Отзывы о книге Парфюмер

Есть книги , после прочтения которых я спокойно ложусь и засыпаю, а есть другие - к которым я мысленно возвращаюсь время от времени, продолжаю анализировать. "Парфюмер" не слишком подходящее чтиво перед сном - это точно. Противного и омерзительного там не больше чем в любом современном бестселлере , особенно , наваянного нашими соотечественниками. Но чувства, охватившие меня после прочтения сего творения очень -очень необычные, и совершенно новые. Не вызывает такой депрессии как произведения Хемингуэя (извените за сравнение), но в чем -то очень сродни. Мне кажеться тут затронута наша темная сторона что-ли. Ведь почти все читавшие Парфюмера , хоть не долго , но сочувствовали ему, вроде-бы , были в его шкуре..Может даже радовались его успехам...Или это это только со мной такие метаморфозы происходят?! Я даже в детстве, когда смотрела мультик 'Ну погоди!" больше как-то волку сочувствовала, уж такой он был неудачник...

К сожалению,на русском языке это произведение оказалось не на своем поле, и это не дает читателям возможность оценить его по достоинству. Неточный перевод названия "Das Parfum" (правильно было бы "Запах" или "Аромат") сразу уводит читателя от от замыслов автора в раздел маньячной литературы. И уже никто не ищет скрытые подтексты (они начинаются со сходства имен героя Жан-Батист Гренуй и английского режиссера - Питер Гринуэй). Почему-то часто говорят о близости романа Зюскинда с "Коллекционером" Фаулза, хотя, по-моему мнению, сходства между ними не больше, чем между "Всадником без головы"Майн Рида и "Чапаевым" Фурманова. "Парфюмер" - новаторский роман, в котором привычный психологизм заменен развитием идеи запаха. Автор решил показать, как много значит в нашей жизни обоняние - один из пяти органов чувств.

Думаю,что со временем "Парфюмер" займет свое достойное место в ряду тех произведений, которые изменили европейскую литературу, таких как "По направлению к Свану"М.Пруста или "Уллисс"Д.Джойса.

В этот раз в извечном споре, что же лучше: книга или фильм, с огромным перевесом (где-то три-ноль) под громкие аплодисменты и овации зала побеждает... книга. Просмотренный в нулевых, почти сразу после своего выхода, фильм произвел, как сейчас помню, весьма тягостное, удушающее даже на меня впечатление. Не назову себя уж очень брезгливым человеком по жизни, но смотреть было действительно мерзко и тяжело. Казалось, запахи зловония, этот бесконечный смрад гниения, разложения, тления передавались мне велением кинорежиссера (а это - на минуточку - один из самых успешных режиссеров наших дней - Том Тыквер, его "Облачный атлас" я, кстати, обожаю, надо будет и книгу обязательно прочитать) прямиком чрез экран. Мне было мерзко и противно больше двух часов (147 минут!) наблюдать за всем творящимся в этом фильме: разгул жестокости, балаган насилия, бессмысленного и потому невероятно страшного. Небывалое омерзение вызвал тогда и главный герой кинокартины. Гренуй не рождал во мне хоть сколько-нибудь положительных эмоций. Виделся он мне исключительно одержимым маньяком (и желала я ему соответствующего конца). Помнится, дала себе тогда строгий зарок: никогда и ни за что не читать одноименный первоисточник, вышедший в 1985 году из-под пера Патрика Зюскинда (р. 1949). Однако, как всем давно известно и мне в том числе, хочешь насмешить Бога - расскажи ему о своих планах, другими словами: никогда не зарекайся... Естественно (кто бы, впрочем, сомневался?), до романа я добралась и книгу я все-таки прочитала...

Очарованная в начале этого года малой прозой немецкого писателя и сценариста ("Голубка", "Контрабас", "Тяга к глубине" теперь, чувствую, навсегда закрепятся в моем сердце и моей памяти, хотя литературный "короткий метр" и не особо жалую по жизни), решила все же рискнуть, попробовав его "Парфюмера" - ту самую книгу, что столь долго, старательно и упорно обходила стороной, отчего-то наивно и бездумно полагая, что кино и роман - это близнецы-братья и книга меня ничем порадовать/удивить/ошеломить больше не сможет...

А знаете, смогла - и удивить, и порадовать, и ошеломить, и много чего еще. Я беспрестанно, все время чтения, наслаждалась сюжетом, даже прекрасно зная его в деталях по просмотренному когда-то фильму. Я восторгалась и языком, слогом, которыми был написан зюскиндовский роман. О, это вообще был потрясающий, такой незабываемый контраст: говорить высоким слогом о всех творимых в книге мерзостях - вспоротых кишках, поте, экскрементах животных. И меня снова, как и при просмотре одноименной картины с Беном Уишоу в главной роли, едва не выворачивало наизнанку, когда читала все это.

С малюсенькой такой поправкой: мне впервые по-настоящему и всерьез был интересен главный герой! Мне были интересны его чувства, мысли, мотивы - абсолютно все связанное с ним. Как наш огромный мир не может быть априори уныло черно-белым, так и люди носят в себе разнообразную и богатую палитру цветов и оттенков (и ароматов, естественно). Гренуй мне не казался больше лишь только безумным фанатиком-убийцей. В романе современного немецкого автора очень хороша передана многогранность образа Гренуя: талантливый исполнитель, стратег, перфекционист, тщеславный мститель за свое убогое детство...

Я с восхищением впитывала в себя те страницы, где говорилось о зачатках его таланта распознавать, запоминать и создавать запахи, где упоминалось об его учебе (парфюмер Бальдини все же многое дал своему талантливому подмастерью), его путешествиях (в том числе к самому себе), его амбициозных стремлениях (его целеустремлённостью я тоже восторгалась все время - ее бы да в добрых целях!), где автор подробно, в мельчайших деталях расписывал нам способности своего героя. Более того, я мысленно пыталась вообразить себе: каково жить на Земле с подобными качествами? Вот как - реально как? - можно запомнить запах каждого цветка, пропорции ароматов, как можно носить в себе и своей памяти тысячи запахов и как можно разделять ароматы на ноты, как можно по наитию и на глазок, повинуясь какому-то неведомому шестому чувству, соединять разные субстанции, чтобы за каких-то полчаса на глазах изумленного парфюмера с тридцатилетним стажем сотворит нечто совершенно новое, прекрасное, чарующее...

