Отзывы о книге Посторонний. Чума

Ещё раз с простого и почти опасного наблюдения: роман "Посторонний" нельзя разобрать один раз и закрыть. Любая попытка "окончательного" чтения распадается сама, потому что текст устроен так, что постоянно меняет оптику. И сейчас мы смотрим на Мерсо уже не как на внутреннюю систему, а как на объект, в который начинает смотреть мир. Итак. Снаружи это выглядит как цепочка событий: смерть матери, повседневность, знакомство, жара, случайный конфликт, выстрел, суд. Но под этим есть другое движение - постепенное превращение человека в интерпретацию. Мерсо здесь сталкивается не с людьми, а с переработкой себя: - Его действия переводят на язык причин. То, что у него не имеет объяснительного слоя, превращают в мотив. Если он не объясняет - за него объясняют. - Его эмоции конструируются постфактум. От него ожидают "правильного чувства" в правильный момент. Отсутствие этой эмоции становится не фактом, а обвинением. - Суд становится театром смысла. Речь идёт уже не о конкретном поступке, а о том, насколько он "соответствует образу человека". И этот образ важнее реальности события. - Общество пытается восстановить моральную целостность. Любой пробел в его реакции заполняется нормой: как "должно быть", как "правильно чувствовать", как "правильно сожалеть". И постепенно становится видно главное: Мерсо не просто судят за действие. Его судят за отсутствие интерпретации, которую можно было бы принять. Иначе говоря, проблема не в выстреле. Проблема в том, что выстрел не получил "человеческого оформления". И здесь возникает тихий и очень неприятный эффект: чем меньше он объясняет себя, тем активнее его объясняют другие. И в какой-то момент уже неважно, кто он внутри. Потому что внутри него больше не рассматривают - его рассматривают снаружи как конструкцию. И это второй слой чтения: Мерсо как человек, который становится текстом, написанным другими. И здесь пока только пауза между ракурсами - дальше он ещё будет возвращаться, просто в других отражениях.) Всем спасибо!)

Теперь я точно знаю, что Камю не мой автор. Первая книга "Чума" мне никак не подавалась, как бы ни старался я ее прочесть. Потом просто бросил чтение. слог, который мозг отказывается принимать. "Чума" роман, который выше моего терпения. Какой великий он бы не был.

"Посторонний", вторая популярная книга. примечательна тем, что у неё совсем небольшой объем. Чтобы закрыть гештальт с Камю писателем я всё таки решил дойти до конца, до самых последних строк. Было тяжело.

Тот же слог, скука, непривлекательные герои. Вообще ни одной симпатии ни к кому и интереса! Так ещё никому не удавалось создавать образы. Камю просто гений невыразительных и блеклых героев.

Атмосфера и место действия где-то в Алжире. Если бы я ничего не знал бы об этой африканской стране, то Камю бы тоже нового не подсказал. Поэтому что с описанием окружения ещё хуже чем с описанием героев. Заполнил только что из окна камеры видно или море или небо.

Сюжет? Нелепый как и само поступление героя. Нелепый суд и смерть матери, странный адвокат, непонятный прокурор.

Короче: просто не моё.

Вот прочитала в аннотации "литературно-философским памятником культуры экзистенциализма была и остается повесть «Посторонний»". Может быть, но до меня не дошло. Прослушала и прослушала, с тем же успехом могла бы и пропустить. Наверно для меня это слишком высокая литература и я до неё не доросла, что радует - значит есть ещё куда расти :-). Единственно, что царапнуло, это первые предложения

Сегодня умерла мама. Или, может, вчера, не знаю. Получил телеграмму из дома призрения: «Мать скончалась. Похороны завтра. Искренне соболезнуем». Не поймешь. Возможно, вчера.

Теперь по поводу "Чумы". В свете последних пандемийных событий, эта книга очень актуальна и где-то я видела статистику, что именно книги об эпидемиях сейчас пользуются большим спросом. Что и понятно, люди ищут примеры того, как человечество справлялось с подобными проблемами в прошлом. И хотя это абсолютно литературное произведение, тем не менее, как говорится, искуство ложь, что позволяет нам увидеть правду.

Книга начинается с того, что чума охватила Оран, прибрежный город в Северной Африке. Сначала начинают умирать крысы, затем люди и городские власти решают изолировать город от внешнего мира. Знакомо, не правда ли? Многие люди отрезаны от тех, кого любят. Персонажи в этой книге варьируются от доктора Рье до отдыхающих и беглецов. По мере того как горожане пытаются выжить, книга показывает нам их стойкость, их страдания, их сострадание, их совместные запреты и их мысли о любви и жизни. Чума не имеет отношения к религии. Умирают одинаково и невинные и виновные. Темные люди лукавят по ночам, преступники избегают правосудия, великие и добрые мирно спят в своих кроватях, но чума - великий уравнитель: все они умирают. Чума поражает почти всех, и те, кого она оставляет, ничем не особенные.

