Цитаты из книги A Good Year

Макс разделял точку зрения Оскара Уайльда: лошадь спереди и сзади опасна, а в середине неудобна

Увешанные пакетами с покупками, они направились к машине; проходя мимо деревенской церкви, Макс остановился, прочел прикнопленное к двери объявление, усмехнулся и покачал головой:
— Провансальская логика. Замечательно.
И перевел его своей спутнице: "Просим обратить особое внимание: собрание, назначенное на сегодня, перенесено. Оно состоялось вчера".

— Натали, разрешите предложить идеальный вариант для завершения чудесного дня.
— Позвольте мне сесть за руль.

Красотка хихикнула и, вся извиваясь, победно зашагала впереди; так ходят лишь модели по подиуму и ресторанные администраторши. Остальным грозит вывих бедренного сустава.

Нигде в целом свете не найдётся такого же местечка, где можно изо дня в день заниматься столь малым и получать от этого столь большое удовольствие. Когда нибудь ты это поймёшь.

— Ну, и чего же вы хотите? — Скажем, суп? — Суп закончился. — Как и моя работа. Рыба? — Её тоже больше нет. — Как и моей прежней жизни. — Побереги моё время – выбирай то, что есть. — Я выбираю счастливую долгую жизнь с рациональной и подозрительной богиней, ревность и вспыльчивость на гарнир, бутылку вина с ароматом твоих губ и бокал, который никогда не будет пустеть.

Официант с бесстрастным скучающим лицом поставил перед ними две кружки пива и, дожидаясь оплаты, уставился куда-то вдаль, быть может высматривая там долгожданный отдых на пенсии.

— Ужасно милый, — согласилась Кристи. — Он всегда такой? — Милый? — Макс усмехнулся. — Тут мне трудно судить, но он совершенно не меняется, за это я его тоже очень люблю.

«Вопросов невпроворот, тут уж не до скорых решений.»

Лучше умереть стоя, чем жить на коленях.

Увы, этим его запас французских слов почти исчерпывался. Чарли, конечно, слегка превзошел соплеменников в искусстве общения с иностранцами (ведь англичане почему-то говорят с ними по-английски, только очень медленно и очень-очень громко), но не настолько, чтобы его можно было понять.

— Не в лучшем виде. Дом слегка, знаешь ли, обветшал.

Чарли замотал головой:

— Нет-нет, Макс, у нас это называется ина­че. Мы говорим: «благородная патина времени и чуть поблекшая прелесть давней эпохи».

— Ага, вот-вот. Именно. Чего-чего, а пати­ны этой там — сколько угодно.

"Нигде в целом свете не найдется такого же местечка, где можно изо дня в день заниматься столь малым и получать от этого столь большое удовольствие...".