И главное мое открытие и удивление и состояло, пожалуй, в том, что к ненависти и омерзению в отношении Гренуя после чтения книги неминуемо добавилось восхищение его способностями, которые он отточил до блеска многолетними и упорными тренировками, восхищение его амбициозными целями, которых он достигает во что бы то ни стало - методично и последовательно. Он хочет работать у вот этого господина в красивой парфюмерной лавке - он будет в ней работать. Он хочет получить грамоту, для того чтобы начать свой собственный путь, - он ее получит. Он хочет создать самый притягательный для людей аромат... Думаю, ответ на вопрос, получится ли у него, всем и так понятен...

К грубой реальности жизни (вот эти сточные канавы, крысы, рыбные лавки и прочее) автор очень удачно примешивает мистику: флер загадочного всегда красиво оттеняет обыденное. Младенец, который ничем не пахнет, - как это? А таинственные смерти (по большей части необъяснимые логикой и здравым смыслом несчастные случаи) людей, так или иначе принимавших участие в судьбе Гренуя? Смерти, случающиеся аккурат после того, как они расстаются с этим необычным юношей... Как будто уходя от них, прощаясь навеки, он проклинает их. Безумно нравится мне, давней поклоннице эзотерической темы, подобное в художественных произведениях, понравилось и здесь, мигом сделав книгу из мрачно-мерзкой в увлекательно-завораживающую. Почти не отрываясь, следила я за тем, как этот тщедушный молодой человек, хилый, на первый взгляд, и довольно неказистый, уверенно ставит мир на место, мстит матери, кормилице, священнику и многим-многим другим, не видевшим в нем человека, а видевшим дьявола (кстати, еще из любопытно-ассоциативного: почему-то после "Парфюмера" мне очень захотелось прочесть когда-нибудь - надеюсь, что не очень в дальней перспективе, - "Омен" (фильм о пришествии антихриста очень люблю, а до книги все отчего-то не добралась. Надо исправляться), внушавшим ужас (о, еще Лайонел Шрайвер - Цена нелюбви сразу вспомнилась: маленькое беззащитное существо вызывает страх у взрослых, сильных, зрелых людей и, вырастая, начинает им мстить за это).

Я читала и фантазировала, представляя себе альтернативные развязки этой истории: а будь у мальчика счастливое детство и любящие родители, как бы в итоге сложилась его судьба - с такими-то невероятными и уникальными способностями к различению запахов? А что было бы?... А что, если?.. А как?.. Вот только история не знает сослагательного наклонения, как не знает ее, впрочем, и художественный авторский вымысел. Патрик Зюскинд ясно и категорично дает всем нам понять, что подобный талант не сделает никого счастливым, это, по сути, талант, который губит личность, перекрывая ее собою: мы уже не видим этого мальчика/юношу/мужчину, мы видим перед собой исключительно его парфюмерный гений, пожирающий без остатка те крохи человечности, что когда-то в нем были - не могло их не быть...

Это было чертовски увлекательно, невероятно захватывающе и просто прекрасно - не в пример фильму, разумеется. И опять я даю себе новый зарок: никогда не пересматривать фильма Тома Тыквера (2006 года выпуска). И вновь вопрошаю: надолго ли меня хватит в этот раз?

Книгу - советую (кстати, как и упоминаемые мною рассказы Зюскинда), фильм - точно нет. Мне отчего-то кажется, что фильм, созданный мысленно в своем сознании после прочтения этого замечательного произведения, будет во сто раз ярче, чем та знаменитая, нашумевшая в свое время экранизация...

И, верно, дьявольская страсть В душе вставала, словно пенье, Что дар любви, цветок, увясть Был брошен в книге преступленья. Николай Гумилёв

Тихо присоединяюсь к хору восторженных почитателей. Роман действительно незаурядный и, как частенько говорят, с будущим. Зюскинду удалось увязать воедино казалось бы несочетаемое: мистику и реализм, воздушное волшебное ощущение чуда и череду кровавых преступлений, обстоятельные рельефные и такие реалистичные подробности давно минувшей эпохи и разворачивающуюся в её антураже абсолютно нереальную историю, полную всякой чертовщины и странностей.

Меня больше всего поразила именно эта череда противоречий и противопоставлений. Неземные ароматы чудесных духов и зловоние выгребных ям, холодная нерассуждающая ненависть и слепая любовь без оглядки. Зюскинд как в омут бросает читателя в свою вселенную запахов, изнанку мироздания, скрывающую все причины, все ответы, все кнопки и все рычаги. Ароматы правят миром, им равно подвластен огонь чувств и лёд разума, им под силу бросить империи и народы к ногам своего избранника-парфюмера, бога среди людей. Композитора-творца, единственного, кто способен из основы основ создать нечто доселе невиданное, потрясти мироздание, явить ошеломлённому человечеству подлинную красоту. Таких людей мы и называем гениями.

Но вот перед нами герой, тот самый, наделённый сверчеловеческим талантом, равного которому ещё не видели эти звёзды. И чему же посвящает наш герой свою жизнь и смерть? Он, способный открыть людям врата в новый мир, создать прежде несуществующее, коснуться сердца мира. Всего лишь жалкому воровству, подражанию, попытке не создать, но воссоздать, сымитировать. С самого начала Гренуй был ущербен, обделён природой, а вовсе не щедро одарён, как кажется сперва. Его уникальное обоняние, нечеловеческое везение и живучесть лишь компенсация, и близко не покрывающая изъяна. Способности любить. Гренуй не от этого мира, и окутывающий его дьявольский ореол несчастья и трагедий тому доказательством. Он обитатель своего собственно мира, вселенной волшебных пропитанных запахами замков в его голове. Вся его магия и всемогущество только там. Он смог воплотить в аромате любовь, преклонение, обожание, но так и не сумел прочувствовать их. Абстракции никогда не давались ему, рождённому для работы с вещественными объектами, которые можно понюхать. И вот, овеществив любовь, Гренуй всё равно ничего не понял, остался изгоем-одиночкой, чужаком. Наша любовь и наше солнце для него пустой звук, потому что в его душе нет места ни солнцу, ни любви. Не уверен, что у него вообще есть душа. Начал с ненависти и ею же окончил. Неизменность, незыблемость, стагнация. Тёмная и сырая каменная штольня. И это творец?! Создатель, гений, бездонный колодец талантов и возможностей?! Нет и ещё раз нет. Но кто же он тогда, этот Гренуй? Ответ на самом деле очень прост и даже нет требует чтения - всё есть на обложке. Это не история гения, творца или демиурга. На хрустком картоне переплёта, чёрным по белому.