В общем, и повесть и роман неплохие, но я ожидала большего.

Чтение книг, в которых затрагивается вопрос о смысле жизни, всегда увлекаетльно, потому что благодаря автору мы не только следим за художественной частью текста, но и смотрим внутрь себя, примеряя предлагаемую теорию на свои взгляды. С художественной точки зрения роман "Посторонний" показался мне интересным. Понравилось то, как меняется представление о Мерсо по мере развития книги. Начальная фраза

Сегодня умерла мама. А может быть, вчера - не знаю.

сразу же дает отрицательную оценку герою. И далее в первой части перед нами предстает человек-робот, существование которого заключено в удовлетворении первичных потребностей. Мерсо ничего не трогает и не интересует, он апатичен до предела. Главный герой по сути являетя посторонним в собственной жизни. Камю так построил роман, что к началу суда мы уже на стороне присяжных, мы так же, как и они, готовы судить личность преступника, а не его преступление. Мне кажется, что писатель специально добивался такого эффекта, чтобы донести свои идеи до читателя. Личность Мерсо раскрывается после приговора. А его эмоциональный монолог даже заставляет сочувствовать герою. Ведь не каждый из нас так честен с окружающими и с самим собой. Что касается философии: некоторые идеи Камю оказались созвучны моим мыслям. Поэтому интересно было узнать, какой выход автор предложит главному герою. Вариант писателя отклика у меня не нашел, но показался любопытным.

"Посторонний" Альбера Камю - одно из моих любимых произведений во французской литературе. Вроде бы простое повествование, в котором глазу не за что уцепиться, но засасывает полностью. Стиль сухой, короткие предложения, минимализм в чистом виде. Главный герой Мерсо (скорее антигерой) ведет свою жизнь будто бы она ему и не принадлежит вовсе. Все его действия и мысли пропитаны чувством отстраненности и безразличия к происходящему вокруг него. Создается ощущение, что он даже убийство на пляже совершает, только чтобы дать себе встряску и почувствовать себя немного живым, но и этого не происходит. Лишь в момент, предвосхищающий смертную казнь, ему парадоксальным образом удается соединиться с собой и обрести удивительную внутреннюю собранность...Катарсис..."я тоже чувствую готовность все пережить заново. Как будто недавнее мое бурное негодование очистило меня от всякой злобы, изгнало надежду и, взирая на это ночное небо, усеянное знаками и звездами, я в первый раз открыл свою душу ласковому равнодушию мира. Я постиг, как он подобен мне, братски подобен, понял, что я был счастлив и все еще могу назвать себя счастливым. Для полного завершения моей судьбы, для того, чтобы я почувствовал себя менее одиноким, мне остается пожелать только одного: пусть в день моей казни соберется много зрителей и пусть они встретят меня криками ненависти". Читать этот роман - это то же самое, что долго смотреть на солнце. Есть риск ослепнуть, но вероятность прозрения куда больше.

Замечательная книга о двойных стандартах нашего общества. Оно не думает о том, как было бы лучше для каждого его члена, оно думает о соблюдении правил, которое оно навязывает. И когда какой-то гражданин переходит грань, ему вспоминают в первую очередь не его вину, и судят не по провине, а по нарушению кодекса двойных стандартов.

Вы когда-нибудь сталкивались со стариками, жизнью с ними? Вы когда-нибудь думали, а где старикам на самом деле лучше? Общественные стандарты нам навязывают, что прямая обязанность жить вместе с пожилыми родственниками. У вас нет общих тем для разговора? Ничего страшного, придумайте, так чтобы старику было комфортно, растворите свою жизнь в его. Что же происходит, когда старик попадает в дом призрения? Какое-то время он пребывает там в потерянности, но вытащенный из зоны комфорта он начинает жить по-новому, делает рестарт - находит друзей, партнёра, начинает жить полноценно, не будучи придатком к родным. Но на то это и дом призрения, богадельня, что не по-людски, не по стандартам общества.

И даже перед смертью, нам присылают приставов, священников, и т.д. для того, чтобы указать, о чём мы должны думать в этот час, с какими мыслями уходить на тот свет, что унести с собой из этой жизни. И опять же, используя замечательный подход общественных двойных стандартов. А те, кто не пользуются негласным кодексом, посторонние в этом обществе, посторонние в этом мире.

