Цитаты из книги Человек читающий

Искусство читать — это искусство мыслить с некоторой помощью другого; читать— значит мыслить с другим, продумывать мысль другого, продумывать мысль, сходную или противоположную нашей. Эмиль Фагэ

Франц Кафка, которого окружавшая его действительность утвердила в безысходной мысли об извечной дисгармонии человеческого бытия, о не­ преодолимом взаимном отчуждении людей, занес в свой дневник: «Книга должна быть топором, пригодным для то­го, чтобы вырубить море льда, которое застыло внутри нас...»

Аркадий Бухов 1916

Но книги лучше людей. Их можно захлопнуть и бросить. Ах, если бы можно было подходить к разным умным циникам и веселым тупицам и захлопывать их, как книги, для того чтобы, втиснув среди других книг в шкаф, забыть их. Этого нельзя. Люди мало дают, но много требуют. Книги дают много и требуют так мало: способности думать и чувствовать.

Читать имеет смысл, только если это доставляет удовольствие.

Чтение для меня отдых, как для других - разговор или игра в карты. Более того, это потребность, и если на какое-то время я остаюсь без чтения, то выхожу из себя, как морфинист, оказавшийся без морфия.

Любому человеческому обществу можно справедливо сказать: "Скажи мне, что ты даешь читать твоему народу, и я скажу, кто ты".

Когда я вижу вокруг себя, как люди, не зная куда девать свое свободное время, изыскивают самые жалкие занятия и развлечения, я разыскиваю книгу и говорю внутренне: этого одного довольно на целую жизнь. (Достоевский Ф.М.)

Мир, в котором я живу, - это мир маленьких Гамлетов и Отелло, мир Ромео и Горио, Карамазовых и мистера Домби, Давида Копперфильда, мадам Бовари, Манон Леско, Анны Карениной, мир маленьких Дон-Кихотов и Дон-Жуанов. (Максим Горький)

Монтень говорил, что ему необходимы три вида обще­ния: любовь, дружба и чтение книг *. И все они по приро­де своей почти одинаковы. Книги можно любить, они всегда будут верны друзьям. Я сказал бы, что часто они оказыва­ются остроумнее и мудрее, чем их авторы.

Большие писатели видят будущее.

Почти все будущее - кроме своей судьбы.

Грэм Грин

Мне предстояло вытянуть жизнь бухгалтера или колониального чиновника, плантатора в Китае или банковского клерка, счастье, горе и, наконец, уготованную мне смерть, ибо ее, как и работу, мы выбираем сами. Она складывается из наших поступков и маленьких хитростей, из страха и мгновений мужества.