жалко ни капельки. Мне даже польстило немножко, что вы так добиваетесь меня. Но, милый, вы же не хуже меня знаете: одинокой женщине, когда у нее никого на всем белом свете, нельзя давать воли чувствам — пропадет… МИТЧ. Пропадет? БЛАНШ. Да.

А поди попробуй найти поддержку, если не обратишь на себя внимания, не будешь приметен. Вот слабым и остается – мерцать и светиться… вот и набрасываешь бумажный фонарик на электрическую лампочку. Мне страшно, так страшно. Уж и не знаю теперь – долго ли меня еще хватит на всю эту канитель… Теперь на одной беззащитности уже не продержишься: слабость – слабостью, а красота – красотой. А я уже не та.

Мужчины?.. Да им, пока не влюблялись в меня, и невдомек было: есть я – нет…