Здесь у нас два в одном, как шампунь-кондиционер, но справедливо будет сказать и о каждом в отдельности. Начнём с начала, то есть с "Постороннего". Я немного боялась браться за эту книгу, зная за неоклассическими жанрами, так скажем, манеру выезжать за счёт чего-то мерзкого, странных описаний и попыток шокировать читателя всякими гадостями, которые пишутся, якобы, от большой авторской смелости, а по-моему, просто от нехватки таланта. Но это ладно, тяжкие были время, такие же были книги. Так или иначе, тут всё обстоит совершенно иначе. "Посторонний" шокирует не смелостью, не мерзостью и не описаниями, он шокирует обыденностью страшных вещей. Обыденностью и банальностью смерти, издевательств, убийства, суда. Это ведь много страшнее, правда? Часто повторяют фразу, мол, самое страшное - это безразличие. Как насчёт безразличия к себе? Полного и абсолютного. Мерсо настолько устал сам от себя, что ему уже плевать совершенно на всё. Он смотрит на мир сонным взглядом человека с температурой 37,3, когда мысли ворочаются медленно и устало, и как бы теоретически жить хочется, но это выражается только в том, что не возникает желания самоубийства. Потому что просто зачем, это требует усилий. А ни какие усилия нет сил, ни моральных, ни физических. Вот как-то так я вижу главного героя. Быть может, его до этого состояния довёл неподходящий ему климат, быть может, странные отношения с матерью, быть может, это просто его характеристика, такой вот меланхолик, быть может, это какое-то психическое отклонение. Может быть что угодно, абсолютно. И это бы не сделало никакой разницы. Он в любом случае посторонний этому миру, людям и сам себе, что самое неприятное. Он действительно мог бы сидеть в сухом дереве годами и смотреть на небо, ему бы не сделало это большой разницы. В целом, единственное, что его отличает от трупа, он осознаёт, что всё-таки жив, и умирать не хочет, пусть даже верит в конечность души и конечность всего. И тут открывается огромное пространство для рассуждений, обсуждений и размышлений. Этим и хороша книга. Технически, там практически ничег не происходит, все события повести можно передать двумя предложениями, ничего почти не происходит и в душе главного героя, но при этом происходит очень много, и это удивительно на самом деле. Экзистенциализм это или нет, но на размышления наталкивает. А что вообще такое - живой? Вот главный герой себя живым считает, но, как бы, он прожил всё отведённое ему время совершенно механически, ничего толком не чувствуя, ни о чём не задумываясь, ничего не делая. А мы как живём? Иногда также. Да зачастую также. А что такое смерть? Как себя ощущаешь, зная, что скоро умрёшь? Почему вообще страшно умирать, если никогда толком не жил, и точно знаешь, что всё равно будешь умирать, какая разница, раньше или позже, если ты живёшь, как бесполезный механизм, который шевелится просто по инерции? А вот разница всё-таки есть. Это всё интересно, и это представляет отлиное минное поле для полемики и разговоров. При этом книга, на самом деле, очень чистая и тактичная, это особенно убивает. Ну и, конечно, это вот центральное, что в книге есть,