Парфюмер. История одного убийцы.

Прочитав эту книгу во второй раз, спустя пятнадцать лет после первого знакомства и десяти лет после просмотра экранизации, могу с уверенностью сказать: это был совсем другой опыт, намного более глубокий и впечатляющий. Моя оценка – твердые 9 из 10. Что сразу же затягивает в "Парфюмере" и остается в памяти, так это невероятный стиль и слог автора. Автор очень хорошо владеет словом, создавая атмосферу, которую можно буквально ощутить носом. Он описывает запахи с такой живописной точностью и детализацией, что кажется, будто сам вдыхаешь ароматы Парижа того времени, а может и нынешнего, от самых отвратительных до божественных. То, как автор преподносит информацию, вовлекая читателя в Мир главного героя, его извращенного гения и одержимости – это подлинное мастерство. Отдельно хочется отметить удивительную способность Зюскинда не забывать о каждом персонаже. Даже второстепенные герои, появляющиеся на нескольких страницах, получают свою яркую, запоминающуюся характеристику, свою историю, свой "запах". А история каждого заканчивается жирной точкой и не остаётся вопросов, что случилось с тем или иным персонажем. Опыт повторного прочтения оказался для меня откровением. В первый раз, вероятно, больше увлекал сам сюжет и необычность героя. Сейчас же, спустя годы, я по-новому оценил именно литературные достоинства книги, ее философские подтексты и глубину психологических портретов. Возможно, жизненный опыт позволил увидеть в истории Гренуя нечто большее, чем просто детектив или триллер. Эта книга взрослеет вместе со мной, раскрывая новые грани при каждом прочтении. Фильм, хоть и был хорош, не смог передать всё то, что было в тексте. Единственным небольшим "минусом", который можно отметить, является чрезмерное количество деталей, связанных с производством парфюма. Для кого-то это может показаться слишком углубленным погружением в технические аспекты, отвлекающим от основной линии. Однако даже это не умаляет общего впечатления от романа. Наверное, эти детали лишь подчеркивают одержимость Гренуя и скрупулезность, с которой он приближается к своей цели. "Парфюмер" – это не просто история о маньяке. Это притча о гении и пороке, о поиске смысла и о человеческом одиночестве, о власти ощущений и о том, что истинная красота может быть невидимой, но ощутимой. Это книга, которая заставляет задуматься о природе таланта, о границах морали и о том, как легко можно оказаться во власти своих самых сильных желаний. Настоятельно рекомендую к прочтению всем, кто ценит глубокую литературу, необычные сюжеты и великолепный язык. У меня всё. Простите за ошибки. Всем любви ♥ и хорошего настроения.

С Патриком Зюскиндом мы давно знакомы, года с 2009. С этого момента прошло уже настолько много времени, что я не помню подробностей, в памяти остались лишь отдельные детали. Имя главного героя, сюжет в целом, и на этом всё.

Книгу перечитывала в 2013 году, написала вот что:

Когда начала читать эту книгу — погрузилась в неё по уши.... Казалось, что аромат духов повсюду. Реалистичность повествования поражала с первых страниц.... Будто находишься у рыбного прилавка, и хочешь купить рыбу, а впоследствии бродишь по маленьким улочкам городка вместе с главным героем. Что же касается Жана-Батиста Гренуя, то им движет слепая жажда власти над миром, над людьми, что на мой взгляд происходит из-за некоего внутреннего комплекса, ущербности.

Решила освежить впечатления. Мне нравятся писатели со своим собственным авторским почерком и стилем. Спасибо Даниэлю Пеннаку, который очень красочно преподносит и показывает стилистику Зюскинда.

Любой писатель, прежде всего, рассказывает читателю историю. Свою, придуманную, либо просто фантазию. В любом случае, он стремится что-то донести до людей, очень часто даже между строк. Меня особенно привлекает магический реализм как отдельный жанр, либо книги, в которых преобладает психологизм. Не люблю фантастику, ужасы и антиутопии. Мне нравится наблюдать за людьми и их поведением, изучать мотивы их поступков. Сразу скажу, что нашумевшее кино не видела (пока не прочла роман). Неоднократно говорила, что стараюсь перед прочтением той или иной книги не читать рецензий и отзывов. Принципиально. Для того, чтобы составить независимое мнение о прочитанном и быть, по возможности, максимально объективной. В случае с этой книгой всё наоборот. Я читала истории о ней.

А теперь к произведению. В центре сюжета Жан-Батист Гренуй, по внешнему описанию ничем особо не примечательный:

С объективной точки зрения в нём не было ничего устрашающего. Подростком он был не слишком высок, не слишком силён, пусть уродлив, но не столь исключительно уродлив, чтобы пугаться при виде его. Он был не агрессивен, не хитёр, не коварен, никого не провоцировал. Он предпочитал держаться в стороне. Да и интеллект его, казалось, менее всего мог вызвать ужас.

Автор находит весьма точное, ёмкое и безошибочное сравнение... — клещ.