В общем, книга парадоксально доставила мне удовольствие. Помимо прочего, она хорошо написана и хорошо переведена, а это всегда приятно. Хотя эмоционально осадочек остаётся, но он лечится раздумьями. Забавная параллель тоже, рассуждения о времени. Такое ощущение, что тоже примета литературы того периода. Про поиски утраченного времени помолчим, но у Манна в "Волшебной горе" чуть не целая глава посвящена феномену "краткости долгого времени", сводится он к тому, что чем однообразнее проходят дни, тем длиннее они кажутся в процессе, но тем короче они кажутся в массе своей, если так продолжается достаточно длительный период. Длинные, тягомотные дни, в конечном итоге по прошествии года кажутся секундами. Но это так, блеснуть эрудицией. Едем дальше. Чума. Нобелевка по литературе, аллегория фашизма как чумы. Также, как и "Посторонний" выглядит немного сонно и даже сказочно. Страшное описывается относительно буднично и нереально, и от этого становится только страшнее. Также, как и в "Постороннем", у нас есть смерть, своеобразная тюрьма и у нас есть юг, но с безразличием всё-таки чуть больше проблем. Конечно, есть Панлю, призывающий ко смиренному принятию участи своей, но тут всё-таки речь идёт наоборот, о мобилизации групп перед лицом общего врага. Довольно грусто смотреть, сколько должно произойти дерьма, чтобы эта мобилизация всё-таки случилась. Если в Постороннем говорят об отстранённости, то в Чуме говорят о преодолении отстранённости. По сути, увы, даже когда дело касается кого-то лично, люди не всегда готовы подниматься и что-то делать, но к счастью, всё-таки есть та грань, за которой они всё же встают. Трогательные и хрупкие жизни. Годами отшлифовывающаяся первая фраза будущего шедевра. Записная книжка Тарру, отказ Рамбера покинуть город... Но есть и множество, множество жизней не очень-то трогательных, их больше. И вообще, карантин тут, это, конечно, блокада, тут вспоминаем про фашизм. И кто-то, конечно, делает на этом деньги, кто-то умудряется устроиться и устроить пир, кто-то страдает молча, кто-то, заламывая руки, кто-то сходит с ума и поджигает дом, кто-то сходит с ума ещё больше, и бежит горящий дом грабить. Это всё и чудовищно, и абсурдно. Интресная параллель тоже с Посторонним касательно разности мышления человека "свободного" и "арестанта". Но если у Мерсо получилось довольно безболезненно изжить в себе "свободные" мысли, то тут всё-таки целый город, и люди в нём разные. И переживают свой карантин по-разному. По своему же каждый переживает освобождение от блокады. И снова у нас бессмысленная стрельба по ничего не сделавшим лично убийце. И снова то же самое. И вирус чумы всегда будет жить, однажды вернётся. Ну безнадёга такая, конечно. Но что поделать, если иначе людей заставить думать практически невозможно? Одна проблема, некоторым и это не помогает. Но смотрим с оптимизмом, друзья, и даже чума переодически проходит!

П.С Картинку увидела только сегодня, и она просто прекрасно подходит как иллюстрация ощущений от книги. П.П.С. Камю ВЕЛИКОЛЕПНО заходит под температуру и больную голову, всем советую.

"Чума". Действие произведения происходит в Оране и описывается непосредственным учасником событий доктором Бернаром Риэ. За окном жителей царит весна - пора новой жизни, цветения, красоты, свежего воздуха, но на самом деле всё далеко не так, потому что на город обрушиваются полчища крыс, они лезут отовсюду, улицы наводняются их бесчисленными трупами. Но дальше-хуже. Начинают умирать люди, и только, когда их количество с каждым днём становится всё больше и больше, объявляют о чумной эпидемии и закрывают город. Жизнь моментально меняется, её испытания затрагивают всех и каждого в той или иной степени. Прежде всего - это боль от потери близких (у следователя Отона мучительно умирает маленький сын), разлука с любимыми (журналист Рамбер,сам доктор Риэ), уныние и страх (отец Панлю), хотя Коттару стало "как-то вольготнее", а старику-астматику и вовсе безразлично (он не любит часов и продолжает "перекладывать из кастрюли в кастрюлю свой горошек", а всё потому, что он и так обречён). Я думаю, одна из главных мыслей автора - та, что люди живут и приспосабливаются к любым условиям. Будь то чума в её прямом значении или фашизм в метафорическом. Безусловно, роман-притча А.Камю заслуживает самого внимательного прочтения и самой высокой оценки. "Посторонний". Очень странная и неоднозначная повесть. Название говорит само за себя. Её герой(Мерсо) - противоречивый персонаж. С одной стороны, он безразличен, отстранён, одинок, но с другой - до боли правдив и свободен. Его нельзя понять, но он не вызывает такой антипатии, как, например, прокурор со своими пафосными речами.

Про Камю слышал многое, вот дошли руки глазами почитать. Вышло, в известном смысле, неплохо.

Посторонний. Не берусь сравнивать его с Кафкой, тем не менее сравнение вертится на кончике языка. Такой же мрачный, гнетущий мир. И такой же невзрачный главный герой. Причем герой отчужден от событий и себя самого, своих чувств и переживаний. Он как робот, который плывет по течению и менять курс не собирается. Однако, когда он вдруг задумался о внутреннем беспорядке, то так его и оставляет. Внешний же беспорядок ему не дают поправить даже мнимо. "Судят то меня, так мне нельзя и слова сказать!". В известном смысле, копать здесь особо больше некуда.

Чума. В три раза больше Постороннего. В три раза более растянуто, мне было очень тяжело читать после третьей части, ощущение, что меня никак не затянет на дно болота. Всё бултыхаюсь и бултыхаюсь, никак не способен утонуть. Первые три части я воспринимал как зарождение некой идеи (чумы) и дальнейшее её развертывание в голове (нежелание властей признавать проблему, изоляция города и тд.). После всё пошло куда хуже.

Конечно, я опробую дальнейшие его работы, благо их не то чтобы очень много и они, в известном смысле, короткие.