Именно с этим членистоногим из класса паукообразных схож главный герой:

Он был вынослив, как приспособившаяся бактерия, и неприхотлив, как клещ, который сидит на дереве и живёт крошечной каплей крови, раздобытой несколько лет назад. Для тела ему нужно было минимальное количество пищи и платья. Для души ему не нужно было ничего. Безопасность, внимание, нежность, любовь и тому подобные вещи, в которых якобы нуждается ребёнок, были совершенно лишними для Гренуя. Более того, он сам лишил себя их, чтобы выжить, — с самого начала. Маленький уродливый клещ скручивает своё свинцово-серое тело в шарик, дабы обратить к внешнему миру минимальную поверхность; он делает свою кожу гладкой и плотной, чтобы не испускать наружу ничего — ни малейшего излучения, ни легчайшего испарения. Клещ специально делает себя маленьким и неприметным, чтобы никто не заметил и не растоптал его. Одинокий клещ, сосредоточившись в себе, сидит на своём дереве, слепой, глухой и немой, и только вынюхивает, годами вынюхивает на расстоянии нескольких миль кровь проходящих мимо живых. Клещ, упрямый, упорный и мерзкий, притаился, и живёт, и ждёт. Ждёт, пока в высшей степени невероятный случай подгонит прямо к нему под дерево кровь в виде какого-нибудь животного. И только тогда он отрешается от своей скрытности, срывается, и вцепляется, и ввинчивается, впивается в чужую плоть. Таким клещом был маленький Гренуй. Он жил, замкнувшись в свою оболочку, и ждал лучших времён. Миру он не отдавал ничего, кроме своих нечистот: ни улыбки, ни крика, ни блеска глаз, ни даже запаха.

Запах. Ключевое понятие для этой книги. Здесь их огромное количество. Целый букет. Невероятная палитра. Целая гамма. Запах как способ познания мира. Как некое неотъемлемое свойство, особенность человека. Каждый из нас в чём-то уникален и неповторим. И это прекрасно.

Впечатлил эпизод, когда главный герой создал духи, имитирующие человеческий запах. В двух вариантах. Один для себя самого. Он особо непримечателен, ведь наш гениальный парфюмер просто хотел пахнуть как человек. А вот вторая версия аромата заслуживает особого внимания. Его основу Вы найдёте в книге.

Что передавал этот запах? Разложение, гниение, он был скорее трупным. Так вот, не будь главный герой поистине талантливым, у него ни за что не получилось бы сделать то, что он сделал, а именно: с помощью ряда эфирных масел заглушил и нейтрализовал столь смрадный аромат, и в итоге люди чувствовали лишь бодрящие нотки апельсина и ещё нескольких компонентов. Эти духи были воплощением жизни. И в этом весь парадокс. Для меня это метафора человеческой сущности...

Показана вся двойственность натуры, в воображении всплывает картинка яблока, которое на вид идеально, а в сердцевине — червивое. Так часто бывает: внешне всё идеально, а вот внутренний мир... И наоборот, внешность заурядная, а глубина Души просто Космос.

Жаль, когда ведутся только на форму. Далеко не все. Но, зачастую, так.

У Жана-Батиста Гренуя напрочь отсутствовал страх темноты и высоты, он мог по запаху безошибочно ориентироваться в пространстве и определять, что находится на расстоянии в несколько кварталов, видеть сквозь стены или ткань. Это может далеко не каждый.

В чём-то герой даже положителен: он вынослив, трудолюбив, не болтлив, не ворует и не скандалит. Немного замкнут. Судя по всему, интроверт. Это вовсе не преступление. На этом хорошие качества и черты заканчиваются.

Люди его боялись. Инстинктивно, на уровне интуиции, внутреннего чутья. Их охватывал безотчётный испуг, странный озноб, будто бы холодный сквозняк вдруг подул за спиной. Наверняка он чувствовал ощущения других людей. Запахи различал куда лучше, чем абстрактные понятия, эмоции, морально-нравственные категории. Он жонглировал ими в своём воображении, будто бы кубиками, стремясь, почувствовав однажды, запечатлеть и сохранить в себе как можно большее их количество.

Можно точно сказать, что способность настолько тонко различать мельчайшие оттенки запахов — это талант. Божий дар. Но ни его наличие, ни отсутствие в детстве материнской любви, ласки, заботы и дружеского участия нисколько не оправдывают героя.

В начале повествования он беззлобен и изучает ароматы из любопытства. Потом происходит его эволюция — понимание цели, задачи и смысла жизни... Он — Творец Запахов. Величайший в мире Парфюмер. Для меня это мания и какое-то сумасшествие. Одержимость некоей бредовой идеей, дополненное чёрствостью души и безразличием к людям, их чувствам. Жаждой власти над ними, стремлением к обладанию индивидуальным ароматом.

Вот такое мерзкое существо для меня главный герой произведения. К тому же, в тихом омуте... Как известно.

В его характере присутствует удивительный парадокс: изначально он не хотел совершать зла, выражал себя через Вселенную запахов и ароматов, таящихся внутри, в его воображении. Мне кажется, как и любому парфюмеру ему, безусловно, хотелось признания. Не тщеславия, а чтобы его просто оценили. Пусть даже внешне это не проявлялось... В глубине души. Но это в самом начале. В дальнейшем он стремится к одиночеству, граничащему с отшельничеством, жаждет и наслаждается им, а к людям испытывает презрение, отторжение и безразличие. Он видит в представителях человеческого рода угрозу и ощущает ярость и ненависть по отношению к ним. В тот момент, когда Гренуй впервые обрёл человеческий запах, им овладело чувство гордости, как ему казалось, он оказывал влияние на людей. А мне видится, что они просто не обращали на него никакого внимания.

Дальше — больше. Ему захотелось подчинить себе людей, заставить их полюбить себя. Можно закрыть глаза и не видеть, заткнуть уши и не слышать, но вот перед ароматом люди бессильны. Он проникает прямо в сердце. Любовь не купишь, а Гренуй думал иначе. Мания. Он хотел внушить людям любовь к себе. Абсолютную и безусловную. Цель, которая, по его мнению, оправдывала любые средства. Подчинить себе людей посредством ароматов и запахов, играя на их чувствах, а точнее, манипулируя ими. Как кукловод. Дёргая за струны человеческой души ему хотелось, чтобы они были в его абсолютной власти, хотя при этом испытывал диаметрально противоположное чувство. В этом есть что-то безумное. И явно ненормальное.

Ещё один парадокс заключается в том, что в воображении, внутреннем мире Гренуя существовали сотни, а то и тысячи... миллионы всевозможных запахов. А вот сам он не пах ничем. Никак. Это странно. Даже для него самого. Автор пытался найти сколько-нибудь подходящее сравнение по этому поводу. И нашёл. Туман. Столь же сложным и запутанным был его внутренний мир.

Довольно забавно выглядит и вот этот момент:

Он просидел на корточках четверть часа. У него была безошибочная память, и он точно помнил, как пахло на этом месте семь лет назад: камнем и влажной солоноватой прохладой, и эта чистота означала, что ни одно живое существо никогда сюда не ступало... Точно так же здесь пахло и теперь.

Выходит, как человек он мёртв. В тот момент когда он приобрёл более-менее человеческий облик, то сравнил сам себя с маской, которая могла бы оказать такое воздействие на внешний мир, на которое он, Гренуй, никогда бы не осмелился. Раздвоение личности на лицо.

Заслужил ли он то, что получил в итоге? Да. Как бы жестоко это не прозвучало.

Формула. Ещё одно ключевое слово в этом произведении. Если изначально Гренуй использовал свой дар на уровне интуиции, особо не вдаваясь, если можно так сказать, в техническую сторону вопроса, то в дальнейшем он решил изучить премудрости профессии парфюмера, в чём преуспел, проявляя прилежность, трудолюбие, дисциплину. В нём уйма энергии и энтузиазма, которую можно с лёгкостью направить в нужное русло. Но...

Существует ли формула доброты и человечности??? На мой взгляд, да. И проявляется она в добрых делах и поступках. Если изначально главный герой изучал ароматы из любопытства и желания воспроизвести всю ту гамму и симфонию прекрасных ароматов, которая находилась внутри, и пусть даже не существовала в реальности, а лишь в его воображении, и в этом нет ничего плохого, то в дальнейшем им овладело тщеславие, мания величия и жажда власти над другими людьми... Это очень печально... Однако, жажда наживы на его таланте со стороны Джузеппе Бальдини является не меньшим проявлением корысти.

Душа. На мой взгляд, она определённо существует, хотя это невозможно объяснить, доказать или проверить опытным путём. Она растёт и развивается через добрые дела, поступки, искреннюю радость, помощь другим людям. Была ли она у Гренуя? Сложный вопрос. Безликая, ничего не выражающая. В её мире, словно отлитом из чугуна, ничего не жило, и всё было неподвижно, кроме ветра и тени серых лесов. Там был только один аромат голой земли.

И сердце у него вроде как есть:

Его сердце было пурпурным замком в каменной пустыне. Его скрывали дюны, окружал оазис болот и семь каменных стен. Добраться до него можно было только по воздуху. В нём имелась тысяча кладовых и тысяча подвалов, и тысяча роскошных салонов, в том числе один с простым пурпурным канапе, на котором Гренуй, не Великий Гренуй, а вполне частное лицо Гренуй или просто дорогой Жан-Батист, любил отдыхать после дневных трудов. А в кладовых замка стояли высокие, до самого потолка, стеллажи, и на них располагались все запахи, собранные Гренуем за его жизнь, несколько миллионов запахов. И в подвалах замка хранились бочки лучших благовоний его жизни. Когда они настаивались до готовности, их разливали по бутылкам и километрами укладывали в прохладных влажных проходах, в соответствии с годом и местом производства, и было их столько, что не хватило бы жизни, чтобы отведать каждую бутылку.

Однако, его поведение больше походит на сумасшествие. Да, уединение и тишина в той или иной степени нужны и даже необходимы каждому. Но это не тот случай. Он явно с прибабахом. Да ещё с каким! Я пыталась найти момент, в который случилось замыкание и крыша окончательно поехала. Не смогла. Последние главы читались особо тяжело.

Помогало Греную только одно — чувство безнаказанности и мнимой безобидности, что внушало ему абсолютную уверенность в себе.

Зюскинд просто великолепен. Браво! Не могу сказать, каким именно образом ему помогло наличие музыкального образования, однако, видимо, в этом есть определённая взаимосвязь и он её видел — звуки музыки, ноты, аккорды и гармонии преображал в запахи!

Когда читала книгу раньше, обращала внимание на обилие запахов в тексте, старалась представить их и прочувствовать. Сейчас же, больше привлекает характер и психология персонажей.

А какие у Вас любимые запахи??? Поделитесь, пожалуйста!

P.S. Ценю книги с красивыми обложками и всегда хотела вот такую (желательно, в твёрдом переплёте):

Здесь ещё кое-что...

Многие, наверно, смотрели одноименный фильм, как и я. Но на текущий момент времени из фильма у меня перед глазами только сцена на площади, когда главный герой стоит на помосте, а вокруг оргия, все люди занимаются любовью. И вот эту сцену я ждала в книге пока ее читала. В произведении рассказывается путь становления парфюмера высшего качества, если его можно так назвать. Я восхищалась тем, как он шаг за шагом искал новые способы добывания чистого запаха, и радовалась, когда это случалось. Не хочу рассказывать о трагической части романа. Мне кажется, многие ее знают. В романе рассказано какими действиями Жан-Батист добыл те самые духи, что свели народ с ума, сколько девушек он погубил для этого. И какая судьба ждала его дальше. Я же осталась в восхищении от того, каким надо быть фанатом своей профессии или дела, которым ты занимаешься, чтобы отдать ему всего себя без остатка. И получать удовольствие от того, чем ты занимаешься. Многие из нас, когда начинают в чем-то прокачиваться, сразу же хотят иметь много прибыли. Но не всегда она приходит сразу. Жан-Батист же готов был работать бесплатно только ради того, чтобы научиться. И чтобы иметь возможность творить! Вот такими надо быть, фанатами своего дела, чтобы достичь превосходства в любой сфере.

Я была уверена, что "Парфюмер" это абсолютная классика, написанная в веке эдак 19, а может и в 18. Представьте, насколько удивляется человек, когда вместо витиеватого и нагруженного словесными оборотами текста, он получает простой, но очень точный, а еще в добавок и ироничный слог. Представили? А мне вот и представлять не надо. Естественно, на помощь пришел Google, который подсказал Маше, что роман был написан в КОНЦЕ 20 ВЕКА. В общем, мне открыли глаза на то, что Патрик Зюскинд - это не знаменитый немецкий классик, а наш дедушка-современник, который, возможно, прямо сейчас потягивает сок, наслаждаясь видом на озеро Штарнбергер -Зе, и даже не подозревает, что какая-то там далекая Мария в коем-то веке пишет рецензию на его книгу.
Занавес.
Читая "Парфюмера", я понимала, что не могу оторваться от романа. И дело здесь не в сюжете и не в героях, а в каком-то цепляющем механизме вроде духов Жана-Батиста Гренуя. А это, кстати, и есть наш главный герой, за который мы наблюдаем с его первого вздоха и до самой смерти. Правда первый раз вдохнул он в себя не свежий воздух, а вонь тухнущей рыбы и гниющих потрохов, в коих он оказался не случайно, а по воле своей матери, совсем не желавшей этого ребенка. Но мать тут же казнят за обвинение в детоубийстве, а наш младенец Жан-Батист сначала оказывается у кормилицы, назначенной в монастыре, а потом и в приюте. Есть в нем одна особенность: герой не имеет своего запаха, зато имеет особое и даже невероятное обоняние. Он слышит запахи на расстоянии кварталов, разделяет их на компоненты и мысленно составляет новые ароматы. Он способен учуять запахи предметов, которые для простых людей ничем не пахнут. На протяжении своего взросления он познает мир запахов и понимает, что его призвание - создавать самые прекрасные ароматы. Он хочет стать великим парфюмером.

Вот вам и завязка. Что тут такого? Человек обладает такими талантами! Из него выйдет прекрасный парфюмер. Но продвигаясь дальше, продолжая следить за судьбой Гренуя, мы понимаем, что главный герой - это не человек, я не могу назвать его даже помешанным. Единственное, на мой взгляд, определение, которое можно дать этому персонажу - СУЩЕСТВО. Да, это существо, а не человек. Существо несомненно гениальное, но совершенно бесчеловечное. В нем нет чувств, в нем нет эмоций. В нем есть только безграничное тщеславие и стремление к превосходству. Автор сравнивает Жана-Батиста с клещом. Это очень меткое сравнение, подчеркивающее его нечеловеческую сущность. Герой выживает в условиях, в которых не выжил бы ни один человек, как клещ может затаиться, а потом, почувствовав запах крови, вновь ожить, нанести удар, убить...

Так кто же этот самый Жан-Батист Гренуй? Отверженный и одинокий с самого рождения человек, которого обстоятельства и окружение натолкнуло на этот ужасный путь, или чудовище, гениальный злодей, чувствующий превосходство не только над людьми, но и над Богом? По-моему, на этот вопрос однозначно ответить нельзя. НО в любом случае, какими бы факторами не были вызваны поступки Гренуя - им нет оправдания. Это переходит границы не то что профессиональной этики, а границы простой человеческой морали. Это отречение от важнейших жизненных ценностей и истин. Путь Гренуя - это вершина ассоциализации.

Отдельное слово про декорации. Весь этот ужас происходит в не менее ужасной обстановке Парижа 18 века. Зюскинд, конечно, проделал большую работу и смог передать вонь большого города и застоялого воздуха маленьких улочек: запах гниения, разложения и нечистот, запах людского пота, запах тухлой рыбы в лавках...

Улицы воняли навозом, дворы воняли мочой, лестницы воняли гнилым деревом и крысиным пометом, кухни — скверным углем и бараньим салом; непроветренные гостиные воняли слежавшейся пылью, спальни — грязными простынями, влажными перинами и остро-сладкими испарениями ночных горшков. Из каминов несло верой, из дубилен — едкими щелочами, со скотобоен — выпущенной кровью. Люди воняли потом и нестираным платьем; изо рта у них пахло сгнившими зубами, из животов — луковым соком, а из тела, когда они старели, начинали пахнуть старым сыром, и кислым молоком, и болезненными опухолями. Воняли реки, воняли площади, воняли церкви, воняло под мостами и во дворцах. Воняли крестьяне и священники, подмастерья и жены мастеров, воняло все дворянское сословие, вонял даже сам король — он вонял, как хищный зверь, а королева — как старая коза, зимой и летом. Ибо в восемнадцатом столетии еще не была поставлена преграда разлагающей активности бактерий, а потому всякая человеческая деятельность, как созидательная, так и разрушительная, всякое проявление зарождающейся или погибающей жизни сопровождалось вонью.

Однако автор показывает нам не только грязь города: он будто за руку вводит читателя в парфюмерные лавки, где витают ароматы цветов, специй, духов, мыла и эссенций.

Ассортимент простирался от чистых эссенций, цветочных масел, настоек, вытяжек, секреций, бальзамов, смол и прочих препаратов в сыпучей, жидкой и вязкой форме — через помады, пасты, все сорта пудры и мыла, сухие духи, фиксатуары, бриллиантины, эликсиры для ращения бороды, капли для сведения бородавок и крошечные пластыри для исправления изъянов внешности — вплоть до притираний, лосьонов, ароматических солей, туалетных жидкостей и бесконечного количества духов. Но Бальдини не довольствовался этими продуктами классической косметики. Он считал делом чести собирать в своей лавке все, что источало какой-либо аромат или как-либо служило для получения аромата. И потому наряду с курительными свечками, пастилками и ленточками там имелись все пряности — от семян аниса до палочек корицы, сиропы, ликеры и фруктовые воды, вина с Кипра, Малаги и из Коринфа, множество сортов меда, кофе, чая, сушеные и засахаренные фрукты, фиги, карамели, шоколадки, каштаны, даже консервированные каперсы, огурцы и лук и маринованный тунец. А кроме того, ароматизированный сургуч для печатей, надушенная писчая бумага, чернила для любовных писем, пахнущие розовым маслом, бювары из испанской кожи, футляры для перьев из белого сандалового дерева, горшочки и чашечки для цветочных лепестков, курительницы из латуни, флаконы и флакончики из хрусталя с притертыми янтарными пробками, пахучие перчатки, носовые платки, подушечки для иголок, набитые мускатным цветом, и пропитанные мускусом обои, которые могли более ста лет наполнять комнату ароматом.

Вот в таких колоритных декорациях происходит действие. Читатель на одной странице задыхается от смердящего воздуха, а на другой пытается учуять аромат миндальных духов. Но финальная сцена.... Это самое мерзкое, что я читала в своей жизни. Я всеми силами пыталась не представлять картину у себя в голове, но даже всплывающие образы заставляли передернуться от отвращения. Самое интересное, что подобных сцен в книге полно, но именно финальная... брррр.

Итак, я довольна тем, что познакомилась с "Парфюмером". Это было ново, необычно для меня, книг с подобной проблематикой я не читала. Довольно сложный роман, но не в плане исполнения, а в этом смысловом "пласте", который не лежит на поверхности. А самое главное, роман вызывает целую гамму чувств на протяжении всего прочтения и сильно цепляет. Поэтому могу советовать) Эй, ты там за экраном! Спасибо большое, что дочитал(а) мою рецензию до конца) С любовью, Mashylka

Благоухание немытого Средневековья, амбре густонаселённого Парижа с особым упором на смрадный дух низших слоёв населения - такой экзотический набор не может оставить равнодушным, поэтому многих книга отталкивает от себя, но хватает и тех, кого она привлекает столь необычной формой подачи. И я попала в ряды восхищённых читателей, ведь мы как правило опираемся в создании картин в своей голове в первую очередь на зрительные образы, которые видим глазами героев. Здесь же автор не даёт описаний привычным способом, а представляет их в виде запахов. Меня очаровал такой необычный подход, потому что мы не привыкли читать носом и ориентироваться при построении сюжета на обоняние. Показать целый мир через ароматы, да так, что кажется, будто вот-вот их вдохнёшь - это я и считаю настоящим талантом. Про личность главного героя можно писать очень долго и очень много. Автор от рождения предназначил быть ему чудовищем, хотя такую позицию я не разделяю. Всегда считала, что воспитание влияет больше, чем наследственность, но в данном случае Гренуя нужно принять таким, каким его создал Патрик Зюскинд. Бездушный гений, не способный осознать разницу между добром и злом, так как у них нет запаха. У всех моральных принципов нет того аромата, который рассказал бы, что они из себя представляют, а значит все они прошли мимо Жан-Батиста. Однако это не мешает ему научиться манипулировать людьми по своему усмотрению, ведь каждую эмоцию, каждое желание и чувство можно выделить особым запахом, и внушить человеку что угодно. Несколько лет назад я смотрела экранизацию "Парфюмера", и тогда она мне сильно запомнилась, но книга дополняет картинку и позволяет лучше прочувствовать все события именно в таком виде, в каком их задумывал автор, со всеми особенностями и оттенками благоухания и смрада человечества. Мне не понравилась та часть сюжета, в которой Гренуй поселился в пещере. На мой взгляд, она сильно провисает и убивает интерес, переходя в область откровенной фантастики. Во всё готова была поверить, кроме семилетнего существования в узкой дыре на склоне горы. Зато порадовало, что история каждого персонажа доведена до конца. Есть в этом что-то трогательное, как будто автор их не бросил, а бережно провёл через всю их жизнь, пусть даже они этого не заслуживали. В книге нет положительных героев, они либо подвержены порокам, либо блеклые, как жертвы Гренуя, не успев ещё поддаться развращенному взрослению. К "Парфюмеру" нельзя проникнуться любовью, он просто отражает тёмные стороны души, но можно восхититься мастерским исполнением и отрешённо наблюдать со стороны за развитием событий.

В аромате есть убедительность, которая сильнее слов, очевидности, чувства и воли. Убедительность аромата неопровержима, необорима, она входит в нас подобно тому, как входит в наши лёгкие воздух, которым мы дышим, она наполняет, заполняет нас до отказа. Против неё нет средств.

Жан-Батист Гренуй... Он одарен, а значит - избран. Для него мир - это грандиозная структура, выстроенная из одного единственного материала. Материала незримого, неуловимого, призрачного, дурманящего и вызывающего множество ассоциаций. Материала, не подлежащего тлену, его не берет ничто - ни Время, ни вода, ни огонь, ни магия, ни колдовство. Он вездесущий и неистребимый, его натиск невозможно остановить никакими силами. Он вечен в своей изменчивости, он вечен в воздухе, он впитался во все сущее, он присутствует. У него миллионы составляющих, бесчисленное количество оттенков и нюансов, множество гамм и контрастов, и всего лишь два явления - аромат и вонь. Материал, ставший, одновременно, и призванием и проклятием Гренуя - его Величество Запах!

Перед нами великолепное творение Зюскинда, его шедевр и слово, которое я с уверенностью и без колебаний внесла в личный список книг, которые должны занять одно из почетных мест в домашней библиотеке. Это не роман. Это легенда о Гении, чья душа была куплена Дьяволом изначально, еще в материнской утробе. Гренуй был рожден детоубийцей - женщиной, которая выбрасывала из себя плод в чешую и смердящую жижу из рыбных потрохов. Ни один из ее плодов не выживал и был выкинут на помойку вместе с отходами из рыбной лавки, но женщина продолжала вынашивать, рожать, оставлять умирать. Но однажды родился Гренуй, и в отличии от своих предшественников, не захотел, чтобы его смывали в помойку, он заорал во все горло - это былом первым заявлением Я есть.

Для Гренуя не было иного бога, кроме запаха. Он ориентировался в мире только по запахам. В одном дуновении ветра он умел различать множество ликов запаха. Его обоняние раскрывало тайну аромата. Гренуй взламывал коды, входил в храм, в обитель Запаха и преклонял голову в беззвучной молитве к своему Господину. Главным же стремлением Гренуя было найти и обладать человеческим запахом. Выявит его, вдохнуть и погрузиться в сводящую с ума, субстанцию, дотронуться, обладать, приковать, распять его, сохранить... Воспеть аромат женщины через смерть, превратить ее в вечность.

Зюскинд рассказал легенду о злом Гении, о Зле как таковом, которое предъявило желание господствовать над миром, обладая мощным оружием - дурманом. Зло - это великий соблазн, и человек поддается ему, сам того не осознавая. Вспомните, что творится с толпой, когда Гренуй предстает перед ней: она поклоняется идолу Зла! Толпа под чарами аромата, который подчинил себе Гренуй, убивая невинных девушек. А что есть толпа? Это отдельно взятый человек. И Зюскинд прекрасно дал возможность увидеть, как человек превращается в пленника, теряя самообладание.

Запах - это хаос, построенный на контрастах. Ведь самые изысканные духи - это неповторимое смешение контрастов. Они сводят с ума, вызывают сильнейшие эмоции, которым невозможно противостоять. Гренуй хотел подчинить себе то, чем был обделен. Он не имел запаха. Дьявол продолжает вести борьбу за то, что у него никогда не было - за Царство. Зло наступает, атакует, наносит удары, проливает кровь, неистовствует. Вечная борьба. Вечная, как запах.

Дальше...

Фильм, можно сказать, настолько же хорош, как и книга. Посмотрела сразу после прочтения... прошло достаточно времени, но впечатления нисколько не потеряли своей яркости. Великолепная актерская игра! Гренуй влюбляет в себя так же сильно, как и вызывает отвращение. Парадокс...

Зюскинд наглядно показал, что усвоенная нами с детства формула «Гений и злодейство — две вещи несовместные» совершенно не работает, потому что и гений, и злодейство, и десяток других условных вещей на то и называются условными, что они в рамках даже одной головы могут менять своё значение, нечего и говорить о рамках зыбкой и изменчивой общественной морали и других красивых слов, которые можно написать с большой буквы для большей важности.

Жан-Батист Гренуй, безусловно, гений, пусть его область дарования и пересекается с той сферой, в которой мы не привыкли раздавать подобные титулы. Между тем гении бывают в любой сфере: гении уборки, гении собирания коллекций, гении выкладывания кафеля, гении просиживания штанов на диване; но мы признаём лишь какую-то отвлечённо-артистическую степень гениальности, связанную непременно с прекрасным и творческим, напрочь отказываясь видеть гениев-«прозаиков», вершащих свои маленькие победы в сферах скромных и приземлённых. Гренуй балансирует где-то на грани между гениальной «бытовухой» и высоким искусством, потому что в обширный охват его талантов затесалась парфюмерия, которая удивительно вкусна, искриста и остра, годится для навешивания социально приемлемых ярлыков.

Главный герой «Парфюмера» на голову выше всех окружающих в том, что у него есть божественная искра, пусть и в такой странной сфере. Но где боженька берёт, где-то там же он и отбирает. Впрочем, нет, сейчас меня посадят за оскорбление чувств верующих. Спишем это на вселенскую гармонию и сохранение равновесия: чайную ложку досыпали к талантам, чайную ложку с процентами (по законам современной ипотеки читай: мешок) черпнули из области социальных возможностей. Гренуй может гениально оперировать самым неконтролируемым нами органом чувств, но при этом не обладает «своим запахом». Казалось, ну и чёрт бы с ним, но именно таким стечением обстоятельств автор объясняет то, что с детства героя социально кастрировали. Можно, конечно, утверждать, что он и с младенчества был таков, дескать вон из пелёнок мерзотно понюхивал всех и раздражал, но я всё же убеждена, что это общество сделало из него отвратительного уродца, каким он предстаёт уже через несколько глав. Возьмите самого прекрасного и миленького младенца, лишите его любви, ласки, дружбы, общения — что вырастет? Ничего хорошего. Внешнее уродство с язвами, искривлениями скелета и прочими социально неприемлемыми нормами внешности только подчёркивает эту скособоченность внутреннего мира, которая появилась только из-за этой вынужденной изоляции.

Впрочем, как мне показалось, автор бросает главного героя в пучину такой условности и выращивает его в кривой китайской социальной вазе не для того, чтобы показать его уродство или его десоциализированность, а чтобы поставить эксперимент — каким будет человек, который вырос без понятий о морали и нравственности. Маленький мирок Гренуя ограничен запахами, в нём нет абстрактных идей, поэтому убийства для достижения своих целей им как бы и несчитовы, это всего лишь люди, мы бы тоже не задумались об убийстве комаров или выламывании крапивы, если бы это зачем-то нам было нужно. Гениальный «нюхач» при этом не полностью утратил человеческую составляющую, ведь он жаждет таких же базовых вещей, как и любой ребёнок. Любите меня, хоть кто-нибудь. Эта жажда его и губит.

Следить за действиями главного героя увлекательно и немножко противно. Особенно интересно до тех пор, пока он не определился со своими главными жизненными целями. Как только определился — счёт пошёл на минуты до того момента, как и без того неласковая жизнь зарядит ему сапожищем по крысиной мордочке. Жизнь всегда так делает с теми, кто слишком широко раскрывает глаза, уж лучше закрыть их и нюхать какой-нибудь славный цветочек в тихом уголке. Гренуй осознаёт, что гениальность никак не может заставить людей полюбить его так, как он хочет, получается лишь фальшивое и некрасивое чувство, которое люди испытывают к искусственным результатам его труда, а на него самого всем всё так же плевать. Никакого катарсиса, никаких к мамочке на ручки. А самое обидное, что эта самая мораль, с которой люди так носятся, а он её не может понять, даже для них весьма условна, но при этом по-прежнему стоит между Гренуем и остальным человечеством непроницаемым стеной вместе с другими абстракциями вроде эмпатии и чувств.

Финал закономерный и достаточно изящный, как итоговая нотка в сложном аромате или эффектная комбинация для завершения шахматной партии. Несчастный король уходит с шахматной доски, одновременно обожаемый и презираемый, окутанный плотным облаком непонимания, а пешки остаются разгребать свои запутавшиеся делишки и притворяться, что в их жизни есть что-то большое, чистое и светлое.